Мастера Семигорья
Шрифт:
«Нет, что-то здесь не так», – подсказало ему сердце. Он опять повернул обратно, но увидел, что земля позади него обуглилась и превратилась в горящие угли. А детские голоса тем временем ещё жалобнее заголосили о помощи, а один из голосов так пронзительно закричал, что, забыв об осторожности, царевич бросился на его призыв. Пробежав несколько шагов, он разрубил мечом попавшиеся на пути кусты и, сделав шаг, упал с небольшого обрыва во что-то жидкое, вязкое и дурно пахнущее. Лепесток огня духа свереха Ярла он выронил из руки, и тот, упав в цветок кувшинки, озарил светом покрытое рясой мрачное болото, посреди
– Хватайте, крутите, ломайте, топите его! – и, пришпорив пень, стал кругами скакать вокруг царевича, поднимая на болоте волны, которые, смыкаясь вокруг Яри-яра, сжимали его, не давая вырваться из трясины.
Хухлики, а затем и мары, шиликуны, и сам Анцыбал набросились на него, и крепкими длинными корнями кустов и деревьев, торчавшими из отвесного склона, с которого упал царевич, привязали его к обрыву. Прилетел чёрный сыч. Хлопая перед лицом Яри-яра крыльями и моргая большими жёлто-зелёными глазами, он стал увеличиваться и менять свою форму. Через мгновение он уже превратился в чёрного человека в чёрном плаще с угловатым бледно – призрачным лицом и острым носом. Теперь его глаза сменили свой цвет, став, – один зелёным; другой, как пропасть, бездонно чёрным.
– Я так и знал, – тихо с горечью, вздохнул царевич Яри-яр, узнав в призрачно чёрном человеке Властелина тьмы Бестария.
– Какое чистосердечное признание в совершённой глупости! – удивлённо воскликнул Бестарий, шагая по поверхности болота и не оставляя разводов на воде. – Знал!.. Знал и всё-таки пошёл убедиться в точности обмана, когда это и так очевидно… И даже бросился спасать несчастных детишек! Как легко обмануть того, у кого доброе, искреннее сердце!
– Да. В особенности, тому легко это сделать, у кого сердца нет, – грустно ответил Яри-яр.
– У каждого в этом мире своё предназначение! – усмехнулся Бестарий.
Он подошёл вплотную к царевичу и пристально всмотрелся в его лицо. Яри-яр, не отводя взгляда, бесстрашно смотрел в его разноцветные глаза, ожидая, что Повелитель тьмы предпримет дальше. За спиной Бестария на болото приземлился огромный нетопырь, сев задом на кувшинку, в которой горел волшебный лепесток огня свереха. На мгновение наступила кромешная темень, но уже в следующую секунду с диким воем, рассыпая задом искры, нетопырь взвился в небо, и исчез за лесом.
– Красота! – с восхищением разом воскликнули все болотные черти, глядя, как осветилось их болото, и как разноцветьем засверкала на его поверхности ряса.
Проводив нетопыря взглядом, Бестарий дёрнул головой.
– И в самом деле… Умеет он удивлять! – повернувшись к Яри-яру, он шлёпнул себя по бокам. – Ну вот, теперь я забыл, что хотел… Напомни-ка мне…
– С удовольствием: у тебя нет сердца, да и… мозгов, похоже, тоже нет…
– И души! – забулькал чёрт Анцыбал.
– Это обще известно, – согласился царевич Яри-яр.
– Безусловно! – подняв вверх указательный
– А что делать нам? – жалобно заголосили хухлики и Анцыбал, собравшись вокруг кувшинки, в которой горел лепесток огня духа свереха Ярла. – Мы не можем к нему притронуться и убрать отсюда, потому что это лепесток священного огня, оставленного Софом знахарю Маковею…
– У – у!!! – ещё сильнее передёрнулся Бестарий, услышав это имя.
– Если мы его не уничтожим, то он выпарит наше болото, а нас… Как это сказать?.. Просветит в честность! – съёжились черти.
– Ну, так затушите его!
– Нетопырь, попробовал и вон, что из этого получилось: скуки нас лишил!– опять восхищённо загалдела болотная нечисть. – Просто-таки невиданное зрелище!
– И что вы предлагаете?
– Мы?! – забулькали черти. – Мы ждём от вас предложения.
– Мне сесть на этот фитилёк, чтобы ещё больше изумить вас?! – запахнул Бестарий полы плаща, чтобы лучше прикрыть свой зад. – Для этого вполне достаточно и Анцыбала…
– Батюшка Темнейший, а ничего тупее нельзя придумать? – заикал от испуга Анцыбал. – Я, таким образом, ни разу не просвещался, – понизил он голос до таинственности. – А вдруг оно соображать станет?.. – показал он себе под хвост.
– …То будет, у кого поучиться, – небрежно перебил его Бестарий.
– Как же так?! – поперхнулся, разведя руками, чёрт.
Царевич Яри-яр от души рассмеялся.
– Да, хотелось бы взглянуть на эту невидаль, когда б черти и сам его обладатель учились у седалищного места, выслушивая его нравоучительные проповеди…
– Ещё увидишь, – остался невозмутимым Бестарий.
– Да вы просто накройте лепесток огня абажуром!.. И всё! – посоветовал царевич.
– Уф – фу! – с облегчением выдохнули все, включая Повелителя тьмы.
– Грешно сказать, ваше Темнейшество, но я ещё никогда не чувствовал себя таким счастливым! – пробормотал Анцыбал. – А что такое абажур?
– Темнота! – презрительно бросил ему Темнейший.
– Я уже это понял… А как оно выглядит?
Бестарий покачал головой.
– Понял! – ухмыльнулся чёрт. – И как это я сразу не догадался, что у нас зад, а у вас абажур… Вот заискрится-то!
– Идиот!
– А как же!.. Хухлики!.. – обратился Анцыбал к чертенятам, и те забулькали и за-гукали на разные голоса, приглашая Бестария сесть на кувшинку с огоньком.
– Да вы что?! – возмутился Властелин тьмы и, повернувшись к Яри-яру, тихо спросил: – Слушай, царевич, может быть они и в самом деле правы?
– Тупица!
– Сейчас не до комплиментов! – отмахнулся Бестарий. – Давай лучше уточним, а то, судя по нетопырю, мне что-то жаль свой абажур…
– Абажур – это такое приспособление, которым прикрывают свет, чтобы он не слепил, – пояснил царевич. – Вы можете корой с деревьев прикрыть лепесток огня, и тогда пламя свереха Ярла не иссушит болота и просвещением не испортит чертей!