Мать и сын
Шрифт:
— Тридцать рублей и ни копйки меньше!
— Пожалй мать родную!
— Что мн васъ жалть, коли вы сами меня не жалете.
— Ахъ ты, Господи! — всплескиваетъ руками мать. —
— Шалишь! Не надуете. Идите домой и несите сюда, а я вотъ здсь у бережка постою.
— Ну, вотъ, ей-богу, отдамъ! Умереть на этомъ мст — отдамъ!.
— Не врю! Потому что ужь сколько разъ надували. Пуганая ворона и куста боится. Несите деньги, и тогда, шабашъ!
— Ахъ ты, ома неврный! Ахъ ты, езуитъ поганый! Причаливай къ берегу, сей часъ вынесу! — восклицаетъ мать и отправляется на дачу за деньгами. Черезъ нсколько времени она приноситъ ихъ на берегъ.
— Выходи и бери!
— Стара псня! Несите на плотъ, — отвчаетъ сынъ.
— Ахъ ты, безобразникъ, безобразникъ! — бранится она, однако сходитъ на плотъ и отдаетъ сыну деньги. Тотъ, не сходя съ лыжъ, пересчитываетъ и кладетъ въ карманъ и говоритъ:
—
Черезъ пять минутъ онъ отводитъ лыжи на то мсто, гд взялъ ихъ, и подымается на берегъ, гд его ожидаетъ мать.
— Срамникъ! Непотребникъ! — встрчаетъ она его. — Пойдемъ домой чай пить! измучилъ ты меня всю!
Сынъ подбоченивается, надваетъ шляпу на бекрень и вообще принимаетъ ухорскій видъ.
— Такъ сейчасъ я и пойду домой съ тридцатью рублями въ карман. Нтъ ужь, дудки! Съ этими деньгами я почище васъ компанію найду! — отвчаетъ онъ, вскакиваетъ на стоящаго у мостковъ извощика и кричитъ:- Дуй блку въ хвостъ и гриву! На Минеральныя! Пали! Цлковый!
Настеганная лошадь трогается и увозитъ Мишу на Минеральныя, а обманутая мать вздыхаетъ, горько смотритъ ему вслдъ и, съ болью въ сердц, слышитъ возгласы сына въ род: «пали! дери! накаливай!» и т. п.
1874