Медальон
Шрифт:
— Мил, — позвал меня вампир. — Прости! Я улетел на охоту, перед тем как вас схватили.
— Угу! А больше не за что ты не хочешь попросить прощение?
От гнева мои глаза вспыхнули и заискрились. Лун поспешил отойти от меня подальше.
Я направилась к Тэму и, забросив самые тяжелые вещи на колдуна, мы отправились в путь.
К вечеру у меня в голове даже с закрытыми глазами промелькивали барханы. Невыносимая жара только и оставляла желать хорошего ледяного душа…
Сама пустыня, как говорил негр, была небольшой, но тот факт, что мы путешествуем пешком,
Укутавшись во все, что только можно, мы старались спастись от палящего солнца. Хуже всех приходилось вампиру — для него такое солнце пускай и не смертельно, но все же болезненно. А лучше всех естественно было Тэму. Что еще с негра, привыкшего к родной Африке, ждать?
Я же и Колден шли, высунув языки. Жара доканывала. Крылья стали холодными, стараясь облегчить мне жизнь, но это помогало лишь отчасти. Наконец, Тэм взглянул на меня и дал привал в тени высокого гребня бархана. Я плюхнулась на песок и категорически отказывалась сдвигаться с места. Голова болела нещадно. Я тихо застонала. Кто-то поднес ко мне воду и намочил лоб.
Я приоткрыла глаза. Надо мной склонился встревоженный вампир.
— Мы отдохнем до ночи, — сообщил он, внимательно глядя на меня. — Потом двинемся дальше. Теперь привалы будут днем. Так будет легче.
— Ага — выдохнула я, тем не менее, не высказывая особого воодушевления.
Ночь наступила не скоро, но когда она пришла я почувствовала себя во сто крат лучше. Пусть и жарко, но хоть солнце в лоб не светит. И то радость. Вампир тоже заметно приободрился. Тэм и Колден взирали на нас с законным возмущением. Все же они существа дневные, в отличие от нас.
Мы продолжили путь. А ведь и прав был Лун. Стало намного легче. З ночь мы прошли вдвое больше, чем за день. Ведь недаром умные люди советовали пересекать пустыню по ночам.
Я немного полетала по воздуху, поднимаясь к облакам, где было намного прохладнее. Лун как привязанный следовал за мной, отправленный совместными усилиями Колдена и Тэма. Ну-ну, из вампира нянька, как из меня ангел…
В общем, заметив обозленный взгляд глаз летучей мыши, я спустилась вниз и присоединилась к друзьям.
Снова день. И снова мы лежим на песке, докопавшись до более прохладных слоев земли. Плащи закрывали нас с головой, не давая солнечным лучам ни единого шанса.
Тэм мог по праву гордиться своей одеждой из крокодильей шкуры. Она охлаждала тело и не давала солнцу жечь кожу. Я некоторое время завидовала белой завистью, но потом успокоилась, вспомнив, что мои крылья не хуже.
Опять ночной переход. Пустыня уже вызывала во мне чистую ненависть. Да к тому же банальная скука выводила из себя…
Впрочем, после я пожалела о том, что жаловалась на отсутствие каких-либо событий.
Во время одного из дневных привалов, мы уснули как убитые, устав за ночное время.
Вот только разбудили меня не ночью, как обычно, а посреди бела дня. Причем чувствительным уколом острого лезвия в мягкое место.
Я разозлено открыла глаза, собираясь высказать шутнику Тэму все, что я о нем думаю, но проглотила
— Вставай! — рявкнул тот, что был ближе ко мне. Я не хотя послушалась. Затем огляделась по сторонам. М-да. Ситуация мне очень не нравится.
Во-первых, нас окружили.
Во вторых, нас окружили по всем правилам.
В-третьих, их много.
Я, Лун и Тэм стояли спина к спине. Колден не подавал признаков человеческого разума и дал себя взять за уздцы.
Оружие у всех забрали, точнее только у меня и у Тэма. При вампире на первый, да и на второй взгляд оружия нет. Крылья мои уже заранее замаскировались в плащ, так что не привлекали кочевников (а это были они) ничем, кроме хорошего качества «ткани». Кто-то шибко умный старался снять его с меня, но не смог. Угу. Плащ можно снять только с моей кожей со спины. К тому же он словно сросся на моей груди, поражая несведущих отсутствием застежки.
Я в свою очередь смотрела на одинаковых, своими серыми балахонами и повязками на лицах, кочевников. Вспышка темного света (как ни странно это бы не звучало) на миг заморозила всех. Затем мои друзья уже привычно не обращали внимание на мою вновь появившуюся корону, но то друзья…
Жадные кочевники возбужденно переглянулись. Колдовство их пугало, но алчность брала верх. И так, без глубокого изучения было ясно, что эта вещь стоит баснословных денег. Эх! Видели бы они мой меч в деле… Не, ну идиот в самом широком смысле этого слова!
"Причем редкостный" — согласился голосок.
Мое восклицание вызвал один из кочевников, который, повинуясь зову своей алчности, протянул руку к моей голове. Мои друзья злорадно усмехнулись, предвкушая представление. Оно не заставило себя ждать. Вороватый кочевник с воплем отскочил от меня и принялся кататься по песку, стремясь погасить самого себя. Ха! Наивный. Корона не терпит чужого прикосновения. В конце концов, мужчина затих, распространяя вокруг себя густую вонь горелого мяса. Я поморщилась:
— Жадность фраера сгубила… м-да, вот и доказательства великой поговорки.
Лун тихо хмыкнул, но сдержал свои комментарии при себе. Эх, если бы его примеру последовал тот тип в красной повязке.
Злобно выругавшись, он подошел ко мне и с размаху залепил пощечину. Я, не ожидавшая подобного, рухнула на землю, сплевывая кровь с разбитой губы. Злость удушливой волной поднималась в душе и на этот раз я не стала ей препятствовать. Правда, меня опередил вампир, который, тихо зарычав, отправил кочевника в долгий полет с разорванным горлом. Я замерла в ошеломлении. Никогда не видела, чтобы двигались с такой скоростью. Длинные когти, «украсившие» пальцы Луна, повинуясь красивому плавному движению, пропороли кожаные доспехи кочевника (видимо вожак, раз ходил в доспехах в такую жару) с ошеломляющей легкостью. Брызнула кровь… и завязалась короткая битва, а если быть точнее, то просто бойня. Вампир и Тэм легко прорубались сквозь ряды врагов, оставляя позади себя кровавую просеку.