Мастер теней
Шрифт:
Честно говоря, мы, как два неисправимых трудоголика, все же испортили романтику разговорами о делах. А может быть дело было просто в нашей современности и ответственности перед взятыми обязательствами. Сейчас, вне Лимба, на нас надеялись люди.
Когда же зашла речь о Моде смерти, я с самым невинным видом произнес сокрушенно:
— Одного не пойму, как все-таки заразились наши ребята?
Нужно было понять, что известно Лиле. Но плести интриги не вышло. Лиля взглянула остро:
—
Я признался:
— Ладно, честно скажу — догадываюсь. Заражение Бродяги и остальных наемников прошло через тебя. Только тебе так доверяют наемники Теней, что открыли письмо и согласились на установку незнакомого софта.
Лиля кивнула грустно.
— Все правильно.
— Но, — я развел руками, — другое непонятно: ты-то как в это вляпалась?!
— Вляпалась, — опустила взгляд Лиля. — Нечаянно так получилось. Знаешь, и на старуху бывает…
— Кончай заливать, — обрезал я, осознав, что против Лилиных выкрутасов я просто мальчик. С ней нужно играть в открытую. — У всех есть право на глупость, никто не спорит. Но в твоем случае произошло что-то другое.
Лиля промолчала. Пришлось мне, забыв всякую деликатность, упорствовать:
— Говори, Болотная ведьма! Тебе же известно имя… предателя.
Глядя куда-то во тьму Лимба, Лиля произнесла:
— Я с самого начала знала, кто сливает информацию на сторону. Но устраивать казнь не хотелось. Нужно было понять — на кого он работает.
Я встрепенулся:
— Да как же так?! Почему ты мне сразу не сказала?! Мы бы хоть Поместье сохранили!
— Не могла я…
— Почему? Ты же знаешь, мне можно доверять!
— Я знаю, — не поднимая глаз, прошептала Лиля. В ее голосе читалась мука. — Но речь сейчас идет не о доверии.
— А о чем? — не унимался я. — Престиж? Деньги? Шантаж?
И вдруг в голове сложилось, наконец-то, два плюс два. Я спросил:
— Дело в особенном отношении к предателю?
То ли от слова «предатель», то ли от «особого отношения», но Лиля вздрогнула. А я получил лишнее доказательство того, что ей давно все известно.
— Но, — вот теперь мое недоумение было неподдельным, — почему Дашка так поступила? Вы же сестры!
Лиля только выругалась.
Лилин шепот, словно в тон безмолвию Лимба, пульсировал какой-то тонкой, воздушной мелодией. Я слушал не перебивая, полностью впитывая в себя новый
— Знаешь, — шептала Лиля, — я ведь не смогу уже жить по-другому. Гильдия теней для меня слишком много значит. Нет-нет, это не то, о чем ты подумал. Дело не в усилиях и времени, которые в нее вложены. И даже не в тщеславии. На самом деле мне глубоко плевать на титулы и ранги. Даже смешно иногда, когда виртуальные политики всерьез друг друга величают «ваше благородие», «ваша светлость». Но приходиться сдерживаться, давить смех и включаться в игру.
Я слушал жадно, все больше узнавая любимого человека. На моей памяти Лиля разговорилась впервые.
— Знаешь, — говорила Лиля, — а ведь я совсем не та, за кого вы меня все принимаете. Вот ты был у меня дома… Круто? Тебе понравилось? Хай-тек, студия, хрен знает сколько комнат и квадратных метров, реальная крепость…
Я промолчал.
— Компенсация, — припечатала Лиля. — Все, что ты видел — компенсация. Я люблю хай-тек, но не до такой же степени. Понимаешь, Слава…
Я все понимал…
Девочку с малых лет воспитывали в строгости и послушании. Семья была бедной, жили от зарплаты и до зарплаты.
«Чтобы добиться успеха, — вдалбливали Лиле родители с детства, — нужно всегда стремиться к мастерству. Быть лучшим во всем».
Вдалбливали абсолютно верно, плох тот, кто довольствуется рангом среднячка, но… В нищих и каких-то забитых родителях Лиля не видела успешных карьеристов. Их цели на производстве, на заводах, где оба всю жизнь пропахали, ничего не значили и ничего собой не представляли. Родители легко соглашались впахивать по выходным и перерабатывать. Но это было совсем не тем, что обычно называют успехом.
Но Лиля честно пыталась следовать заветам. Она росла, получала медали в школе, грамоты на олимпиадах и красные дипломы с отличными рекомендациями в вузах. Но только до тех пор, пока не поняла, в чем самая главная беда родителей.
Их место было определено условиями жизни. Их должности и зарплата — начальством. Их карьерный рост ограничивался разрядами. При всех их положительных качествах, никто их самих не научил, что за свое счастье нужно бороться. Что нужно выходить за рамки. Не идти по трупам, а просто иметь смелость рисковать и пробовать, подниматься после неудачи, и вновь пробовать.
И Лиля пожелала все изменить.
Забыв о дипломе специалиста какой-то слишком уж заковыристой гуманитарной профессии, Лиля начала все сначала. И ее выбор пал на индустрию виртуальных игр.
Отражением ее семьи была семья родного брата отца. То есть, родителей Даши. Там с деньгами все было в порядке, но о морали предпочитали не слишком думать. Все силы, вся смелость была брошена на добычу, на зарабатывание денег. На единственную дочь времени не оставалось.