Мастер

Шидловский Дмитрий

После возвращения в Петербург сразу показалось, что город не принял его. Все происходящее вокруг казалось каким-то неестественным, иллюзорным, суетливым. Он видел изменения, происшедшие в жизни города, и все, что осталось неизменным. Быстро разобрался в том, чем живут его обитатели, порадовался улучшениям, отметил потери, но нырять в эту суету не испытал ни малейшего желания. Свалив заботы по обустройству на Федора, он часами гулял за городскими стенами и в конце концов набрел на это тихое и уютное место, где внезапно ощутил прилив сил. Здесь он с удовольствием и проводил

время, наслаждаясь шумом сосен, пением птиц и шелестом крон, с наслаждением вдыхая лесные запахи.

…За спиной послышался треск ломаемых веток и топот. Оглянувшись, Басов увидел молодого лося, выскочившего на поляну и тут же опрометью бросившегося к зарослям кустарника. А минутой позже на поляну выскочил всадник в охотничьем костюме и с коротким копьем в руке. Осадив резвого коня, он окликнул Басова:

– Эй, любезнейший, не пробегал ли здесь лось?

– Ваш лось побежал на север, господин Мак-торг, – откликнулся, поднимаясь, Басов.

– Силы небесные! – вскрикнул удивленный шотландец. – Басов!

Он спешился.

– Ваш лось уйдет, – с легкой улыбкой произнес Басов.

– Ну и черт с ним, – махнул рукой Макторг. – Чертовски рад вас видеть. Давно в Петербурге? Почему не давали о себе знать? Где вы были все это время?

Он крепко обнял старого знакомого, и Басов отметил, что, хотя рыцарь заметно постарел, сил у него не убавилось.

– Где я был? – переспросил Басов. – Проще сказать, где не был. Вернулся десять дней назад, со своим учеником, Федором. Он решил открыть школу фехтования.

– А вы? – изумился Макторг.

– Я поселюсь рядом, – улыбнулся Басов. – Не оставлю же ученика советом.

– Это хорошо, это просто замечательно, – просиял Макторг. – Знаете, после вашего… отъезда Петербург будто потерял что-то.

Басов пожал плечами.

– А как вы?

– О, – поднял брови Макторг, – много перемен. Северороссия теперь – королевство. Правда, без короля. Наследник должен принять власть в конце года, а пока страной управляет регентский совет, членом которого является ваш покорный слуга.

Макторг склонил седую голову.

– Значит, вы один из соправителей? – поднял брови Басов.

– Какое там, – Макторг отчаянно махнул рукой. – Раз в неделю меня силком вытаскивают на заседания, я там сплю, пока Оладьин ругается с вашим бывшим слугой, Назаровым. Потом меня будят, я утверждаю принятые решения и еду восвояси. Мои партии в политике сыграны. Пришли новые люди, и я не у дел. А вот ваш Петр сделал блестящую карьеру. Он теперь барон, министр внутренних дел, член регентского совета, в который его ввели после гибели Дашевского в сражении под Старой Русой. И, кстати, злейший враг Оладьина.

– Да? – изобразил удивление Басов. – Как же так получилось?

– Долгая история, – поморщился Макторг. – В общем, сейчас при дворе сложились две группировки, которые борются за влияние на наследника. Одну возглавляет Оладьин, другую Назаров. Оладьин выступает за примирение с Москвой и Стокгольмом и нейтралитет во всех европейских конфликтах. Назаров и те, кто его поддерживает, требуют участия в союзе против Швеции и продолжения войны с Московией. Более того,

они считают, что после разгрома царя Ивана наследник может не только взойти на североросский престол, но и включить в состав своих владений московские земли. Сейчас борьба развернулась особо остро. До вступления на престол наследник должен жениться. Оладьин настаивает на его браке со шведской принцессой Мартой, а Назаров – на браке с Ядвигой, дочерью польского короля. Вопрос должен решиться со дня на день. И тогда станет ясно, какая из партий проиграла, а какая победила.

– А вы? – поинтересовался Басов. – Кого поддерживаете?

– Я далек от политики, – скривился Макторг. – Пусть наследник поскорее женится хоть на ком-нибудь и вступит на престол. Тогда регентский совет будет распущен и я смогу наконец сделать то, о чем мечтаю. Вернусь в Шотландию, куплю поместье и буду тихо доживать свой век.

– Вы не хотите остаться в Северороссии? – удивился Басов.

– Хочу, но не могу, – буркнул Макторг. – Слишком долго я участвовал в политических играх, чтобы меня оставили в покое. Я пытался уйти – не дали. Здесь я себе не хозяин. Вы молодец, что не пошли во все это десять лет назад. Я вот залез – и никак не могу выбраться.

– Значит, все-таки вам придется голосовать, – помолчав, произнес Басов. – Кого вы поддержите?

– Знаете, – пожал плечами Макторг, – я старый служака и помню золотое правление великого князя Николая. Как бы то ни было, союз с Московией всегда был плодотворнее для Петербурга, чем вражда. Я буду голосовать за Оладьина. Отдам последний долг, а потом уеду – и гори оно все огнем!

– Что-то уж больно печально вы смотрите на будущее.

– А вы видели наследника?

– Нет. А что?

– Жалкий пропойца и бабник, – фыркнул шотландец. – Не думает ни о чем, кроме как о выпивке и женщинах. Его слово весит меньше пера, а все его помыслы только об удовольствиях.

– Он еще молод, – пожал плечами Басов.

– Через несколько месяцев он вступит на престол, и тогда страной будут управлять смазливые любовницы и вороватые собутыльники, вот что страшно, – воздел руки к небу Макторг.

– У каждого свой путь. А вам бы я посоветовал приготовить оружие. Кажется, у нас гости.

– Какая интересная сабля, – словно не расслышав его, произнес Макторг. – Наверное, из далеких краев.

– Да, из далеких… А вот и наши друзья, – спокойно сказал Басов, указывая на людей, которые начали выходить из леса.

Они были одеты в зеленые охотничьи костюмы грубого сукна и вооружены саблями. У двоих в руках были огромные пистолии [36] .

– Это за мной, – глухо произнес Макторг. – Уходите, Игорь. Вы здесь лишний.

– Ну, раз уж я здесь оказался… – мягко улыбнулся Басов, положил правую руку на рукоять меча и неспешно направился к убийцам.

36

Пистолия – прообраз пистолета. Огнестрельное оружие, весьма внушительных размеров, напоминавшее скорее обрез, чем пистолет.