Мастер сновидений

Ниоткудина Алинна

— Тадиринг, ты же знаешь, КАК я любил Дайоне, и чего лишила меня ее смерть. Сейчас, оглядываясь на прожитые годы, я могу сказать, что был с ней счастлив. Но, пресветлая богиня, как же тяжело жить рядом с человеком, для которого ты открытая книга, который знает все твои мысли и желания… даже если вы любите друг друга. — Последнюю фразу он прошептал. — Я все еще люблю ее, но начинаю забывать… А асса Анна, она другая, она не лезет в душу, с ней легко и просто. У нее тело молодой девушки и, в то же время, циничность и опыт много повидавшей женщины. Мне с ней было очень хорошо в постели, она не стеснительна, как Дайоне. Я невольно их сравниваю, и не нахожу ничего общего, что мне и нравится.

— Тогда за каким … ты полез

свататься?

— Ну, ты же знаешь наши местные нравы, если бы я не сделал ей предложение первым, то, как только я бы от нее отошел, то к ней выстроилась бы очередь, из желающих сделать ей подобное предложение. А потом, увидев, чем все это для меня закончилось, поостереглись, но через недельку придут в себя, и начнется… Предложения посыплются на нее как… помет перелетных гварричей. А я просто хотел, и сейчас хочу, чтобы Анна всегда была со мной… Рядом с ней я чувствую себя помолодевшим лет на пятнадцать, двадцать … Мне снова хочется жить, жить не ради Рода и города, а ради себя, потому, что на улице хорошая погода и птицы поют.

— Ну тогда, чего же ты тут сидишь? Приударь за ней…

— Как? Я забыл, как это делается, а может и не умел никогда … — Дьо–Магро с надеждой посмотрел на старого друга.

— А что она сейчас делает?

Полковник зашуршал бумагами.

— После бала еще она пила в трактире Джурга, причем напоила орка до состояния пьяного хвачика. Пела тоскливые песни на непонятном языке, потом демон оттащил ее в гостиницу. Вчера она встала поздно, что не удивительно, и отправилась на ярмарку, потом, опять таки у Джурга, пила пиво с молодежью, в компании был небезызвестный тебе Одрик. В номер пришла на своих ногах. Сегодня она и ведьма рассчитались за постой в «Золотом Доме» и поехали по направлению к горам, туда же пошел караван с закупленными ведьмой вещами. Для перехода к себе в пустыню они воспользовались природным порталом у темной балки, это как ты помнишь, самый дальний от города портал, там еще ограда совсем развалилась, а у города все денег нет на ее восстановление. Сама Анна в портал не заходила, разгруженных варгов вернули купцам через полчаса. Потом она поехала в город и, судя по всему, поселилась в том самом номере в трактире Джурга. Надо сказать странное место для проживания… На завтра с утра она договорилась о визите в резиденцию доджа, сад восстанавливать, а то там до сих пор все водой залито.

— Так, ты знаешь, где она живет, и что завтра будет делать? Все просто. Пришли в номер цветов, девушки их любят, и каждый день присылай новые. Договорись с каким–нибудь торговцем цветами… и не скупись. А завтра наведайся в резиденцию доджа, наверняка есть какие–нибудь вопросы, которые тебе понадобится с ним обсудить. Потом, я думаю, что тебе ОЧЕНЬ надо проверить дальние заставы, где воды нет. Вот и поедите вместе, а дорога, она способствует сближению…

Большие кровати — это замечательно, когда спишь не одна, а для одинокой молодой девушки большая одинокая кровать может превратиться в пыточное ложе, что со мной и произошло. Спать на той же кровати, где так хорошо проводила время с любовником, в обнимку с собакой, немного не то, и явно не способствует хорошему настроению ранним утром. Поэтому когда меня в довершение всего не захотели пускать в резиденцию к доджу, чтоб он сто раз в кровати перевернулся, я начала очень быстро приходить в то же состояние бешенства, что и при достопамятном разговоре с сейном в саду. Только сестры были у меня в руках и рвались в бой, заскучали они без тренировок. Сдержала я себя и их с большим трудом. А этот у ворот все талдычит:

— Додж еще не принимает, приходите после обеда, — а старший караула тоже еще не подошел, рано еще.

У меня было дикое желание порубить этого горе сторожа в капусту и пойти, куда мне надо, но сестер потом придется оттирать от крови, полировать и прочее. Да и входить таким образом

в дом, где ты и так насвинячила, тоже как–то неудобно. Тут меня стукнуло, а чего я через парадные ворота ломлюсь? Здесь наверняка есть вход для прислуги, отведу всем глаза и пройду… Так и сделала. Все оказалось до безобразия просто, и глаза отводить никому не понадобилось. Вошла через кухню, там как раз припасы подвозили, и пошла куда надо, меня даже никто не спросил, куда и зачем я иду. Заходи, кто хочет, бери, что хочешь.

Стою, смотрю на бывший садик, как он выглядел, до моих развлечений, помню смутно. Сейчас все залито водой, хорошая, в общем–то, дренажная система, при их климате она и должна быть таковой, не справляется. Почти посреди бывшего садика интенсивно бьют ключи, причем два из них горячие, грунт размыт, вместо дорожек ручьи. Хорошо, что я по пустынной привычке за водой под землю полезла, забыла, что в городе воды в реке и каналах прорва. Если бы я ее сюда призвала, то … резиденцию бы смыло. А так, уберу ключи обратно на нижние горизонты и всех делов… А водичка горячая, почти кипяток, и холодная рядышком, ее смешать, и такая ванна получится… Ванна? Бассейн! Надо только придумать, как все это добро в трубы убрать, что–то такое смутно придумывается, какая–то смесь магии и институтской строительной специальности. Сажусь на ступеньки в лотос, так думать и плести легче.

Все тело от сидения в одной позе затекло, время уже хорошо перевалило за полдень. Я славно потрудилась, подготовила два варианта решения проблемы, но вариант с горячим бассейном под открытым небом мне нравится больше. Люблю красивые решения. А второй вариант, убрать все ключи обратно, это банально. Надо пойти поискать хозяина заведения, и уговорить его на первый, красивый вариант.

Садик, в котором я пошалила, располагается, как раз на пересечении территорий личных и общественных, но где сейчас находится хозяин, я не имею ни малейшего представления. Магией что–ли поискать, лениво, спросить проще. Иду знакомым путем на кухню, там точно кто–то да найдется, хотя, что это я … У меня ж собака–демон есть, вот пусть она и поработает.

— Мара, где додж знаешь? — На морде демона полное непонимание ситуации. — Ну, тот толстый хромой старикашка, что встречал нас при входе, когда мы на бал ездили. — Мара, как всегда во время мыслительных процессов, чешет за ухом.

— Ну, знаю…

— Веди меня туда, пошла вперед. — И легким пинком хочу дать направление, увернулась, вот сука!

Идем куда–то в глубину дома, петляя по многочисленным лесенкам и коридорам, пару раз заходим в тупики, разворачиваемся и ищем другую дорогу. Пару раз навстречу попадались слуги и стражи, но на меня они внимания не обращают, если пустили, значит можно мне тут находиться. Бардак!

По количеству встречных определила, что мы на подходе. Коридор, много дверей, Мара останавливается перед одной из них, принюхивается.

— Додж здесь, но он не один и тебе его визитер не понравится.

Это что мне ждать под дверью? Ни за что. Стучу в дверь, и, не дожидаясь ответа, вхожу в кабинет, лучше было подождать…

В кабинете, помимо доджа еще и сейн Дьо–Магро, его только тут и не хватало. И пока я соображаю, с кем из них поздороваться и надо ли вообще это делать, может сразу сбежать:

— Ну, вот и асса Анна, — проясняет ситуацию сейн, да еще и улыбается, — а вы, многоуважаемый, говорили, что она забыла про обязательства и не придет. — Многоуважаемый додж смотрит на меня обрадовано, правильно, ему же не доложили о моем приходе.

Кланяюсь, сперва доджу, потом сейну, говорю положенные в этом случае слова приветствий, а сама думаю: «И какого… этого … сюда принесло? " Кроме ритуальных фраз слов нет, только мат. Сквозь мой мысленный мат пробиваются слова доджа:

— Асса Анна вас сейчас проводят в тот злополучный садик, и вы сами увидите, что там сейчас творится.