Мастер теней
Шрифт:
Ага, понятно. Что ж, значит, будем играть на чувствах.
— Меньше текста, парнишка, — пропел я, вновь отступая на шаг. — Если тебе так важна честь Аленки, тогда защищай ее по вечерам в рилайфе. Мы иногда так нестандартно развлекаемся с ней… ой-ей-ей — даже черти смущаются!
Инквизитор от бешенства потерял дар речи. Отбросил щит и, перехватив меч двумя руками, рубанул, потом еще раз. Силища у него была просто невероятная! А вроде бы уровни не отличались…
Один удар я с трудом парировал,
Рядом, с трудом переводя дыхание, поднималась Ядвига. Я видел краем глаза, как девчонка потянулась к мечу, стала заходить инквизитору со спины. Я крикнул тяжело:
— Нет! Я здесь сам! Помоги Веласкесу!
И почти одновременно с криком в панели сообщений появилась надпись:
Член Вашей команды убит!
Не успели…
— Займи их мага! — заорал я.
Хотел было добавить, чтобы вела себя предельно осторожно, не ярилась, но новая атака инквизитора отвлекла и заставила забыть обо всем на свете.
Серый брат был могучего сложения. Доспехи бугрились на играющих мышцах, а на широкой груди можно ковать мечи. Казалось, будто мечник наносил удары огромной дубиной, после каждого блока у меня немели руки. От рыцаря несло жаром и потом, крепкий дух перехватывал горло.
Тяжело дыша, как матерый бык, противник бил и был. От бряцанья железа слетала листва с деревьев, а в ушах долго оставался противный звон.
Новый удар инквизитора пронзил левое плечо болью. Щит не выдержал, рассыпался, будто трухлявое ведро от удара кузнечного молота.
— Да что ж ты за буйвол такой! — раздраженно крикнул я, стряхивая с предплечья обломки щита и кожаные наручи.
И все же я продолжал драться без магии и Спецификаций. Чувствовалось, что сегодняшний бой потребует мобилизации всех сил и ресурсы попросту тратить не стоит. Лучше дождаться удобного момента, с этим мстителем я и без магии справлюсь.
И скоро мои догадки подтвердились.
То ли управлялся инквизитор с мечом слишком легкомысленно, не ремонтируя оружие, то ли попросту не знал, как правильно рубиться. Однако новый его могучий удар завершился хрустальным звоном. Клинок противника переломился.
— Что?..
Серый брат отшатнулся, тупо глядя на обломок меча в своей руке. Я мгновенно подскочил, рубанул. Лезвие сорвало плечевую пластину с его доспеха, лопнула кольчуга и по иссеченному железу потекла кровь.
Это немного отрезвило монаха. Новые мои удары он принимал уже на щит, медленно отступая.
— Это нечестно! — проревел он, когда и щит обзавелся широкой трещиной. — Дай мне возможность взять меч!
— Бери, — легко согласился я, не переставая лупасить его железякой. — Бери, родной, только еще и от меня отбивайся!
Я
Я попытался не дать ему приблизиться, но, уже не слишком заботясь о защите, инквизитор продолжал упорно отступать именно в том направлении. Тогда я вложил в атаку все силы.
От доспеха инквизитора отлетали куски железа, будто я рубил огромный кочан капусты. Новые и новые раны источали кровь, она заливала порубленный доспех серого брата. Он хрипел, но ни уйти от атак, ни разорвать дистанцию не мог.
От нового удара противно хрустнуло, щит развалился в руках инквизитора. Пораженный, тот на миг замер. Кажется, в прорези забрала я увидел расширившиеся от ужаса глаза.
— Передавай привет Алене, — прохрипел я, вскидывая для последнего удара меч.
И тут инквизитор меня вновь удивил.
Вместо того чтобы бежать или пытаться закрыться, он сам подставился под меч. Правда, как-то хитро. Крутанул корпус, закрываясь локтями. Мой клинок скользнул по броне. И тут же инквизитор выбросил закованный в броню кулак, надеясь проломить мне забрало.
Не выгорело. Но меч я удержать не смог.
Так мы и покатились в траву, лупася друг друга железными рукавицами. Я чувствовал себя танкистом под обстрелом, все вокруг сотрясалось, видимость была практически нулевой. Бил в ответ почти наугад, но костяшки попадали в твердое. Слышался только гулкий звон ударов и надсадный хрип.
Член Вашей команды убит!
Твою мать!
Совсем забыл про Ядвигу!
Черт! Черт, черт, черт!
Озверев, я двинул инквизитора локтем, навалился сверху. Тот закрыл лицо руками, но я не собирался и дальше продолжать рукопашную. В следующую секунду я уже освободил от ножен мизерикордию.
Инквизитор развел руки, не понимая, почему его никто не бьет. Охнул от удивления, и тут же захрипел. Со скрежетом, треугольное лезвие мизерикордии прошило забрало его шлема, с хрустом пробило череп, и пригвоздило голову монаха к земле. По телу врага прошла секундная агония, пальцы в латных рукавицах с хрустом распотрошили дерн, вырывая траву с корнями. И — монах затих.
Противник повержен!
Дыша, словно только что пробежал марафон, я поднялся. От небывалой нагрузки ноги дрожали. Пошатываясь, нашел в траве меч и поискал взглядом Лилит.
Теперь оставались на Арене только мы.
Лилит нигде не было.
Я стоял на кладбище и удивлялся. Разве это мы тут дрались? Такое ощущение, будто прошла орда. Поваленные могильные плиты и порубленные деревья, трава кое-где сожжена дотла, часто испачкана кровью. Повсюду валяются куски тел и искореженные до неузнаваемости части доспехов.