Меч
Шрифт:
— После атак на Вашингтон и в виду потребности в стабильности среди более мирных фракций видящих, был заключён компромисс как исключение для её квази-религиозного статуса. Это соглашение позволяло ей оставаться в Азии при условии, что она будет соблюдать ограничения в передвижении и роде занятий, накладываемые на видящих, которые не имеют спонсора…
Джон вновь почувствовал, что его подбородок напрягся. «Соглашение», как же.
Они осознали, что Элли им нужна.
Они
— …Детали причины смерти остаются неясными, — продолжал голос. — Но ходят слухи, что она убита фракцией своих же людей, которые восстали против её лидерства в свете инцидента в Дели в прошлом месяце.
— Другие всё ещё винят в её убийстве Сайримна, хотя у этой теории тоже пока нет доказательств. Хотя они оба присутствовали при бомбёжке в Дели, всё ещё неясно, то ли они работали вместе, то ли сражались на противоположных фронтах. После инцидента в Вашингтоне ранее в этом году появлялись слухи и о разрыве, и о союзе…
Джон чувствовал, что Дорже смотрит на него с водительского места.
В этот раз он не повернулся и не посмотрел ему в глаза.
***
Восточно-европейский разведчик говорил тихо, нервно поглядывая на дверь в главную спальню, затем переводя взгляд обратно на Врега. Он уже несколько лет работал в качестве их главного медика, обучался целительским искусствам во время Второй Мировой Войны, где он несколько лет притворялся человеческим врачом, чтобы скрыться от нацистов.
— Он не принимает еду. Не думаю, что он в состоянии, сэр, — оранжевые как закат глаза видящего хранили в себе застывшую нить страха. — Сэр, я не думаю…
Врег отмахнулся от него, не желая, чтобы тот продолжал.
— Убирайся отсюда, — сказал он.
После ухода другого он хмуро посмотрел на дверь спальни, подавляя реакцию в своём свете и стараясь придумать, что делать дальше. Им необязательно перемещать его немедленно, так что Врег выбрал остаться здесь, в отеле в Амритсаре, Индии, где они несколько дней назад посадили самолёт.
Сейчас он не видел смысла в погоне за Семёркой.
Они могли сделать это позже. Когда босс закончит с этим ужасным финалом, который ему остался, тогда его люди будут искать правосудия.
Врег знал, что он сам всё ещё пребывал в отрицании.
В шоке, может быть. Что эти мудаки зашли так далеко. Что они устранили создание-посредника… просто для
Он невольно винил себя.
Надо было ему взять Мост в заложники в Дели. Он мог бы приказать провести изъятие сам, без босса. Если бы босс закатил скандал, он сказал бы ему, что того требовали меры сохранности, и он пошёл против приказов в интересах его личной безопасности.
Черт, да это была бы сущая правда.
Он знал это даже тогда. Он не хотел вмешиваться.
Поколебавшись ещё секунду, он толкнул дверь спальни. Окинул взглядом дерево, выкрашенное оранжевой краской, позволил своим глазам привыкнуть, пока он воспринимал окружение.
Комната оставалась тёмной, освещалась лишь двумя лампами по обе стороны кровати, и то самым тусклым светом. Одеяла лежали горой на полу. Даже шёлковые простыни скомкались у самого края его голых ног. Кто-то задёрнул шторы — тяжёлые, вышитые портьеры с восточным узором — чтобы скрыться от полуденного солнца. У противоположной стены стоял диван с золотистой обивкой. Перед ним располагался низкий столик, всё ещё украшенный подносом турецкого кофе, которому теперь уже было дня два.
Эти детали, наряду с вышитыми гобеленами и вручную сплетёнными коврами — это всё, что осталось и напоминало Врегу о безупречной обстановке, встретившей их после прибытия.
Меч лежал на кровати, потея.
Он выглядел так, будто вместе с потом потерял уже треть своего веса.
Длинными руками он стискивал один край матраса. Увидев его лицо, Врег вздрогнул, увидев, как бледные глаза светятся изумрудно-зелёным. Боль выплёскивалась из него, перехватывая дыхание даже на расстоянии больше дюжины футов.
Врег слегка отстранился, занервничав из-за изменений в свете элерианца.
Как раз когда он подумал об этом, лампочка в одной из настольных ламп взорвалась, рассыпав стекло нимбом крошек. Несколько частичек попало на руку элерианца, оставив крошечные порезы на его коже.
Меч даже не вздрогнул, как будто вообще не почувствовал.
— Будь прокляты все боги, — выдохнул Врег. — Мудаки.
Взяв себя в руки, он подошёл к кровати и сел рядом с ним.
— Ненз, — мягко позвал он.
Он погладил мужчину по плечу, пытаясь достучаться до него.
— Ненз… ну же, друг мой. Ты нужен нам. Ты нужен нам, чтобы отправиться за ними.
Боль исказила черты другого. Его глаза закрылись, словно в попытке заблокировать все. Однако, похоже, так стало только хуже. Как только Врег подумал об этом, боль вновь повалила из него, вместе с таким количеством горя, что Врег затерялся в собственном свете.
Он почувствовал, как его пальцы крепче сжимают плечо другого.
— Ненз, — позвал Врег. — Друг мой. Мне так жаль.