Меч

Андрижески Дж. С.

Черт, учитывая всё это, он удивлялся, почему намного больше видящих не убивают людей.

На самом деле, кто он такой, чтобы говорить Ревику, будто тот ошибается?

Однако всё это стёрлось, когда он вспомнил Дели. Те воспоминания всё ещё пылали перед его мысленным взором: людей расстреливали как скот, когда они выходили из дверей разбомблённого отеля; горящие тела; ещё больше изувеченных тел на тротуаре или под обломками; люди, бродящие как в трансе, покрытые кровью и пеплом. Он помнил их ужас, шок на

их лицах, словно что-то внутри них сломалось и никогда уже не починится.

Никто такого не заслуживал. Никто.

Он добрался до верха лестниц и вошёл в монастырь через переделанный храм, миновав несколько видящих, которые стояли на коленях и сидели на полу. Они посмотрели на него, и он чувствовал их хмурый настрой, когда они осознали, кто он. Он старался сохранять уважительные мысли, а также не потревожить их молитвы, но понимал, что это не очень-то помогало.

По возможности игнорируя их злые взгляды, он направился в восточное крыло здания, где, как он знал, остановился Унге и остальные.

Однако не с ними он пришёл увидеться. Не на самом деле.

Сначала он наткнулся на Юми, женщину-видящую с темно-синей и чёрной татуировкой с одной стороны лица. Толстые метки выглядели почти как письмена, но это мог быть и какой-то религиозный символ. Джону сложно было не смотреть на тату всякий раз, когда он с ней разговаривал.

Он постарался сформулировать просьбу, глядя, как щурятся её тёмные глаза на лице, которое напоминало мешанину человеческих азиатов: тибетцев, непальцев, может, китайцев.

Видящая, серьёзно — просто азиатская видящая.

Наконец, женщина подняла ладонь, перебивая его.

— Чего ты от него хочешь? — спросила она на прекси, на том же языке, который только что коверкал Джон. Большинство азиатских видящих не говорило по-английски.

— Просто позволь мне увидеться с ним, Юми, — сказал он. — Я ничего не сделаю.

На мгновение она лишь сканировала его.

Затем, отключившись, она обернулась на длинный коридор позади неё. Джон поймал себя на том, что в эту паузу рассматривает религиозные гобелены, висевшие вдоль темных каменных стен, и замечает искусные изображения Богов и Богинь, которые стояли в облаках над землёй. И вновь он узнал в большинстве из них видящих, но в то же время они напоминали ему некоторые китайские изображения, которые он видел.

Он взглянул на мальчика возле изображения меча и солнца. Тот держал за руку девочку, одетую полностью в белое и держащую в руке молнию. Сглотнув и уставившись на образ девочки, он невольно заметил, что изображение очень походило на Элли.

После очередной паузы Юми вздохнула и мягко щёлкнула языком.

— Могу я его увидеть? — спросил Джон.

Она показала утвердительный жест, но в её глазах виднелась та насторожённость.

— Никаких нечестных дел, — произнесла она на ломаном

английском.

Джон улыбнулся; ничего не смог с собой поделать.

— Никаких нечестных дел, — пообещал мне. — Поверь мне. Мы старые друзья.

Женщина не улыбнулась.

Её глаза продолжали казаться слегка расфокусированными, что говорило Джону о том, что она всё ещё сканирует его свет. В отличие от Балидора, она не потрудилась быть деликатной.

Как раз когда он подумал об этом, реальность вновь ударила по нему.

Балидор убил его сестру.

Он застрелил её прямо у него на глазах.

Когда Джон вновь поднял взгляд, глаза женщины смягчились. Она прикоснулась к его руке тёплыми пальцами. Он ощутил в этом жесте сочувствие.

— Ты можешь идти, — сказал она и показала ладонью. Темные глаза смотрели всё ещё резко, но уже не так враждебно. — Он в конце коридора. Передай Порэшу, что я разрешила.

Джон поклонился ей и поднял ладонь в уважительном жесте.

— Спасибо, — сказал он, используя официальную версию благодарности в прекси.

Её глаза сверкнули довольным удивлением.

— Ты вежлив, человек, — заметила она, затем коснулась его лица тыльной стороной пальцев. — Приходи увидеться со мной после… если захочешь.

Джон покраснел. Он ощутил тягу из света женщины-видящих.

Элли объяснила ему, как определять такие вещи, и очевидно, по меркам людей он был довольно чувствительным. И всё же он не привык к заигрыванию сексуально агрессивных женщин-видящих. Каждый раз ему удавалось справляться весьма печально.

Должно быть, она всё ещё читала его мысли, потому что нахмурилась.

— Никаких женщин? — спросила она.

Джон пожал плечами.

— Прости, кузина. У меня есть предпочтение.

С сожалением щёлкнув языком, она пожала одним плечом в манере видящих и ушла.

— Ладно.

Сбросив последние завитки её света, Джон издал лёгкий смешок и пошёл в ту сторону, куда она изначально показала.

Он прошёл по полу из каменных плит с таким чувством, будто его ботинки создают слишком много шума по полированной поверхности. Добравшись до конца второго коридора, он нашёл мужчину-видящего по имени Порэш, или «Пори», как называла его Элли. Он сидел на складном стуле.

Он едва взглянул на Джона, затем махнул ему входить.

Однако когда Джон собирался пройти мимо, он поймал его за запястье и заговорил на прекси.

— Подумай громко, если я тебе понадоблюсь, — сказал он, показывая пальцем на свой висок. Его глаза оставались яркими и серьёзными. — Я останусь в этой части конструкции.

Его зубы казались поразительно белыми в тускло освещённом пространстве в конце коридора. Посмотрев вниз, Джон заметил, что видящий вооружился иголкой и ниткой, зашивая рубашку, которая разошлась по шву.