Мастер убийств
Шрифт:
— Ничего страшного. Я хорошо говорю по-английски.
— Действительно...
Наконец ему удалось отпереть дверь. Распахнув ее во всю ширь, он галантным жестом предложил Жаклин войти. Когда они поднялись по лестнице, Ишервуд остановился у двери туристического агентства и стал изучать изображение девушки на одном из рекламных постеров. Повернувшись, он посмотрел на Жаклин, а потом снова уставился на девушку на плакате.
— Это что же, ваша сестра-близняшка? — осведомился он.
Жаклин улыбнулась и сказала:
— Не глупите.
Ишервуд отпер
— Сегодня ко мне должен прийти господин по имени Оливер Димблби. Похож на сардельку в модном костюме. Когда придет — впустите. Ну а пока позвольте показать вам галерею.
Ишервуд вручил ей пару ключей на голубой эластичной ленте.
— Это вам. Кто бы из нас ни выходил из помещения, двери должны запираться на кодовый замок. Код такой: пять семь шесть четыре девять семь три два шесть. Запомнили?
Жаклин кивнула. Ишервуд с недоверием на нее посмотрел, но она быстро повторила цифры, не допустив ни единой ошибки. Ишервуд был впечатлен.
Они вошли в маленький лифт, в котором едва помещались два человека. Ишервуд вставил ключ в секретный замок, повернул его и нажал кнопку с литерой В. Лифт застонал, содрогнулся, после чего медленно повлек их вниз и остановился, плавно опустившись на пружины амортизаторов. Дверь распахнулась, и они вошли в холодную темную комнату.
— Это так называемый могильник, — пояснил Ишервуд, зажигая свет. Они находились в похожем на каменный мешок погребе, заставленном живописными полотнами, натянутыми на подрамники. Некоторые были в рамах, на других рамы отсутствовали. — Иначе говоря, моя кладовая. Здесь хранятся сотни картин; есть и ценные, но большинство на нынешнем рынке мало чего стоят, в связи с чем они покоятся здесь и собирают пыль.
Потом Ишервуд отвел ее к лифту, но на этот раз они поехали вверх. Дверь открылась, и они оказались в большой, с высоким потолком комнате. Серый свет утра вливался в помещение сквозь круглый стеклянный купол в крыше. Жаклин осторожно сделала несколько шагов вперед. Ишервуд включил электричество и осветил помещение.
Жаклин показалось, что она попала в музей. Стены выкрашены в бежевый цвет и поражали своей чистотой. Полы застилал паркет из ценных пород дерева, натертый до блеска. В центре комнаты стояла скамеечка, обитая бархатом цвета кларета. На стенах развешаны картины, залитые светом галогенных ламп, смонтированных на потолке. По стеклянному куполу барабанил дождь. Жаклин присела на скамейку и огляделась. В комнате висели «Венера» Луини, «Рождество» дель Вага, «Крещение Христа» Бордоне и великолепный пейзаж кисти Клода.
— Прямо дух захватывает, — восторженно сказала Жаклин. — Такое ощущение, что я нахожусь в Лувре. Должно быть, вы часто сюда поднимаетесь.
— Когда мне требуется подумать. Кстати, вы можете сюда приходить, когда только захотите.
— Обязательно. Спасибо, что показали мне это чудесное место.
— Ну, если вы будете работать в галерее, вам просто необходимо знать расположение комнат.
Они сели в лифт и спустились в офис.
Жаклин уселась в предбаннике за стол, выдвинула ящики, осмотрела хранившиеся там ручки, канцелярские скрепки и дыроколы, после чего немного поэкспериментировала с ксероксом.
— Надеюсь,
— Не знаю, так узнаю.
— О Господи, — пролепетал Ишервуд.
Оливер Димблби приехал ровно в одиннадцать часов. Жаклин всмотрелась в его лицо, появившееся на дисплее камеры слежения, установленной у входа, и пришла к выводу, что он и впрямь похож на сардельку в модном костюме. Нажав на кнопку отпирания замка, она впустила Оливера в галерею. Увидев Жаклин, он втянул в себя живот и расплылся в широкой улыбке.
— Ага! Вы, значит, и есть новая девушка Джулиана, — сказал он, пожимая ей руку. — Меня зовут Оливер Димблби. Рад с вами познакомиться. Очень рад, поверьте.
— Заходи, Оливер! — крикнул Ишервуд в открытую дверь офиса. — Отпусти ее руку — и заходи. У нас с тобой не так уж много времени.
Оливер без особого желания выпустил из своей пухлой ладони руку Жаклин и прошел в офис Ишервуда.
— Джули, птенчик, скажи мне одну вещь. Если я таки решусь выкупить твою галерею, этот ангел станет частью сделки?
— Заткнись, Оливер, очень тебя прошу, — взмолился Ишервуд, закрывая дверь.
Жаклин встала из-за стола, подошла к факсу и, оглядев его со всех сторон, попыталась постичь принцип его работы.
В четыре часа вечера в ресторане «Кебаб фэктори» зазвонил телефон. Габриель ждал, пока Юсеф подойдет к аппарату, ровно три минуты двадцать секунд. Он мог назвать время с точностью, так как засек его по секундомеру. В отсутствие Юсефа Габриель вынужден был слушать болтовню на ливанском диалекте арабского языка, а также вопли менеджера ресторана Мохаммеда, взывавшего к мальчишке-прислужнику с тем, чтобы тот убрал столик номер семнадцать. Когда Юсеф наконец подошел к телефону, заметно было, что он слегка запыхался. Разговор продолжался тридцать семь секунд. После того, как Юсеф повесил трубку, Габриель перемотал пленку и еще раз прослушал разговор. Он проделывал эту операцию столько раз, что Карп не выдержал:
— Поверь, Гейб, ничего зловещего в этом трепе нет. Просто два парня болтают о том, как бы им немного выпить, снять бабу, а потом затащить ее в постель. Ты ведь помнишь, как это бывает, верно?
Но Габриель приступил к новой фазе операции — готовился заслать Жаклин на враждебную территорию — и хотел убедиться, что она не попадет в ловушку. Поэтому он снова перемотал пленку и прослушал запись еще раз.
"— Планы на вечер не изменились?
— Нисколько. Где встретимся?
— В заведении «Олл бар уан» на Лестер-сквер в девять часов.
— Я там буду".
Габриель остановил запись, перемотал пленку и нажал кнопку «воспроизведение».
"— Планы на вечер не изменились?
— Нисколько. Где встретимся?
— В заведении «Олл бар уан» на Лестер-сквер в девять часов.
— Я там буду".
Кнопка «стоп», перемотка пленки, кнопка «воспроизведение».
"— В заведении «Олл бар уан» на Лестер-сквер в девять часов.
— Я там буду".
Кнопка «стоп», перемотка пленки, кнопка «воспроизведение».