Меченый
Шрифт:
Говорить о том, что я решил дать ей поспать, и, тем самым, напоминать о судьбе матери и брата, было бы жестоко. Поэтому я предпочел солгать:
– Я проспал.
Леди Мэйнария недоверчиво прищурилась… и с благодарностью посмотрела на меня:
– Спасибо.
Я удивился. Так как не понял причины радости, вспыхнувшей в ее глазах.
Тем временем баронесса вскочила с кровати и наткнулась взглядом на гребень:
– Ой… Это мне? Какая прелесть!
Я мысленно усмехнулся: леди Мэйнария, наконец, вспомнила о том, что она девушка.
До Уверашской [122]
Естественно, наше появление не осталось незамеченным – телеги мгновенно встали, а весьма неплохо вооруженные охранники, без особой суеты, занявшие предписанные «уложением [123] » места, наставили на нас свои арбалеты.
122
Увераш – столица одноименного графства. Расположен на северо-западе Вейнара.
123
Уложениие – местный устав караульной службы для членов гильдии охранников.
Я шагнул вперед-влево – так, чтобы баронесса оказалась у меня за спиной – и демонстративно ткнул посохом в землю.
Около купеческого возка наметилось шевеление.
Представив себе, как мы выглядим со стороны, я мысленно усмехнулся и приготовился ждать.
Как ни странно, тот, кто командовал щитами [124] , колебался недолго – не прошло и минуты, как от обоза отделился всадник и поскакал в нашу сторону.
Подъехал. Оглядел меня с ног до головы, потом мельком мазнул взглядом по баронессе и снова уставился на меня:
124
Щиты – в просторечии члены гильдии охранников.
– Быстрого Посмертия тебе, Идущий! Можешь подсветитьзнак Бога-Отступника?
Леди Мэйнария фыркнула. Видимо, оценила сочетание уважительного обращения к Бездушному и слова из жаргона Серых. А я просто кивнул, выудил из-за пазухи медальон Двуликого и показал его воину.
Тот облегченно осклабился и вскинул над головой правую руку с растопыренными средним и указательным пальцами.
«Все в порядке…» – мысленно перевел я. И кинул щиту шлем [125] .
125
Шлем – мелкая серебряная монета.
Подхватив монету и оценив ее номинал, воин вопросительно приподнял бровь:
– За что?
– Два места. До Увераша.
– Спрошу, – кивнул воин. И ускакал обратно к обозу.
Забравшись на облучок последней телеги, леди Мэйнария попробовала улечься на парусину и тут же ойкнула:
– Что у вас там, дрова, что ли?
– До-о-оски, – по-рагнарски упирая на «о», усмехнулся возница. И, щелкнув кнутом, добавил: – О-о-особо не по-о-оваляешься…
– Эх… – сокрушенно вздохнула баронесса.
– И не го-о-овори: во-о-от раньше муку во-о-озили, так на ней
Вспомнив ощущения от сна на закаменевших мешках, я мысленно фыркнул. А возница, дорвавшийся до слушателей, принялся рассказывать нам о своей нелегкой жизни:
– Во-о-от, нынче едем в Аверо-о-он. Там сейчас до-о-оски в цене: по-о-ожары были. Как сгрузим – по-о-ойдем в Бело-о-огорье, за… э-э-э… то-о-оваром. По-о-отом еще куда-нибудь… Представляешь, девка, что-о-о ни день – то-о-о до-о-орога, до-о-орога, до-о-орога…
Услышав его «девка», я мгновенно подобрался, повернулся к леди Мэйнарии и… облегченно выдохнул: она, грустно улыбаясь, смотрела вдаль. И в упор не слышала того, что ей рассказывал возница. Поэтому я уставился в спину одного из щитов, шагающих рядом с телегой, и провалился в прошлое.
– Че те тут надо, малец? – глядя на меня мутным взглядом, поинтересовался мельник. И, не дождавшись ответа, вцепился мне в штанину.
Я взял его за предплечье и сжал пальцы. От души…
Души оказалось достаточно, так как мельник упал на колени и завопил.
– Тише, сынок, сломаешь, – ухмыльнулся Бразз, схватил бедолагу за шкирку и одним движением вернул его обратно на лавку.
Я пожал плечами, прошел к свободному столу, сел… и окаменел: в тени от столба, подпирающего потолок таверны, сидел самый настоящий щит! Причем не какой-нибудь первач [126] , а самый настоящий Голова [127] . И неторопливо ел.
126
Первач – местное название рядового члена гильдии охранников.
127
Голова – начальник отряда охранников.
Не веря собственным глазам, я встал, подошел поближе и уставился немигающим взглядом на алый щит на его рукаве.
Почувствовав мой взгляд, Голова оглядел меня с головы до ног и… сразу же забыл про мое существование.
У меня оборвалось сердце. Я закусил губу, повернулся к Браззу и… вытаращил глаза: он взглядом показывал мне на щита! И… улыбался!!!
Я развел руками, показывая, что меня не сочли достойным внимания, и сглотнул: кузнец показывал мне кулак!
«Иди!!!» – сообразил я. И шагнул. К Голове:
– Я – Кром. Сирота. Хочу вступить в гильдию.
Голова продолжил есть, как ни в чем не бывало!
– Мне ОЧЕНЬ надо, – выждав десяток ударов сердца, чуть громче сказал я.
На эту фразу отозвался один из мужиков, сидящих за столом, около которого я оказался:
– Видишь, он молчит! Значит, хоти дальше… Но… молча… И, желательно, подальше отсюда.