Мастер
Шрифт:
Грейх пожевал нижнюю губу, словно раздумывая над следующей фразой.
– Дело в том, что мне надо достать одну ценную штучку, которая очень здорово спрятана. И мне нужен подросток твоей комплекции. Хорошо сложенный, крепкий, но вместе с этим худой, чтобы пролезть в единственное окно нужной комнаты, а после выбраться оттуда.
– Зачем мне это? – нахмурилась Юти.
– Пугать стражей я, наверное, не буду. А вот местным объединением воров могу. Они очень ревностно относятся к своей репутации. И если выяснится, что на их улицах работает приезжий специалист, пусть и подросток, то не обрадуются.
Юти посмотрела на Ерикана, но тот не произнес ни слова. Более того, вид старик был примерно таким же равнодушным, как когда тот утром ел пшенную кашу.
– Твой учитель сказал, что решать тебе, – заметил взгляд девочки Грейх. – Но не думай, что я пришел лишь пугать. Когда ты принесешь то, что нужно, то я отблагодарю. И дело, конечно, идет не только о деньгах.
Теперь уже настала речь гостя посмотреть на Ерикана. Старик был сама невозмутимость.
– И куда надо залезть? – спросила Юти.
– А вот это весьма любопытно. Нужно забраться почти под крышу главной башни библиотеки. Так сказать, на самый верх Хера Нударута.
Глава 18
Юти давно скиталась по землям Империи и знала, что порой нельзя верить и самой себе. Потому щедрая (даже чересчур) награда в три империала и книга (не свиток, а целая книга) о природе и постижении яснознания, обещанные Грейхом, не вскружили ей голову.
Да, три золотых – это целое состояние, которые могли значительно помочь в их путешествии. А еще один кирпичик в массивную стену миели, казалось, именно то, что сейчас нужно девочке.
Однако Юти понимала, что пообещать можно все, что угодно. Спросить с амиста она ничего не сможет, тот не Одаренный, потому и клятва Аншаре отпадает.
Юти попыталась провести незнакомца, сказав, что ей нужно три дня, чтобы ко всему тщательно подготовиться.
Уловка даже почти сработала. Но вечером Грейх пришел снова и выяснилось, что он не просто умный человек, но еще и крайне недоверчивый. Амиста выведал, что путники собираются уехать через три дня. Даже узнал, каким именно способом и куда.
Юти не злилась на Кайриша. Девочка понимала, что едва ли здесь замешаны деньги. Хватило того, что хозяин после появления амисты будто язык проглотил и стал смотреть волком на своих приживал. Видимо, он сам многое бы отдал, чтобы лишний раз не беседовать с благородным.
Грейх убедил хозяина в том, что часть озвученной информации о гостях никак не является предательством. Юти амиста так и сказал: «В данной ситуации себе навредить можешь только ты сама», намекая, что более подобных уловок не потерпит.
Потому они договорились, что все произойдет в ночь перед отъездом Юти и Ерикана из города. Причем, Грейх необычайно легко согласился на подобное. Он сказал, что исчезновение Юти после совершения дела пойдет всем на пользу. Вот только девочка необычайно напряглась, когда улыбчивый Грейх произнес «исчезновение».
Неожиданно, наверное, сам того не осознавая, Одаренную успокоил Ерикан. Тот и бровью не повел даже когда амиста предложил им три империала, это при всем отвращении старика к деньгам, да и сообщения о количестве стражи
И Юти решила так – если бы ей угрожала серьезная опасность, то учитель попытался отговорить или попросту сбежать. Да, тогда пришлось бы путешествовать исключительно на своих ногах, да еще опасаться, что Грейх Лирд отрядит за ними в погоню стражников или… преступников (как поняла Юти, амиста мог провернуть оба варианта). Если же и это не вызовет должного результата, то благородный еще чего доброго, и просто пошлет весточку в Верхний Горл, чтобы Вороны встретили гостей.
Но разве это когда-нибудь останавливало Ерикана? Выбирая из двух зол, старик всегда останавливался на том варианте, при котором в итоге он выпьет вина будучи здоровым и невредимым. Если сейчас учитель глядел на общение Юти с Грейхом с легким любопытством, особо не вмешиваясь, то Одаренной не грозила серьезная опасность.
Потому Юти приступила к самому сложному и неприятному в любом деле – тщательной подготовке. Доселе Книрон не знал столь любопытствующего путешественника, которой так яро интересовался главной достопримечательностью города. Правда, с определенной оговоркой.
Если бы внимательная стража, охраняющая вход в башню, перестала играть в кости прямо в карауле, то невольно задалась вопросом – почему мальчишка с закрывающими глаза волосами приходит сюда каждый день. При этом ни разу не заплатил пятьдесят медяков, чтобы посетить Хер Нударута изнутри для последующего восхищения самой библиотекой, если он понимал толк в книгах, или просмотра на Книрон с высоты почти птичьего полета, в том случае, если толстенные и редкие фолианты человека не интересовали.
Юти узнала самое важное, после чего любопытство к помещениям библиотеки угасло – путешественников пускали не выше середины башни. Дальше начинались личные комнаты благородных, где они хранили самые драгоценные вещи, не считая денег.
Как выяснила Одаренная из разговора с Грейхом, Хер Нударута, помимо основной своей функции («Библиотеки, а не той, что ты подумала», – со смехом заметил амиста), выполняла роль крупнейшего в Империи банка.
За время путешествий Юти уже познакомилась с деловыми домами и даже немного стала разбираться в том, как они устроены. Те самые банки всегда хорошо охранялись, порой лучше многочисленных крепостей. Девочка с тоской думала, что времена, когда тебя могли прирезать за мошну денег или жеребца канули в лету. В крупных городах разбойники и головорезы медленно исчезали, а на смену им приходили банкиры. И еще непонятно, кто из названных товарищей был опаснее.
Еще Грейх сказал, что главная башня – наиболее защищенное место в Книроне. Помимо патрулирующей внутри стражи, снаружи находится около полусотни солдат, которые будут подняты по тревоге. И самое сложное – не пробраться в комнату, а именно выбраться, до середины башни снаружи на окнах стоят крепкие решетки.
Сам амиста прежде пробовал нанять сиел, способных с помощью левитации подняться в воздух, а после добраться до нужного окна. Но и тут путем смерти одного из нанятых Одаренных выяснилась одна неприятная особенность. Близ башен не работала сила души, потому приходилось рассчитывать на другие способности.