Мастер убийств

Силва Дэниел

Услышав имя Тарик, премьер-министр сверкнул глазами, но быстро овладел собой и в прежней деловой манере осведомился:

— Что навело тебя на мысль, что это сделал Тарик?

— Исходя из полученных нами предварительных сведений, можно сделать вывод, что эта акция имеет характерные черты, присущие операциям, проводимым Тариком. Она была удивительно хорошо спланирована и подготовлена. — Шамрон закурил и выпустил в воздух клуб голубоватого дыма. — Убийца — человек хладнокровный и безжалостный. Кроме того, с ним была девушка. Я

бы сказал, от этого дела просто пахнет Тариком.

— Значит, ты подозреваешь Тарика? — уточнил премьер-министр.

— Это больше, чем подозрение, — со значением сказал Шамрон, пытаясь преодолеть скептицизм, проступавший в голосе премьера. — Недавно мы получили донесение относительно того, что организация Тарика собирается возобновить свою деятельность. Вы должны об этом помнить, потому что я лично докладывал вам об этом, премьер-министр.

Премьер согласно кивнул.

— Я помню также, что ты просил меня попридержать эти сведения. Между тем, если бы мы своевременно передали эту информацию министру иностранных дел, Зев Элияху, возможно, остался бы жив.

Шамрон скомкал сигарету и сунул ее в пепельницу.

— Даже намек на то, что служба каким-то образом виновата в смерти посла, кажется мне оскорбительным. Зев Элияху был и моим другом. И, между прочим, коллегой. Он работал в нашем офисе на протяжении пятнадцати лет. Я полагаю, что Тарик избрал его своей жертвой именно по этой причине. Что же касается моей просьбы попридержать информацию, это объясняется просто: я хотел защитить источник, который мне эту информацию предоставил. Когда дело связано с разведкой, такие предосторожности иногда просто необходимы, премьер-министр.

— Только не надо читать мне лекций, Ари. Ты можешь доказать, что это дело рук Тарика?

— Возможно.

— Положим, ты предоставишь мне доказательства. Что дальше?

— В случае, если мне удастся доказать, что это сделал Тарик, я хотел бы получить у вас разрешение на его ликвидацию.

Премьер улыбнулся.

— Ты собираешься ликвидировать Тарика? Для начала тебе надо его найти. Ты уверен, что служба справится с этим делом? Мы не можем позволить себе нового скандала вроде того, что произошел в Аммане. Не сейчас по крайней мере, когда мирные переговоры находятся в решающей стадии.

— Операция в Аммане была из рук вон плохо спланирована и проведена. Частично из-за грубого вмешательства и беспрецедентного давления со стороны человека, занимавшего до недавнего времени мой офис. Если вы дадите мне «добро» на охоту за Тариком, уверяю вас, это будет операция совершенно иного уровня и с иными результатами.

— Откуда у тебя такая уверенность, что тебе удастся найти Тарика? О его ликвидации я уже не говорю...

— У меня сейчас для этого больше шансов, чем когда-либо.

— Это из-за того источника информации?

— Точно так.

— Расскажи в таком случае об этом своем источнике.

Шамрон ухмыльнулся, после чего прикусил

ноготь большого пальца правой руки.

— Я лично начал операцию по его внедрению — задолго до того, как мне сообщили, что на бульваре Царя Саула в моих услугах больше не нуждаются. Это долговременная операция из разряда тех, на которые иногда уходят годы. Теперь мой источник принимает участие в разработке и планировании операций в организации Тарика.

— А твой источник знал о том, что должно было произойти в Париже?

— Разумеется, нет. Если бы источник поставил меня об этом в известность, я бы предупредил о намечающейся акции всех кого нужно — даже рискуя подставить источник.

— Что ж, коли ты так в себе уверен, — сказал премьер-министр, — можешь приступать к охоте на Тарика. Пусть заплатит за смерть Элияху и всех тех, кого убил за свою жизнь. И уж если ты намерен его убрать, сделай это с гарантией — так, чтобы он нам больше неприятностей не доставлял.

— Вы готовы к осложнениям, которые могут возникнуть в связи с его ликвидацией?

— Если операция будет как следует спланирована и проведена, никаких осложнений не последует.

— Палестинские лидеры и их друзья в Вашингтоне и Европе вряд ли благожелательно отреагируют на убийство — пусть даже это будет убийство Тарика.

— В таком случае не оставляй следов. И пусть твои парни не попадают в плен, как это случилось с теми чертовыми недоучками, которых послали в Амман. Как только я подпишу приказ, операция будет находиться исключительно в твоем ведении. Избавься от этого типа любым способом, который покажется тебе приемлемым, — только избавься от него. Народ Израиля не позволит мне подписать мирное соглашение с Арафатом, если Тарик и ему подобные будут разгуливать на свободе, убивая наших граждан.

— Чтобы система пришла в движение, мне потребуется соответствующий документ за вашей подписью.

— Ты получишь его в конце дня.

— Благодарю вас, премьер-министр.

— Итак, что ты надумал в связи с этим делом?

— Я полагал, у вас нет намерений как-либо в него вмешиваться.

— Я просто хочу знать, кого ты собираешься задействовать в этом деле. Сомневаюсь, что это можно расценивать как вмешательство.

— Я собирался подключить к этой операции Аллона.

— Габриеля Аллона? Мне представлялось, что после Вены он ушел из офиса.

Шамрон пожал плечами. Такого рода обстоятельства не являлись препятствием к исполнению своего долга для людей вроде Аллона.

— У нас давно уже не было подобного дела. А если и были, наши сотрудники имели обыкновение их заваливать. Впрочем, у меня есть еще одна причина, чтобы привлечь к этой операции Аллона. Тарик в основном действует в Европе. Аллон же хорошо изучил этот континент и знает, как добиться там успеха и при этом не наследить.

— Где он сейчас?

— Насколько я знаю, в последнее время живет где-то в Англии.