Мастер Мглы

Викторов Виктор

Я так устал быть эдакой ручной собачонкой, которую все используют, как только вздумается и когда вздумается. У меня было другое сравнение, но я предпочёл не думать о себе в таком ключе.

Итак, на повестке три важнейших вопроса. Кто нас продал? Что нужно Поляне и Лиэль? Захват алтаря! Всё остальное — пока побоку.

Нашей группе всё-таки удалось выйти на основной тракт, вырвавшись из деревни. На выходе нас пытался остановить стражницкий заслон из пяти таких же бедолаг, которые хотели меня спеленать, но Поляне хватило «Воздушного удара», чтобы разметать их в разные стороны, при этом умудрившись никого не убить. Про «покалечить» я бы не был так уверен.

Широкий

тракт был совершенно пуст, если не считать пяток повозок, которые нам повстречались. Но даже такому профану, как я, было ясно, что это не торговые повозки, так как были похожи на арбы, а просто нехитрое средство передвижения, позволяющее ехать хоть и неторопливо, но зато с относительным комфортом, а не так, как мы сейчас — глотая пыль и пыхтя. И почему я никогда не задумывался о «маунтах»? Реализованы ли они, вообще, в «Даяне I»? Нужно провентилировать это вопрос.

Ещё острой занозой в памяти сидело удивлённое лицо мага с ником Комаро. Я узнал эту чванливую рожу, которая принадлежала соседу Альберту. Вот уж кого я не ожидал встретить на бескрайних просторах «Даяны I», поскольку шанс такой встречи исчислялся в тысячных, если не десятитысячных долях процентов. Нет, ну надо же? Почему я был уверен, что это именно он? А всё очень просто. Какова вероятность совпадения мага Комаро тридцать второго уровня с реальным прототипом Альбертом Комаровым из моего подъезда? Правильно! Девяносто процентов. И даже если засчитать всего за один процент полное совпадение морды лица, девяносто один — это очень много. У меня была огромная надежда, что он меня не узнал, как я бы не узнал Димона, стань он внезапно стал чернокожим. Потому что, если Альберт проведёт параллели между мной и дроу по имени Мегавайт — у меня начнутся огромные проблемы в реале. Ладно, что сейчас себя изводить? Поживём увидим. Есть у меня мысли, как превратить эту возможную проблему в совершенно незначительную.

«Вы пригласили в отряд ТвойFazer».

«ТвойFazer вступил (-а) в отряд «Черноухие»».

— Белый, вот скажи мне, чего я о тебе ещё не знаю? — Димон бежал рядом, стараясь не обо что не запнуться, пока отвлекался на «системки».

Мы свернули с тракта, и двигались в сторону Муравейника. Странно, что заявлено такое огромное сооружение, а на горизонте его как бы и нет, что я и озвучил Утрамбовщику, проигнорировав риторический вопрос друга.

— Сейчас сам всё увидишь, — гном усмехнулся в бороду. — Тебе понравится.

И вот мы, наконец, вышли к своей цели.

— Откуда это могло здесь взяться? — такого я не ожидал увидеть.

Цифровой файл карты — это одно. Но вот когда своими глазами видишь то, чего в принципе не может существовать в реальном мире — это совершенно другое и просто не передать весь тот спектр эмоций, захлестнувших меня в тот момент.

Представьте себе глубокий кратер огромного диаметра, на дно которого кто-то очень могущественный воткнул невероятных размеров каменное яйцо, из-за количества туннелей в нём, кажущееся ажурным. К подножию Муравейника вела круговая спиралевидная тропа и для того, чтобы спуститься — требовалось пройти расстояние, как пять кругов вокруг кратера.

— Хера себе, — я присвистнул. — И сколько времени мы будем топать вниз?

— Примерно часов восемь, — ухмыльнулся Утрамбовщик и глядя на моё возмущённое лицо, добавил, — я же говорил, что тебе понравится?

— А другого способа, чтобы попасть вниз, нет?

— Есть, но он тебе не понравится, —

буркнул Димон. — Двинули. Можно сказать, что мы уже в безопасности, поскольку на Дороге Мира на нас никто не нападёт.

— Дорога Мира?

— Муравейник можно считать отдельной локацией, поскольку здесь сконцентрировано столько различных странностей и диковинок, что уму непостижимо. Конечно всё, что можно уже давно открыли и разведали, найдя более ли менее логическое объяснение, но некоторые вещи так и остались загадками, которые намного легче воспринимать, как данность, нежели пытаться разобраться, — неторопливо начал рассказ гном, пока мы двигались к большой каменной арке. — Вот после того, как мы сделаем шаг под арку, есть ровно двенадцать часов, чтобы пройти через такую же арку внизу.

— А если не успеем? То, что?

— Ничего особенного, — Утрамбовщик пожал плечами. — По истечении этого времени, ты снова окажешься под этой аркой.

— То есть как? Сначала нужно будет проходить? — я удивился.

— Да, — ответил гном. — То же самое произойдёт, если ты попытаешься на кого-либо напасть по пути. Тебя также перенесёт в начало.

— А если я на обратном пути на кого-нибудь нападу? — мне стало интересно. — Меня снова перенесёт сюда?

— Самый умный? Тебя перенесёт только к той арке, через которую ты начал путь по Дороге Мира, — обломал меня гном. — Думаешь ты один пытался придумать, как не топать наверх, а смухлевать?

Неужели меня так легко можно просчитать? Я посмотрел на понимающе усмехнувшегося гнома и промолчал.

Меня внезапно осенило:

— Слушай, а если нас настигнут по пути клановые? Мы же можем на них в самом конце напасть перенестись наверх, выиграв минимум шесть-семь часов?

— Фазер, а он точно твой друг, — гном повернулся к Димону. — Как ты вообще с таким хитрожопым связался. Ну чёрт с ним хитрожопый. Но он же нихрена не думает у тебя, — гном сплюнул под ноги и двинулся вперёд.

— А чего это он? — похоже я гнома чем-то рассердил. — Съел что-то не то?

— Ну вот смотри, Белый, — Димон начал объяснять. — Ты лидер ловчей группы, которая идёт по пятам, преследуя умника вроде тебя. Представил? — увидев мой кивок, он продолжил. — Ты прекрасно знаешь особенности этой местности и этой тропы, так?

Похоже, я понял, куда он клонит.

— А теперь скажи, оставил бы ты в начале тропы «встречающих»? При этом зная, что существует вот такая возможность?

Мне оставалось только кивнуть.

— А знаешь, какая у Утрамбовщика любимая поговорка? — подмигнул мне Димон. — Нет противника страшнее, чем союзник идиот!

— Да тут, посмотрю, одни оригиналы собрались, — пробурчал я. — Все прямо аналитики.

* * *

Мы заходили на второй круг спуска к подножию Муравейника, когда Лиэль, толкнув меня в плечо, молча указала, на слабо виднеющуюся наверху каменную арку, где были заметно скопления точек, споро двинувшихся по Дороге Мира.

А вот и товарищи, жаждущие «комиссарского тела». Что-то они долго. Если верить расчётам Утрамбовщика, то они должны были появиться ещё после первого круга.

Дорога под ногами ложилась ровной простынёй и была утрамбована до состояния асфальта. Шириной метров шесть, что теоретически позволяло спокойно разъехаться двум повозкам, которых я здесь ни одной не заметил, но уточнять этот вопрос ни у кого не стал. Ну какая мне сейчас разница — ездят они здесь или нет.

— Нет, чтобы лифт какой придумать, — устав идти по жаре и глотать пыль, поднимающуюся с дороги, я принялся беззлобно бурчать. — Заставляют людей пешком ходить. Я и в парке погулять могу, если на то пошло.