Мастер Мглы
Шрифт:
Рядом встала перечница.
— Это — наш дружный маленький отряд, — между двумя склянками я положил салфетку. — А вот — связующее звено — Борзун.
— Дебильное какое-то имя, — пробурчал Димон. — И что я с этих «городуль», которые ты здесь наставил, должен понять?
— Терпение, — я улыбнулся. — Пока он, — я подёргал салфетку, — с нами, мы в безопасности. Стоит ему исчезнуть, нас «выпилят» не моргнув и глазом. А в то, что «выпилят» — у меня нет сомнений. Хоть и попали мы в «кос-лист» с подачи Миардель, но разрушений нам не простит никто. По мелочи,
— Ну?
— Что, ну? У нас есть две главные проблемы: активация Алтаря Хаосом и Борзун с «Дафийцами». Я предлагаю просто распределить усилия между Эмиссаром и «Торговцами» и сдать последних третьей стороне. Той стороне, которая создаст им дополнительные проблемы.
— Все это звучит гладко, — со скепсисом возразил Димон, — но кого ты собираешься «подтянуть» в качестве третьей стороны? И что ты собираешься делать с Борзуном? Ты же понимаешь, что на него, если по-хорошему, нужно собирать крепкий «рейд»?
— Ну же. Пошевели мозгами, Дим.
— Тармис?
Я разочарованно покачал головой.
— Ещё варианты?
— Блин, да не знаю я, — его ворчливый тон вызвал у меня улыбку. — Вечно ты со своими загадками. Мутишь, крутишь…
— Да никаких загадок. Всё очень просто, — я взял чистый стакан и накрыл солянку. — Когда мы выполним свои обязательства перед Миардель, все договоренности потеряют силу и Лиэль больше ничего угрожать не будет. А вот у нас — полностью развяжутся руки. Главное, — я показал на стакан, — вот это. Мы просто должны «занять» наших «друзей» приятным общением. Таким, что им будет просто не до нас.
Спустя пять минут я убедил Димона, что это самый бескровный вариант при всей его рискованности.
— Белый, а ты уверен, что у тебя всё получится? Это же чистой воды безумие… Ещё и «подстава» торговцев. Тебе же потом прилетит так, что «мама не горюй». Не простят.
— А у меня выбора нет, — ответ прозвучал жёстко. — К тому же, если сейчас правильно прикинуться дурачком, то ко мне претензий быть не должно. А то, что «Торговцы» жадные — я уверен на сто процентов.
— И с чего такие выводы?
— А где ты видел нежадных торговцев, — парировал я. — В сказках? Спешу тебя разочаровать, что ни в жизни, ни в «вирте» их нет. Иначе это не торговцы, а дилетанты. Уверен, что «Дафийцы» ими не являются. Именно поэтому они попытаются выдоить меня досуха.
— Знаешь, а ты поменялся, — глядя мне в глаза, серьёзно произнёс Димон. — Иногда ты меня пугаешь.
— Со щитом, или на щите! — так же серьёзно ответил я ему. — И меня при этом не спрашивали. Вот пусть теперь и не обижаются.
Нойман выключил запись и повернулся к собеседнику.
— Что скажете?
Грузный мужчина, до этого о чём-то задумавшийся, поднял глаза. «Лесенка» на его лбу разгладилась, и он неторопливо заговорил:
— Судя по тому, что мы только что слышали, определённый шанс на успех есть, причём довольно значительный. Я не буду утверждать, что с его планом всё гладко, но процентов на семьдесят — это осуществимо.
— Хорошо бы… Но
Толстяк беспомощно развёл руками.
— Знаете, — осторожно начал он, — сейчас у меня складывается впечатление, что аналитический отдел ошибся в какой-то мелочи. Не хватает для понимания какой-то незначительной детали, которая нам неизвестна, увы. Самое странное то, что озвученный Белевским вариант нами даже не рассматривался, — честно сознался начальник аналитического отдела. — Если исходить из заключений психолога, то он должен был действовать совсем по-другому. Он мог попытаться взять штурмом один из Алтарей, мог продать информацию кому-нибудь из ТОПовых кланов, заручившись их поддержкой. И судя по его поступкам, мысль о том, что его могут попросту «кинуть», рассматривалась бы им в последнюю очередь. В конце концов, он мог выставить на аукцион содержимое своего инвентаря. Этого вполне бы хватило, чтобы нанять три — четыре отряда наёмников и попытаться осуществить поставленную задачу. В конце концов, он мог просто забросить «Даяну I» и в панике попытаться скрыться в пригороде столицы.
— Но он выбрал совершенно нестандартное решение, — задумчиво пробормотал Нойман, — и не сделал этого… Вы не находите это странным?
— Пока это так и кажется, но уверен, когда мы узнаем на что он надеется, то всё стразу станет на свои места. Судя по всему, у него есть старший козырь в рукаве. И здесь — два варианта: либо оно так и есть, либо он его таковым считает.
— Хорошо, я понял, Борис Андреевич. Можете быть свободны. В течении часа вашему отделу присвоят допуск. Держите меня в курсе, пожалуйста.
— Хорошо, Виталий Эдуардович, — толстяк с трудом поднялся из-за стола. — Я не подведу.
— Я знаю, — спокойно ответил глава СБ. — У тебя, Борис, просто нет выбора…
Пока ехал в такси домой, я погрузился в свои невесёлые мысли.
Разумеется, я не сказал Димону всей правды. Не потому, что не доверяю, а исходя из соображения: «Нельзя проболтаться о том, чего ты не знаешь».
И дело сейчас не в нём. Я знал: Димон не проболтается по своей воле.
В последнее время, игра преподносит довольно неожиданные сюрпризы. Неприятные сюрпризы, если можно так выразиться.
Откуда я знаю, что Мэтр не ошибался, когда убеждал меня в том, что «игрок» не способен прочесть мысли другого «игрока»? К Мэтру доверие было, а вот к «Даяне I» — нет.
Вот поэтому я и не стал посвящать Димона в подробный план. Когда это всё разрешится — я смогу ему объяснить, почему так поступил. А пока — доверять следует только себе.
С удивлением я поймал ускользающую мысль: «… и Лиэль с Поляной». Нет, пожалуй — только Поляне. Лиэль в моей «табели о рангах» находилась на одном уровне с Димоном. Они оба могли вытворить совершеннейшую «дичь», руководствуясь исключительно благими намерениями. Если бы от этого не зависела моя жизнь — я бы не раздумывал, а так…