Мечта

Battletech book series

Randall N.Bills

Copyright © 2006

Перевод с немецкого издания «Clangriinder: Traum» Борис «Эрфарот» Немировский

Под редакцией Катарины Альтнер 2007 г.

Моим читателям-испытателям за несколько в самом деле полезных советов: Херб Бисс, Лорен Коулмэн, Дэвид Маккаллох, Майк Миллер, Джефф Морган, Остейн Тведтен.

Саре и Кристофу Никам за нашу дружбу; поздравляю с новым изданием!

Вернеру

Фуксу, который сделал это все реальностью, а также за то, что он с честью выдерживает мои постоянные опоздания.

Наконец, моей жене Таре и детям Брину Кевину, Райане Николь и Кевину Александру: несмотря на удовлетворение, которое мне приносит написание книг и создание миров, все-таки мир, который я создаю вместе с вами, значит для меня больше всех остальных.

Раймонд Сайнце испытал приступ дежа-вю – столь сильный, что у него на мгновение перехватило дыхание.

– Впечатляющее зрелище, – заметил стоящий рядом Уиндхэм Хаттаб.

Ноздри Раймонда затрепетали и он отчаянно попытался уравновесить дыхание. Его взгляд оторвался от гигантского облака металлической саранчи: шаттлы, аэрокосмические истребители, посадочные корабли, чьи двигатели оставляли кровавые отметины в верхних слоях атмосферы Страны Мечты. Раймонд всё ещё немного покачивался – сказывались последствия недавнего тормозного маневра. Он хотел что-то сказать, но запнулся, заметив, что профильтрованный воздух на борту линкора затрудняет ему дыхание. Сколько лет он провел на борту «Надежды Чиро», космической станции класса «Олимп»?

А теперь получалось так, что он не мог больше свыкнуться с рециркулированной атмосферой на борту корабля. Раймонд мог только изумленно качать головой, удивляясь собственной беспомощности.

Как бы над ним потешались его братья! Он снова хотел обратиться к Уиндхэму, но картины минувшего опять лишили его дара речи и затуманили взор – так, что Раймонду показалось, будто он падает в бесконечный тоннель из воспоминаний.

Мертвы.

Я был младшим. Мы знали, что Внутренняя Сфера стоит на грани новой войны. И моя Родина – мой повелитель Дракон – первым объявил себя законным наследником Первого Лорда и начал войну. Наследник трона пошатнувшейся Звёздной Лиги. И полки Мечей Света – а с ними мои братья – уж наверное, попали на передовую, как часть первой волны атаки, заливая миры огнем и кровью. Наверное, они уже мертвы… так же, как и мои родители. Столько лет…

Раймонд, как завороженный, уставился в никуда, в то время как мысли метались в его голове. Он стоял в полном одиночестве на краю пропасти, разверзнутой между ним и всем, что он считал привычным, прошедшими годами. Так же точно, как в то, что его от Внутренней Сферы отделяют тысячи световых лет, Раймонд верил теперь, что его Родина изменилась теперь до неузнаваемости. Никто в Армаде Исхода не увидит более Внутреннюю Сферу такой, какой они её покинули – если вообще кто-нибудь из них когда-либо вернется.

Подобные мысли обладали в мозгу Раймонда странной привычкой делаться невидимыми – сливаться с окружением, словно орлы, вьющие гнезда в скалах: цепко и ни в коем случае не готовые оставлять без боя свою территорию. Но иногда – вот как теперь – на Раймонда

накатывало это ощущение дежа-вю и тогда все эти подавленные размышления пробивались на поверхность, словно пузыри болотного газа сквозь водную толщу пруда. Тёмные, отвратительные воспоминания и тайны оказывались вдруг освещены ярчайшим светом.

– Ты что, язык проглотил? – с улыбкой спросил Уиндхэм и дружелюбный взгляд священника утихомирил боль Раймонда.

Подтрунивающий тон старого друга вырвал Раймонда из душных объятий собственных мыслей и дал возможность вздохнуть посвободнее. Он глубоко втянул воздух – плевать, ре-циркулированный или нет – и попытался успокоить скачущие мысли и перебороть дежа-вю, все еще пытавшееся завладеть его сознанием.

– Воспоминания, – с трудом выдавил Раймонд в конце концов, едва ворочая, казалось, мно готонным и к тому же прилипшим к гортани языком. Он прикусил его так, что на глаза навер нулись слезы и пересохший рот немного увлажнился.

– Ах, эти воспоминания… Они тебя могут прикончить, стоит тебе зазеваться, Раймонд. Пог ляди только, что творится с Андреем, – вторую фразу священник произнес значительно тише.

Несмотря на медлительность, с которой Раймонд обычно передвигался, он не смог вовремя сдержать импульсивный порыв и оглянулся через плечо. Он окинул взглядом мостик «Гордости Маккенны». Сейчас она выглядела, словно диспетчерская башня какого-нибудь аэропорта. В огромном помещении десятки людей торопливо бормотали в микрофоны и считывали информацию с тройного количества мониторов. Прибытие последнего большого флота должно проходить скоординированно. Раймонд восхитился их способностью исполнять свои обязанности даже в условиях повышенной гравитации, возникшей в результате маневра торможения. Он знал: они выполнят задание и тогда, когда корабли займут предписанные орбиты и на борту опять воцарится невесомость.

Гигантский голотанк в центре мостика показывал планеты системы. Вокруг находящейся в центре экрана планеты копошились сотни небольших отметок – каждая означала один из кораблей прибывающей флотилии.

После этого последнего транспортного судна других ждать уже не стоит. Даже если прибудет еще кто-нибудь – в чем многие сомневаются – их, скорее всего, встретят залпы орудий «Гордости Маккенны», прежде чем им успеют задать какие-нибудь вопросы.

Раймонд снова повернулся к большому иллюминатору. Он стыдился этих мыслей и не желал вновь привлечь к себе внимание Николая. Как бы Андрей ни поддерживал своего брата – что угодно, только не это.

– Я знаю, знаю. Я просто изумился тому, сколько времени прошло с тех пор, как я был на этом корабле, накрепко повязанный с генералом и его Исходом. – Раймонд заметил, как Уинд- хэм на мгновение ушел в себя, словно занятый подсчетом.

– Неужели и впрямь прошло восемнадцать лет? – потрясенно спросил Уиндхэм, с отсутству ющим видом почесывая бороду, – Этого просто не может быть.

– Тем не менее, это так, – оба замолчали и вновь воззрились на прекрасный вид из ферро- гласового иллюминатора. Раймонд знал, что этот мир был впервые обнаружен в 2792 году – он знал это прежде, чем информационные каналы начали знакомить переселенцев Исхода с их новой Родиной. Довольно быстро здесь образовалась процветающая колония. Но она всегда оставалась не более, чем форпостом. Что произойдет теперь, когда ее, подобно морским вол нам, захлестнут массы людей? И как отреагирует сама планета?