Медальон

Меньщикова Ирина

– - Клер! Что ты хотела?
– - лицо у хозяина усадьбы было красным.

– - Вот, -- девушка протянула дяде листок, -- тут передали меню на завтра.

– - Хорошо. Спасибо. Ступай, -- успокоившись, сказал он и взял листок.

Клер послушно кивнула и ушла. В коридоре она смогла ненадолго расслабиться. В этой части усадьбы никогда не бывало много народа.

На кухне уже начинали подавать обед. Мама девушки уже подала одну из куриц хозяйке усадьбы и ее дочери, и сейчас повара могли спокойно пообедать тем, что осталось. Клер подоспела

вовремя: ее мама уже приготовила тарелку с небольшим куриным бедром и несколькими вареными картофелинами.

За обедом все молчали, на кухне слышался только треск огня в печи и шум ложек, бьющих по толстым глиняным тарелкам. Еда оказалась невероятно вкусной, собственно говоря, как всегда. Супа поварам не досталось. Он весь пошел хозяевам. В этом доме очень странная система, главное накормить хозяев и высокопоставленную прислугу вроде фрейлин хозяйки, а остальные питайтесь, как хотите. В этом королевстве вообще странные нравы, короли ничего не делают для народа, народ выживает сам. Нравы, конечно, жестокие, но королю надо как-то жить, и на что-то устраивать пиры, что он очень любит делать и редко отказывает своим желаниям.

– - Клер, милая, можешь сбегать до кузнеца, а потом еще заскочить к травнику? Надо забрать пару наших заказов, они в курсе.

– - Конечно, могу, -- не задумываясь, ответила девушка.

– - Тогда зайди за деньгами к Вернеру, или лучше сразу к казначею.

– - Хорошо, только за плащом заскочу, -- уныло сказала Клер и поплелась из кухни в корпус прислуги. Он был не особо-то украшен, простые каменные стены, маленькие окна с обветшалыми занавесками. Спит прислуга на самых дешевых и хлипких кроватях, какие только есть. Полная экономия. Платят людям ручного труда тоже не много. Золотой в месяц. Для сравнения буханка хлеба стоит около тридцати медных. Выживает прислуга только за счет того, что готовит раз в пять больше, чем требуется для хозяев.

Взяв свою сумку и старый немного потрепанный плащ, девушка побежала к казначею. Находиться в том крыле ей не разрешали, но ей не очень-то и хотелось. Все там казалось слишком вычурным. Она не любит всю эту роскошь, ей больше была по душе простая жизнь, без картин и гобеленов на стенах, без дорогой мебели и шикарной одежды. Все это казалось ей излишеством. Сумка у нее тоже была простая, из не очень дорогой кожи, без подкладки и с немного изношенной ручкой. В ней обычно лежал хлеб и немного воды.

Казначей -- мистер Вивер, служил в этом доме уже много лет. Он обитал в небольшом кабинете вместе со всей казной. В нем были только стол да пара кресел со шкафом. Там сейчас, кстати, царила тишина, лишь иногда слышалось, как он передвигает бумаги и разговаривает сам с собой, рассуждая о чем-то. Осторожно постучав по тяжелой дубовой двери, Клер, с позволения казначея, вошла в кабинет. Там был полнейший хаос, бумаги чуть ли не летали в воздухе, а бедняжка Вивер перерывал документы, с каждой поднятой бумажкой глаза его становились все больше и больше.

Сейчас в доме готовилось большое

празднование, а всю документацию вел именно Вивер. Голова у него с каждым днем болела все больше, а количество бумаг на различные кушанья, музыкантов и поваров становилось все больше. Суммы на все это были просто заоблачными. Казначею не хватало времени даже на то чтобы просто заглянуть в казну. И на Клер у него, казалось бы, нет времени. Девушка встала около кресла, приставленного к столу, и стала разглядывать бумаги.

– - Мистер Вивер...
– - скромно начала она, но не успела договорить.

– - Тише! Сейчас! Минутку!
– - перебил ее казначей и еще больше зарылся в бумаги. Клер сжалась в комок. Она немного побаивалась казначея, как и все в усадьбе. Спокойно говорили с ним только сами хозяева усадьбы. Вивер был невысокий, пухленький и частенько походил на сумасшедшего.

– - Но мне...

– - Тихо я сказал!
– - строго приказал толстячок, не поднимая глаз. И даже не глядя, кто к нему пришел.

Клер сжалась еще сильнее. Одно только присутствие здесь смущало и пугало ее. Сейчас старый казначей походил на сумасшедшего больше, чем обычно.

Вивер с радостным лицом извлек из груды бумаг одну с печатью хозяина усадьбы и, любовно обняв и погладив ее, сложил в ящик стола и закрыл на замок. Быстро привел стол в более-менее нормальный вид, если его конечно можно назвать нормальным, отдышался и с интересом уставился на девушку.

– - Так, ты что-то от меня хотела?
– - в его глазах мелькнуло спокойствие, но надолго не задержалось.

– - Да, надо забрать у вас бумаги для кузнеца и травника. А, и еще деньги на эти заказы, -- проблеяла Клер, смотря немного в сторону, через его плечо, она не очень любила смотреть людям в глаза.

– - Ах да. Помню! Сейчас!
– - и вновь зарылся в бумагах. Клер с опаской за ним наблюдала. От всей этой бумажной волокиты у него, кажется, стало плохо с головой.

– - Вот!
– - он добыл из куч бумаг два небольших листа, внимательно их рассмотрел и, приложив к ним мешочек с деньгами, отдал их девушке.
– - Все, иди! Не мешай мне!
– - сказал он и опять зарылся в горах бумаг на столе.

Кивнув, Клер убежала. Оставаться у казначея ей не хотелось, особенно сейчас. Сунув бумаги и деньги в сумку, она со всех ног побежала во двор усадьбы, где ее ждал самый верный друг, тот, кто еще ни разу ее не предавал, всегда выслушивал и помогал в трудных ситуациях.

В усадьбе жило много собак, они помогали в охоте, сторожили границы. Один из псов, Макс, был лидером стаи, живущей в усадьбе. У него была угольно черная шерсть и большие желтые глаза. Ему сразу понравилась малышка, которую привели когда-то в усадьбу, она казалась ему милой и открытой, всегда искренне улыбалась и никогда не плакала. Макс увидел в ней друга, и смог ей это доказать. Почти всегда он сопровождал ее в город по поручениям, а взамен она играла с ним, позволяя гордому вожаку резвиться словно щенку.