Майнеры
Шрифт:
Ларин подумал, что давно не навещал старого приятеля. Пять лет пролетело совершенно незаметно.
– Как Лена, учится? Все нормально?
– В этом году диплом, осталось пару месяцев! Благодаря тебе!
– Я тут ни при чем, Мартин, она сама поступала, я рядом не стоял. У нее математический талант.
– Э не, еще как стоял! – засмеялся Мартин. – Если бы не ты, никогда в жизни она бы не сдала, будь хоть семь пядей во лбу!
Разубеждать молдаванина бесполезно. Сам он ни черта не понимал в математике и испытывал невероятную
В благодарность Мартин вручил ему старинный фамильный кинжал, сказал, что зарежет себя, если Дмитрий откажется его принять. С тех пор кинжал в роскошных инкрустированных ножнах висел в комнате над его компьютером, и, глядя на сверкающее лезвие, Ларин иной раз думал, сколько человек отправлено на тот свет с помощью старинного клинка, тем не менее прятать или избавляться от оружия не хотел. В глубине души он считал, что кинжал каким-то образом защищает его как оберег и вполне еще может пригодиться по прямому назначению, а не только для украшения выцветших обоев.
Ларин решил не ходить вокруг да около.
– Мартин, сколько дашь за мою машину?
– Дорогой, ты что? – он с подозрением посмотрел на Дмитрия. – С ума сошел?
– Мне сегодня второй раз так говорят, – ответил ему Ларин.
– Значит, и правда… что случилось? Деньги нужны? У тебя какие-то неприятности?
– Нет, нет. Все хорошо. Хочу купить новую, а эту продать, все равно ставить некуда.
– По тебе не скажешь, что все хорошо. Зачем обманываешь?
Дмитрий стоял у ворот гаража, а Мартин, вытирая руки промасленной тряпкой, присел на капот почти нового черного «мерседеса» без лобового стекла.
У Ларина возникло искушение все рассказать, но он задушил его в зародыше, не дав разгореться.
– Правда, правда. Сосед предлагает недорого джип, но, чтобы хватило, нужно эту продать. А выгляжу… знаешь, сколько у меня учеников в классе? В среднем – тридцать пять. И каждый день пять уроков. Потом еще готовиться, тетради проверять, подумай…
– М-да, – сказал Мартин, – представляю. И платят копейки.
– На джип наскреб, – улыбнулся Ларин. – Так сколько дашь?
– Эм… это же девяносто шестой?
– Да.
– Зная, как ты ездишь, дам тебе сто тысяч.
– Сто тысяч? Мартин. – Ларин подумал, что он специально дает ему в два раза больше, чем она стоила, а то и в три.
– Больше не могу. На твой «пежо» уже есть покупатель. Спрашивали как раз вчера такую. Проверенную.
Нельзя же торговаться в минус, решил Ларин. Это будет совсем некрасиво.
– Тогда отлично. По рукам.
Мартин исчез в темноте гаража. Он поднялся по лестнице в надстроенный второй этаж, скрипнули половицы. Вскоре он спустился, держа перед собой несколько
– Возьми. Пересчитай.
Ларин отсчитал каждую купюру.
– Сто, – сказал он. – Все верно!
– Ну вот, – сказал Мартин. – Теперь хватит на джип. Какая хоть марка?
Как назло, Ларин забыл абсолютно все марки джипов, ничего не приходило в голову, и он подумал, что выглядит глупо, стоя перед другом с пачками денег.
– Какой-то… кореец, – сказал он, вспомнив, что корейские автомобили недорогие и неприхотливые. Кажется, Валерик, учитель физкультуры, как-то расхваливал. Ларин тогда подумал, что название больно уж неблагозвучное.
– Кореец – это хорошо. Трудолюбивый кореец. Как и ты, – сказал Мартин. Его длинные черные волосы падали на торчащие плечи, руки, выглядывавшие из рукавов синего, в густых коричневых пятнах комбинезона, казались плетьми – болезненная худоба бросалась в глаза.
– Спасибо, друг, – сказал Дмитрий. – Документы в бардачке.
Мартин кивнул. По правде говоря, он не собирался ее продавать, потому что никакого покупателя на нее и быть не могло.
– Вот и отлично, – сказал Мартин. – Сегодня же позвоню покупателю.
Дмитрий положил деньги в сумку, пожал руку Мартину и пошел вдоль бесконечных гаражных стен. На повороте он обернулся. Мартин смотрел ему вслед.
– Какой до метро ходит? – крикнул Ларин.
– Сорок девятый автобус. Или маршрутка, – крикнул в ответ Мартин.
«Удачи тебе, друг», – подумал он.
Через пятнадцать минут ходьбы Ларин вышел на автобусную остановку. Дождавшись транспорт, он втиснулся в переднюю дверь, чтобы видеть, где выходить, но, как ни старался, определить местоположение не мог – окраины похожи друг на друга словно однояйцевые близнецы.
Спустя полчаса блуждания по закоулкам автобус наконец вздрогнул. В боковом окошке Ларин увидел знак метро. Двери с шипением открылись, он вышел, озираясь по сторонам.
Пока он высматривал на указателях, где лучше спускаться, рядом бурлил непрерывный поток людей – одетые разномастно, одни уже почувствовали дыхание весны, в легких куртках, без шапок, в наушниках, с улыбающимися лицами, другие все еще оставались в холодной надоевшей зиме – в темных тяжелых дубленках, меховых ушанках, сапогах и с такими же гнусными физиономиями.
Разобравшись с местоположением, Ларин двинулся к лестнице в метро. Он раздумывал, где лучше купить новый скейт для Олега, когда легкий толчок в спину заставил его обернуться. В тот же момент он почувствовал, как теряет равновесие, а сумка с деньгами, которую крепко держал за ручки, плавно переходит из его рук к новому хозяину. Отрывистый удар под колени подкосил тело, он вскинул руки, чтобы не упасть окончательно, но тот, кто выхватил сумку, ткнул его в грудь, и Ларин, задохнувшись от беспримерной наглости, стал заваливаться на спину – медленно, но неотвратимо, как подстреленный солдат в кино.