Мать-Земля

Бордаж Пьер

Жек с пользой провел свое свободное время, изучив «Папидук» сверху донизу: машинный зал, рубку управления, трюмы, набитые ящиками, контейнерами, машинами, каюты, где теснились выходцы с миров Скодж, часть из которых хотела просить статуса гражданина Свободного Города Космоса, а часть собиралась отправиться в скопление Неороп, чтобы заработать. Он исколесил километры коридоров, залезал в кессоны герметичности, блуждал в проходах, которые никуда не вели, побывал в каютах, забитых архивами, покрытыми пылью и плесенью… Ему не хватало неловкой нежности ма Ат-Скин настолько, что он иногда спускался в каюты эмигрантов и, прислонившись к перегородке, часами наблюдал за женщинами

скодж. У них не было ни малейшего чувства стыда – некоторые отдаленные районы миров Скодж еще не слышали Истинного Слова Крейца и требований Церкви, касающихся одежды, – и они зачастую ходили по коридорам нагишом. Он наблюдал их в короткие минуты интимности, любовался их белой кожей, черными, блестящими потоками волос, колыханием груди, складками живота…

Еще один ритуал нарушал монотонность путешествия: ежедневный обед, на который его приглашал видук Папиронда. Владелец «Папидука», которого экипаж боялся пуще ядерной чумы, превращался в учтивого разговорчивого хозяина, как только оказывался наедине со своим маленьким гостем. Стол, намертво прикрепленный к полу и накрытый белоснежной скатертью, украшали светящиеся микросферы. Жек, который остальное время ел вместе с экипажем в кают-компании, не обходил вниманием яства, которые готовил и подавал на стол личный повар видука. Его желудок внезапно превращался в бездну, которую было невозможно наполнить, и хозяин с удивленным и веселым видом смотрел, как обжирается мальчуган.

Их разговоры всегда касались одной и той же темы: Артак. Видук подробно рассказывал об обстоятельствах встречи со старым карантинцем.

– Я только что купил корабль. И стоял на рейде на Франзии, одной из планет скопления Неороп. Собирая экипаж, я арендовал бюро в Неа-Марсиле, столице западного континента Франзии. В то время – это было более пятидесяти лет назад – неоропские миры вели между собой войну. Пространство было буквально испещрено вспышками взрывов. Большинство звездных путей было перерезано.

– А почему они воевали?

– А кто может знать, почему возникают войны? Полагаю, смесь вековой ненависти, правительственной мегаломании и экономических причин… Эмиссары Конфедерации Нафлина пытались вернуть воюющих на путь разума, но безуспешно. Однажды утром в бюро явился некий человек. У него были длинные руки и странная рожа. Он спросил, свободен ли мой корабль. Я ответил, что это зависит от товара, который он мне предложит. Он сказал, что корабль нужен ему для поставки оружия.

– Артак торговал оружием?

– Нет, не торговал. У него никогда не было коммерческой жилки. Он был агентом абсуратского рыцарства. И получил распоряжение вооружить повстанцев Спании, которая была под угрозой полного уничтожения коалицией сил Франзии, Ноухен-ланда и Алемании. Орден абсуратов не хотел, чтобы Спания попала в руки союзников.

– Почему?

– Военная стратегия. Слишком долго объяснять… «Что я заработаю в этой операции?» – спросил я Артака. «Не деньги, – ответил он, – возможность позже получить монополию на торговлю между Неоропом и Ут-Геном…» – «С Ут-Геном, этой жалкой радиоактивной скалой?» – «Но как раз радиоактивные минералы и придают планете ценность, – возразил он. – После войны рынок облученных материалов невероятно разовьется». В конце концов он меня убедил. Ему удался фокус получить мой корабль и экипаж, не выложив ни единой стандартной единицы! Через трое суток мы сели на крохотный мертвый спутник, где абсуратские агенты спрятали оружие и защитные взрывающиеся сети… Комбинезоны, маски, пересеченная местность, низкая сила тяжести – все это не облегчало работы. Погрузка заняла целую неделю…

Видук рассказал о долгом

и опасном перелете до Спайна, о нескончаемых играх в прятки с военными кораблями союзников, о преодолении стратосферной блокады.

– Артак заманил нас в ад! Семнадцать из двадцати девяти двигателей были повреждены излучением орбитальных сверхпроводящих батарей. Мы совершили аварийную посадку на Спайн, черный и вонючий мир! Самым худшим было то, что эти кретины спайняне приняли нас за врагов. Трое стандартных суток они поливали огнем «Папидук». Я был задет излучением светобомбы. Вот, смотри…

Он расстегнул пиджак и показал длинные рубцы на груди и животе.

– Я выглядел не очень-то красиво. Потерял половину кишок и легких. Знаешь, какие раны получаешь, если попадаешь под излучение светобомбы…

Жек даже не стал представлять себе эти раны.

– Все, и первый я, думали, что вскоре отправимся в мир иной. Все, кроме Артака. Пока кипела битва, он перенес меня в трюм, уложил на матрас и лечил десять дней. Десять дней! Долгие часы он намазывал мое тело мазью собственного изготовления. Самое невероятное, что он готовил ее тут же. Сыпал порошки в чан с охлаждающей жидкостью, перемешивал все и получал липкую пасту, которую накладывал на мои раны. А знаешь, как вытягивал гной?

Жеку вовсе не хотелось знать таких подробностей.

– Он его высасывал и выплевывал!

Анжорец почувствовал приступ тошноты, и десерт, кремовый торт скоджей, сразу приобрел горечь желчи.

– Артак, бетазооморф, вернул меня из мира мертвых, Жек… Раны мои зарубцевались, и я смог вернуться в свою каюту. Мне не хватало – и не хватает до сих пор – куска легких и нескольких сантиметров кишок. Экипаж не мог поверить в мое выздоровление. Через две недели спайняне получили послание от ордена абсуратов и наконец сообразили, что ошиблись. Мы передали им сети, а они в качестве извинения прислали нам армию техников и ремонтников. Мы улетели через месяц под эскортом их космических истребителей. На этот раз нам не представило трудностей преодолеть блокаду: сети уничтожили большую часть орбитальных батарей. Артак сдержал обещание. Я высадил его в Глатен-Бате. Там он вступил в переговоры с капитанами бродячих кланов, с которыми я и подписал договор о коммерческой монополии… Я больше с ним не встречался. Знаю, что он выполнил несколько миссий для абсуратского рыцарства, а потом сел в тюрьму на десять лет еще до провозглашения империи Ангов. Но я не знал, что он перебрался в эту крысиную нору… в Северный Террариум…

– Он и мне спас жизнь! – воскликнул Жек, едва сдерживая слезы. – Он отдал мне свою маску, когда крейциане пустили газ в гетто.

– Артак умер так, как и жил, Жек: сеньором. Тебе очень повезло, что ты встретился с ним. Но я не понимаю, почему он заклинал тебя отправиться на Мать-Землю. С таким кораблем, как мой, такое путешествие займет более двадцати лет.

– Артак сказал мне, что в Неоропе есть сеть тайных проводников.

– У них есть дерематы? Клеточные передатчики?

Жек скривился.

– Разумнее остаться со мной, – добавил видук. – Мир полон опасности для восьмилетнего ребенка. У меня нет сына, нет наследника…

– Нет! Я хочу стать воителем безмолвия!

– Артак, по-видимому, так и не смирился с поражением ордена абсуратов. Власть сиракузян и их приспешников, скаитов, над миром оставляет мало надежд. И у него не было иного выхода, как вцепиться в мечту, в химеру. Найа Фикит, Шри Лумпа и их так называемые воители безмолвия – всего лишь плод коллективного подсознания… легенды, если хочешь знать. Я предлагаю тебе, быть может, менее славное будущее, но будущее конкретное и во многом завидное…