Мат
Шрифт:
— Ну, как знаете, — развел пухлые руки Росс. — Я предупреждал.
— О том и речь, — Пол с довольным видом откинул назад длинные волосы, — я знал, что этот аргумент подействует.
— Правила… — произнес Алекс, с грохотом разбивая ромб. — Нарушать… — он обошел стол, следя за разбегающимися шарами, один из которых уверенно катился в лузу, — нельзя.
— Я… — он медленно согнул руку, отводя назад кий, — правила… — под рукавом тенниски вздулся бугор бицепса, — уважаю.
Очередной шар с треском
— Более того… — он оглядел стол в поисках следующего подходящего шара. — Я всегда настаиваю… — следующий шар нашелся, и Алекс уверенно направился к нему, — на том, чтобы правила уважали… — еще одним шаром на столе стало меньше, — все игроки.
— Так мы и не узнаем, чем Роб раньше занимался, — вполголоса сообщил Пол.
— Подожди, — сказал Брендон. — До конца игры подожди, там увидим.
— А что там смотреть, — Пол кивнул в сторону стола, с которого за это время исчез еще один шар. — Ему же ударить никто не даст.
Роберт, не обращая внимания на этот разговор, спокойно наблюдал за перемещениями Алекса.
— А вот это, — Алекс медленно согнул указательный палец кольцом над кием, — называется «шанхайский звон».
— Ох ты! — выдохнул Росс, когда цветное мельтешение на столе замедлилось. Брендон одобрительно крякнул.
Алекс, проходя, похлопал Росса по плечу.
— Между прочим, самый простой из всех красивых ударов. Только выглядит сложно. Могу показать потом, если хочешь.
— А что это Роб такой довольный? — тихо спросил Пол у Майкла.
— Не туда смотришь. Глянь на Алекса.
Алекс несколько дольше, чем обычно, изучал стол. Наконец, он принял какое-то решение и в полной тишине наклонился над бортом. Щелкнул кий.
— М-да, — громко сказал Пол.
— Какой там м-да? — отозвался Брендон. — Не видишь, что это специально?
— Что специально? Так промазать?
— Конечно. Оттуда закатить все равно ничего нельзя было. Зато теперь у Роба никаких шансов. Ему же сначала надо по восьмерке бить, а она вон где. Мертво.
Алекс выжидающе посмотрел на Роберта.
— Мертво, — согласился Роберт. — Совсем мертво.
Он быстрым шагом обошел стол и, почти не примериваясь, хлестким ударом отправил шар по совершенно непонятной траектории. Над столом взлетел веселый треск.
— Так не бывает, — сказал Пол. — Два за раз от четырех бортов…
Алекс неподвижно смотрел на стол, на котором одиноко застыл единственный шар.
— Силен, — сказал он наконец, поворачиваясь к Роберту и широко улыбаясь. — На деньги с тобой действительно лучше не играть.
Пять минут спустя все, пошумев и еще раз обсудив красоты последней партии, расходились. Алекс демонстрировал Брендону какой-то сложный винт; время от времени приговаривая: «Хотя это ты лучше у Роба спроси». Брендон
— Да ну его, — сказал он после того, как шар снова неумело ткнулся в борт, — все равно с ходу не получится.
— Потом еще попробуем, — ободряюще сказал Алекс. — Росс?
Росс остановился в дверях.
— Я про «звон» серьезно говорил. Если хочешь, могу показать.
— Давай, — Росс радостно вернулся к столу. — Брендон, посмотришь тоже?
— Нет, с меня на сегодня хватит, — и Брендон исчез, оставляя Росса наедине с Алексом.
— Значит, делают это так. — Алекс вытащил из лузы несколько шаров. — Во-первых, далеко не всегда такой фокус проходит. Но если ситуация позволяет, от него отказываться нельзя.
Он замер, как будто к чему-то прислушиваясь, затем продолжил:
— В первую очередь важен расклад. — Он короткими движениями разложил шары на пустынной зелени стола. — Во-вторых, очень важно, с кем ты играешь.
— Не понял, — сказал Росс, изучая расстановку. — В каком смысле?
— Сейчас поймешь. — Алекс стал рядом с Россом. — Положи кий, сначала надо проанализировать ситуацию. Видишь, где лежит этот шар? Так вот, его легко закатить семеркой в ту угловую лузу.
— Конечно, легко, — согласился Росс. — А дальше?
— Что дальше?
— Ну, это же очевидный удар. А «шанхайский звон»?
— «Звон»? — Алекс удивленно взглянул на Росса. — Он-то тут при чем? «Звон» — это совсем другое.
— А что? — недоумевая, спросил Росс.
— А вот что.
Белая стена перед глазами Росса вдруг стала черной с красным отливом. И еще очень захотелось дышать. Еще мгновение назад легкие незаметно работали как-то сами собой, а теперь они почему-то судорожно сжимались от недостатка воздуха. Но вдохнуть никак не получалось. Вместо воздуха в голову рвалась кровь. Она обтекала неожиданно сжавшееся горло, распирала щеки и глаза, наполняла уши нестерпимым звоном. Казалось, сейчас она прорвет кожу и брызнет во все стороны, заливая стол, кресла и аккуратно подметенный паркет. Потом свежая струя воздуха влилась в истерзанные легкие, черная в багровых пятнах стена побледнела, и, вытесняя звон, в ушах возник шепот Алекса.
— Вот это и есть «шанхайский звон».
Росс, ни о чем не думая, отчаянно рванулся прочь.
— Спокойно! — Нечто, напоминающее по твердости кусок дерева, вновь сжало его горло. — Не перестанешь дергаться — будет гораздо хуже.
— Ты… ты… — Росс судорожно вдохнул.
— Конечно, я, — согласился Алекс, немного ослабляя захват. — Еще раз говорю: дернешься — будет хуже. А закричишь — всю жизнь жалеть будешь. Понял?
Росс кивнул, насколько позволяла массивная рука, стальным кольцом охватившая шею.