Меч наемника
Шрифт:
– Да уж, обшарил. Пустили несколько дюжин стрел в кусты да поорали страшными голосами. Хотя, я думаю, такое приглашение кого хочешь заставит вылезти. Но это пусть остается на совести лентяя Паллека. А нам приказано обыскать этот участок – и мы будем это делать, пока нас не отзовут назад.
– Согласен… Я только вот что думаю: мы же шли снять осаду с Ротенгри. Чего это начальству приспичило брать штурмом этот заштатный форт ради того, чтобы взять в плен с полкогорты наемников? Их после штурма больше и не останется.
– Не знаю. Начальству
– Может и так. Да, наш господин Синьява – мастер на всякие фокусы.
Голоса стали стихать, продвигаясь дальше вдоль лесной опушки.
Троица беглецов долго сидела неподвижно в своем убежище, прежде чем перевела дух.
– Значит, они повсюду разыскивают тех, кто не успел добежать до форта и не был убит в первые минуты, – прошептал Сабен.
– Я не совсем поняла, зачем им понадобилось штурмовать форт, – сказала Пакс.
– Синьява… Синьява, – бормотала Канна. – А, вспомнила! Хорошего мало, если это действительно он.
– А кто это?
– Было бы лучше, если бы я ошибалась, но, по-моему, Синьява – это и есть Медовый Кот. Слышали о нем?
Пакс и Сабен передернулись:
– Да уж, наслышаны… Но что нам теперь делать?
– Пробираться к нашим. Герцогу эти сведения важны как ничто другое. Эх, знать бы еще, куда они поведут пленных.
– И будут ли они упорно штурмовать форт, чтобы взять в плен остальных.
– Да, сколько всего узнать нужно: куда они идут, когда и по какой дороге…
– Может быть, я смогу подобраться к ним поближе и выяснить что-нибудь, – предложила Пакс.
– Подожди, – ответил Сабен. – Туман, конечно, прячет нас, но и наскочить на патруль в такой пелене – тоже проще простого.
– Дорогу-то мы найдем? – спросила Канна.
– Да, – успокоила ее Пакс. – Мне кажется, что нужно уйти еще немного на юг через лес, а затем свернуть на запад и выйти на дорогу.
Сабен помог Канне встать, и беглецы, осторожно ступая, замирая при каждом звуке, стали углубляться в лес. Продираясь в густых зарослях в предрассветных сумерках, Сабен вдруг поинтересовался:
– Слушай, Пакс, а откуда ты сейчас знаешь, где юг?
– Помнишь вид со стены? На южном холме, на самом гребне, торчали пихты, выстроившись словно на параде. Я еще подумала, не высадили ли их так ровно специально.
– Как ты их отличаешь? Издалека мне что пихта, что сосна…
– Не забывай, откуда я родом, – усмехнулась Пакс. – Уж пихту-то я отовсюду отличу.
Действительно, вскоре они подошли к вершине холма, пригнувшись, пересекли поросший лишь кустами участок склона, перевалили через гребень с ровным рядом пихт и чуть быстрее стали спускаться по дальней стороне пригорка.
– Ну а теперь? – спросил Сабен.
– Теперь – остановимся ненадолго и прикинем, что к чему, – сказала Пакс, поглядывая на бледную и
Найдя несколько валунов, приятели уселись между ними, прислонившись спинами к камню. Пакс достала из вещмешка котелок с остатками малины. Сунув в рот горсть ягод, она поинтересовалась:
– А есть у кого-нибудь огниво?
– Зачем тебе? – удивился Сабен. – Не будешь же ты здесь разводить костер.
– Здесь нет, а попозже понадобится.
Сабен покачал головой:
– Я свое оставил в форте. Чего его было с собой таскать?
Канна пошарила в поясном кошельке и сказала:
– У меня с собой.
– Вот и отлично, – заявила Пакс. – Наши дела не так уж плохи. У нас есть чем разжечь костер, есть в чем готовить…
– Только готовить нечего, – напомнил Сабен.
– Ну и что? Могло быть и хуже. Мы, по крайней мере, живы и не в плену. Если бы еще и Канну не зацепило…
– Если бы да кабы… – передразнила ее Канна. – Ничего страшного. Побаливает, конечно, когда рукой двигаю, но так и должно быть.
Несмотря на уверенный тон Канны, Пакс заметила, что ее голос был слабее, чем обычно. Подумав, Пакс заявила:
– Не знаю, как вы, а я хочу отдохнуть.
– Согласен, – подмигнул ей Сабен. – Теперь скажи мне вот что: как ты вычислила юг, я понял. Но вот на западе я что-то никаких пихт не припомню…
Паксенаррион, несколько минут назад еще сама не знавшая, как они будут искать запад без солнца, вдруг вспомнила:
– Ближайшая каменная гряда идет приблизительно с востока на запад.
– Слушай, а ведь точно. Только, боюсь, тяжело будет идти по камням.
– Хорошо бы найти тропинку.
– Мы, конечно, можем найти, – заметила Канна, – но и патрули Синьявы тоже могут поехать по ней.
– Да, об этом я не подумала. Ладно, как-нибудь проберемся.
Доев за разговором ягоды, приятели внимательно оглядели пустой котелок. Первым высказался Сабен:
– На будущее это нам будет уроком. Куда бы мы ни шли, всегда нужно носить с собой трехдневный запас еды, огниво, бинты… Что там еще?.. Да, желательно взять мулов, седла, телегу с походным шатром… – Пакс и Канна фыркнули, а Сабен продолжил: – И все это нужно рассовать по карманам, чтобы оставить вещмешок пустым для более важной ноши. Так вот, в следующий раз…
– Надеюсь, следующего такого раза не будет, – вздохнула Канна.
– Брось ты грустить, – воодушевленно продолжал Сабен. – Выберемся, сообщим, что нужно, герцогу, вернемся и дадим прикурить этим мерзавцам.
Пакс уже живо представляла, как они участвуют в освобождении пленников вместе со своими товарищами, но Канна охладила ее фантазии.
– Если у нас и есть шанс совершить все это, то нам придется зубами вырвать его у судьбы. Зубами придется выгрызать свое право на жизнь. Я не преувеличиваю. Вы просто еще не осознали, в какую историю мы влипли. Это вам не сказки про героев, это жизнь. Честно говоря, я далеко не уверена, что мы доберемся до Ротенгри, но попытаться мы обязаны.