Медальон
Шрифт:
Ё моё! Колено ушибла! Я взвыла, а потом, уже не церемонясь, выдернула меч из ножен. Холодное, синее пламя мгновенно осветило всех. Вокруг меня быстро образовался круг пустоты. Тишина стояла-а!
Хотя я бы, наверное, посмеялась. Представьте картину: я, в джинсах и легкой кофте, с встрепанными волосами и распахнутыми крыльями, хищно ощерившимися тонкими черными иглами по самому низу и острыми когтями вверху, с мечом и короной! Вот уж дикое сочетанье.
Я быстро осмотрела обстановку. У дерева лежал Лун, опутанный какой-то блестящей сетью и обвешанный с ног
Люди зашевелились. В итоге у коня осталось трое противников, а остальные… на меня!!! На бедную и несчастную меня! Что за беспредел?
— Эй, девчонка! — ухмыляясь, начал самый здоровый и самый вонючий мужик. На его черном поясе висела серебряная пряжка, выдавая главаря этих охотничков. Вот деревня… — Я вообще-то девок не бью, но раз ты в штанах…
Договорить он не успел, я рукоятью двинула ему по зубам. Вряд ли больше двух осталось. "Серебряная пряжка" заорал от боли, а остальные чуть замешкавшись, двинулись ко мне. Ну, я же говорю — деревня! Кто так нападает? Надо по двое, ну максимум по трое чтобы отвлечь внимание противника. Или сразу накинуть сеть, как на Борака, а потом зарубить. А эти всем скопом, больше мешая друг другу, чем мне.
Вот и уроки Фора пригодились. Эх, и раз и два. Размахнусь — улочка, отмахнусь — переулочек. А теперь бегом.
Погоняв «нинзя» несколько минут по кругу, я заняла выгодную позицию и остановилась.
Как бы странно это не звучало, но как только я взялась за рукоять меча, от почувствовала его симпатию, а затем ледяное спокойствие и ярость передавшиеся мне. К тому же он будто помогал мне, убыстряя удар или добавляя в него силы. Я уж не говорю о том, что я не смогла бы отбить тот удар сбоку, но меч словно дернулся в руке и защитил меня.
Как бы я ни была зла — убивать не входило в мои намерения. Что бы то ни было, я не убийца, хотя если вспомнить того некроманта… Но Лун сказал, что он давно мертв. Это уже не человек, а что-то созданное его смертельной магией. Говорят, это был эксперимент, и он удался. Маг должен был умереть лет двести назад, а этот живет и радуется… вернее жил.
Скользящий удар по голове вернул меня к действительности. Меч в руке недовольно загудел, словно говоря "Не отвлекайся!".
Вот правду молвят: "Человек предполагает, а Судьба располагает".
В тот момент, когда я отбила сразу два выпада, третий мужик ударил исподтишка, в спину. Меч дернулся, и немыслимо изогнув мою руку, с шипением вошел в тело охотника.
Я вздрогнула. Вот и не убий. Меч же мелко завибрировал, явно довольный пролившейся кровью.
"Ну и что? — успокаивала я себя, машинально отбиваясь и ударяя плоской стороной клинка самого наглого. — Ну, убила. Если не я, так меня". Довод убедительный. Только легче от этого не становилось.
Когда я вновь сосредоточилась на противниках, их осталось уже четверо. С ними я быстро справилась, просто приставив меч к горлу переднего. Словно чувствуя мое состояние, меч присмирел и поумерил пламя. Теперь клинок лишь едва светился.
Мелкий охотник задрожал и бухнулся
— Ну-с! — грозно начала я. — Будем перевоспитывать. Пошли отсюда и чтобы завтра явились, выучив закон о нарушении личного пространства каждого человека, вампира или другого существа.
Неудавшиеся убийцы вампиров быстро закивали головами и синхронно дунули в темноту. Вскоре послышалось конское ржание и мерный, удаляющийся топот копыт.
Я устало обрезала сети, спутывающие вампира, а тот, вскочив, быстро сбросил с себя ее остатки. Я молчала. Внутри было пусто.
"Нарушила одну из самых главных заповедей, а заодно и самый главный принцип своей жизни, — уныло промелькнула мысль. — Рая я точно теперь не дождусь. Хотя какой рай для Королевы Тьмы?"
Невеселая, кривая усмешка прорезала мое лицо.
Я взглянула на меч — на нем ни капли крови! А ведь это он!
Я с ужасом отбросила ледяное оружие. Колден подошел и положил морду мне на плечо. Затем сказал мягким голосом:
— Ну-ну девочка моя ты ведь не хотела. Но все бывает в первый раз. Смирись и не казни себя.
Вампир достал откуда-то маленькую кожаную фляжку и протянул мне. Я машинально взяла, глотнула и поперхнулась:
— Ну и гадость! Это что???
Вампир весело пожал плечами и отобрал напиток. Затем и сам хорошо приложился к горлышку.
Я вновь задумалась. Кстати от напитка по телу прошла горячая волна, снимая усталость и убирая боль в натруженных с непривычки мышцах.
"Ну вот, Мила, думай. Ты в другом мире, где все решается с позиции силы. Кто сильнее, тот и прав. Действует лишь одно правило для сохранения жизни: ухайдакай противника первым и двигай дальше. Если не сумеешь, то грохнут тебя. Кстати такой закон действует во всех мирах, вот только оружие везде разное. Выживает сильнейший, а сентиментальность остается до времени, когда ты старенький, с внуками сидишь у камина и греешь свои кости. Но чтобы дожить до такого времени, нужно не миндальничать, а бить первым и лучше на поражение".
Проведя подобную психотерапию, я повеселела и подняла меч с земли. Затем провела ладонью по нему. Меня коснулось легкое чувство обиды, переданное клинком. Прости родной. Ты спас меня сегодня. Если бы не твоя реакция… Прости.
Я повесила меч на пояс, а потеплевшая рукоять ласково ткнулась мне в ладонь, принимая извинения. Бодрой походкой я приблизилась к Луну и хитро улыбнулась:
— Я бы обняла тебя на радостях, спасли ведь, но запах чеснока вынуждает меня держаться подальше.
Мои спутники недоуменно молчали. Что ж понимаю. Ну-ну погадайте, а я пока пойду, прогуляюсь.
Едва я отошла, Колден и Борак переглянулись.
— Вот что творят мои убеждения — глубокомысленно изрек колдун.
К утру нового дня запах от Борака еще не утих.
— Какого черта люди думают, что мы боимся чеснока? — поморщился Лун.
— Ну не знаю как вы, а я точно шарахаюсь — хихикнула я.
Вампир бросил на меня яростный взгляд. Я снова рассмеялась, но уже более благоразумно — про себя.