Мастера книги
Шрифт:
Вскоре эйфория начала проходить, уступая место не очень-то приятной реальности. В машине воняло, несмотря на то, что все окна были открыты, а одна только мысль о том, что мне придется еще несколько часов просидеть в собственных какашках… От таких дум я пару раз чуть было не устроил аварию, но мне все-таки удалось взять себя в руки.
Ментов же я перестал бояться уже на третьем посту.
В «Ашане» на «С-47» меня ждала убитая «Копейка», на переднем сиденье которой лежал конверт:
«Автомойка на «Алмазе», та, на воротах которой написано «освежись за 100 рублей». Тебя уже ждут. Там ты уже сможешь помыться. Удачи».
Авторынок «Алмаз» находился всего в десяти минутах езды, а это значило в первую очередь, что через десять минут, если все будет нормально, я вновь почувствую себя человеком! Издав клич получившего по яйцам копытом буйвола индейца, я двинулся в путь. Настроение поднималось с каждым километром. А проехав пост ГИБДД между Аксаем и Ростовом, я окончательно воспрянул духом. Я даже рассмеялся, представив себе лица тех бедолаг, которым после меня предстоит садиться в обгаженные машины.
В автомойке меня и вправду ждали. Не успел я подъехать, как к моей машине подошли двое молодых парней, наверно только-только закончивших школу.
– Пойдемте, – сказал мне один.
Второму же предстояло куда-то отогнать мою машину, и ему я совсем не завидовал.
– Раздевайтесь, – сказал мне мой спутник, когда мы вошли в помещение.
Я не заставил себя долго упрашивать. Раздевшись, я сунул грязную одежду в пакет для мусора, после чего мы приступили к водным процедурам. Душа в автомойке не было, и моему радушному хозяину пришлось поливать меня со шланга. Зато вода была приятно горячей, и было мыло, обычное, дешевое мыло, показавшееся мне тогда даром богов.
После купания я надел прямо на голое тело (надеюсь, не заразные) рабочие брюки и футболку. Мои любимые туфли тоже ушли в мусор, и их сменили стоптанные тапки. Вид у меня получился очень даже алкоголический, но после обосранных штанов
– Идемте, я вас отвезу, – сказал мне радушный хозяин, когда я оделся.
Мы сели в его «Опель», и через несколько минут я уже входил в подъезд нового, еще до конца не заселенного дома в районе пересечения «Красноармейской» и «Кировского».
Явочная квартира оказалась практически пустой. Только играющий роль стола застеленный газетами козел и деревянный ящик в качестве стула.
Зато на столе меня ждал совсем новенький ноутбук.
– Ну здравствуй, любимый, – сказал он мне голосом Алины, когда я поднял крышку. – Вот все и закончилось или почти закончилось. Ты не представляешь, как я счастлива, что ты здесь, слушаешь мое послание. Ведь это значит, что очень скоро мы будем вместе. Теперь уже навсегда. Осталось лишь подождать, пока наш с тобой друг не придет за тобой. Так что можешь расслабиться – они над тобой больше не властны. Наш друг хотел оставить тебе какую-нибудь тахту, чтобы ты мог поспать, но я сказала, что ты все равно не сможешь уснуть, а раз так, тебе будет лучше скоротать время за компьютером. Извини, если я была не права.
– Конечно же ты права… Алиночка… Девочка моя любимая…
Она была совершенно права.
Я сел за компьютер, создал текстовый файл и начал писать этот текст. Вот почему у меня нет и не будет возможности его подправить. Ну а почему мне пришлось изменять имена, даты, пароли и явки, думаю, объяснять не надо. По мере того, как я писал, я начинал с каждым словом все яснее чувствовать Черного Человека (теперь с большой буквы), а дойдя до этих строк, я начал видеть его своим внутренним зрением.
До нашей с ним встречи осталось каких-то несколько минут. Вот он выходит из машины у подъезда дома. Вот не спеша поднимается вверх по лестнице. Подходит к двери. Достает из кармана брюк ключ. Вставляет его в замочную скважину. Поворачивает.
Он входит в квартиру, и у меня остается время лишь на то, чтобы поставить дату и сохранить текст.