Мастер сновидений
Шрифт:
— Вот учись, пока я жива… И никто ничего не заметил! Следующий твой. Сажай его рядом с первым и кружку перед ним поставь обязательно, и официанту денег сунь, чтобы друга твоего не тревожил. Кружку можешь не заказывать, а как я, возьми с соседнего столика.
Одрик запахнулся поплотнее в плащ и стал изо всех сил молиться Пресветлой, чтобы ему не надо было бы разбираться ни с какими «подозрительными». Но у Пресветлой на сегодня были явно другие планы. Не прошло и получаса, как из дверей ратуши опять выбежал
— Вот будет тебе первый наглядный пример работы с аурой… — Стал зудеть в ухе Одрика учитель. — Иди вперед к подопытному, и постарайся слить ваши ауры. А как только они соприкоснутся сканируй его…
Одрик вздохнул и пошел навстречу жмущемуся под струями воды клерку.
— Позвольте у вас узнать… — сказал маг и, протянув руку, коснулся локтя молодого служащего. Ауры соприкоснулись, и клерк замер, с удивлением глядя на мага.
— Сканируй… Как я тебя учил… — Закричал на Одрика Учитель.
Одрик напрягся и попытался просканировать клерка, и тут на него хлынула волна мысле–образов.
— А теперь тасуй воспоминания и мысли. Воспоминания отдельно и по хронологии, мысли отдельно, и можешь их сразу выбрасывать. У этого индивида нормальных мыслей ты не найдешь. Если не получается отделить, ничего страшного, просто просмотри что тут у него последние полчаса было…. Не думаю, что тут всего много.
Одрик смотрел в глаза клерку и честно пытался разобраться в его последних воспоминаниях… Вот юношу выдергивают из сладкой полудремы. Над ним нависает жуткая рожа, а это старший клерк…
— Вставай, бездельник, и быстро беги в стражу. Где они там копаются? Мы не можем больше их задерживать, еще четверть часа, не больше. А стража уже давно должна была бы быть здесь…
Старший клерк хватает юношу за воротник и пинком отправляет в направлении двери.
— Беги быстрее, а то останешься без своей доли вознаграждения.
Младшему клерку не хочется идти под дождь, но старший клерк не спускает с него пристального взгляда злобных, заплывших жиром глазок.
— У меня плаща нет…
— Ничего, тут не далеко, и так добежишь. БЫСТРО!
Дверь ратуши, противный дождь, ворота и красивый мужской голос:
— Позвольте у вас узнать… — и глаза со сверкающими белыми зрачками…
— А вот последнее воспоминание я бы на твоем месте удалил… — влез с советом Учитель.
— А как удалить?
— Ну, поскольку ты художник, то представь это воспоминание в виде картинки и замажь его белой краской своей магии…
Одрик попробовал, но вышло грубо, и вместо крохотного кусочка замазался весь кусок воспоминаний, что он просмотрел.
— Ничего, страшного. Для первого раза очень даже хорошо. А теперь веди его под навес и положи спать
Порыв ветра почти сбил с ног шатающегося, как пьяницу, клерка. Одрик едва успел подхватить его. Сложнее всего было завести безвольное тело под навес и усадить на скамью у стены, но Одрик справился. Только он посадил свою ношу, как из заведения вышел официант. Помня наставления Марата, Одрик дал официанту серебряную монету:
— Мой знакомый, что–то устал… Он немного тут посидит и потом уйдет, не беспокойте его…
— Хорошо… — и монетка исчезла, а вслед за ней испарился и официант.
Маг не торопясь подошел к скучающему ририку. Дверь ратуши отворилась и на пороге наконец–то показалась Анна. Она закрыла за собой дверь ратуши и приложила свою руку к украшающему ее странному барельефу, быстро вышла за ворота и стала их закрывать. Рядом с ней материализовался Марат и быстро помог ей закрыть ворота, магиня опять приложила руку к украшению ворот и почти бегом кинулась к Одрику и ририкам.
— Быстро садись… Поехали… Где мешок с мелочью. Давай сюда!
— А Мара?
— Да тут она. Поехали! — Крикнула Анна ририкам.
— Куда едем–то? — поинтересовался флегматичный гоблин.
— За город по северной дороге. Плачу втрое!
Эта фраза произвела на гоблинов магическое действие, и они быстро побежали по площади. Гоблин Одрика бежал первым, перед выездом с площади Анна что–то кинула назад через голову, послышался звон монет. Такие же манипуляции Анна проделывала еще несколько раз…
— Во, какая хитрюга… — Проворчал Учитель. — А ты что не понял, что она делает?
— Нет, не понял…
— Ты ж сам ей мелочь дал. Вот она ее и разбрасывает… теперь за нами ни один гоблин не поедет, пока все монетки с мостовой не соберет.
Гоблины быстро бежали, и бежали, иногда первый оборачивался и вопросительно смотрел на Одрика, но тот приказывал ему бежать дальше. Вот за очередным подъемом показался знакомый холм с характерными силуэтами башенок, украшающих стену природного портала. Возки въехали на холм и остановились.
— Одрик дай им по золотому, а если скажут что отвезли нас в Лайокудль, то дай еще по одному…
— У меня нет столько золотых.
— Ладно, я сама. Мара, выдай мне четыре золотых.
— А меньше нельзя?
— Нет, нельзя…
— Ну ладно. На, держи, транжира.
Гоблины смотрели на золотые монеты, как только может смотреть человек никогда не державший золота в руках. Пока они рассматривали монеты и переговаривались с собой о чем–то, мы с Одриком бодрой рысцой полезли наверх, к природному порталу.
Наверху мы остановились отдышаться… Гоблины все еще стояли внизу и смотрели на нас. Потом они синхронно поклонились и не спеша потрусили в сторону города.