Медиум поневоле
Шрифт:
Тетя Магда встретила меня радушно как, впрочем, и всегда, поцелуи и крепкие объятия, пожалуй, даже слишком крепкие, насторожили с первых минут. Она обнимала меня и слегка поглаживала по спине. Глаза прятала, говорила торопливо и суетилась с моим багажом.
Не дав мне опомниться, тетушка убежала в свою лавку, предлагая располагаться, завтракать и отдыхать. Странное поведение тёти не выходило из головы весь день. Я позавтракала, прошлась по небольшому дому , слегка прибрала и обновила все заклинания. К ужину приготовила овощное рагу с мясом. Но как бы я не старалась занять руки , мой мозг
Вечером я устроила ей засаду на кухне, согретой теплом камина и не имея возможности выкрутится она молча положила передо мной газету. Столичные новости я не читала, и поначалу просто хлопая глазами смотрела то на стол с газетой, то на тётушку.
– Алексия, я считаю, что ты должна была узнать об этом, не так. Совсем не так. Ему стоило поговорить с тобой по душам, но вышло иначе. – и она посмотрела на меня с сочувствием.
Затем, просто ткнула пальцем в графу объявлений. Среди различных новостей о похоронах, свадьбах, помолвках, услугах магов и находках сбежавших домашних питомцев обнаружилась скромная заметка.
"Наследный лорд Маркус Рейгар и леди Оливия Брэдшоу, настоящим, объявляют о своей помолвке, и подтверждают обоюдное желание скрепить себя узами брака будущим летом."
И в моей голове что-то взорвалось.
Я прикрыла глаза и сцепила зубы. Магия рвалась из меня безумным смертоносным потоком. «Смести, уничтожить, разорвать» .Сейчас самым важным было сдержать ее разрушительный порыв, не дать погубить все живое в радиусе ста шагов.
Страх накатывал волнами, и каждая новая сильнее предыдущей, темная магия и силы призыва сплелись в один большой черный шар, в моей груди, внутри которого, вспыхивали зелёные искры. Смертоносная сфера росла и заполняла собою каждую клеточку тела, ещё немного и она вырвется.
Сумеречные стражи материализовались сами собой, моей команды им не потребовалось. Скорее всего они отреагировали на боль, которая разрывала сердце. Псы встали по сторонам от меня, оскалили свои морды и утробно зарычали, вертя массивными головами в поисках опасности.
Нужно сосчитать про себя до ста, и обратно, подумала я, все внимание направить на очередность и порядок цифр, и буря внутри постепенно потеряет силу. Она сворачивается кольцом как змея и впадает в спячку, до поры до времени, я даже представила себе эту рептилию усиливая внушение.
Закончив счёт поняла, что кровь идёт носом, причем уже какое-то время, так как, на столе натекла небольшая лужица, аккурат над треклятым объявлением, стражи прижались к моим плечам, нервно подрагивая и прижав уши к головам.
Тетушка сидела на полу в углу, в ужасе прикрыв рот двумя руками. Хотелось встать и успокоить, ее, но могу и напугать. Поэтому, осталась сидеть глупой куклой.
– Я, я, – хриплю, не получается сказать внятно, только прочистив горло произнесла: "– Я в порядке, никто не пострадал."
Тетушка громко всхлипывает, поднимаюсь, делаю к ней шаг и теряю сознание.
Именно в тот день, первый раз мне снится этот сон. Темно, очень плохо видно тропинку, но страх несёт меня вперёд по ночному лесу. Кажется, что ноги и вовсе не касаются земли. Мой бег стремительный и лёгкий. Нет погони или преследования,
С противоположной стороны из леса, как и я вылетает какое-то животное. Очень похожее на кошку, только в разы крупнее. С гладкой черной шерстью и блестящими во тьме глазами. Зверь замирает. Делает шаг немного в сторону и опять застывает. Ещё два шага по дуге и опять остановка. Все это, не сводя с меня глаз. Отхожу также по кругу. Стараюсь, тоже двигаться плавно и медленно, но вся моя пластика выглядит нелепо по сравнению с грацией зверя. То, как ставит лапу, опускает голову, переносит вес тела при шаге, все это укладывается в одно слово. Совершенство. Ужасное и прекрасное одновременно.
Мы медленно движется по кругу, как стрелки на циферблате, неотрывно глядя друг на друга. Что это? Охота? Танец? В какой, то момент, зверь чуть приседает и прыгает прямо на меня! В последний миг вижу зелёные глаза моей погибели.
Очнулась я на следующий день к вечеру. Лекарь, вызванный тетей что -то говорил о магическом и нервном истощении, выписал горькую микстуру-гадость и ушел.
– Ты как Лесси? Будешь суп с грибами, твой любимый? Я сварила для тебя, и ещё пирог с сыром, помнишь, в детстве ты его обожала? – суетится возле кровати тётя Магда.
Помню, и суп, и пирог, и как чуть не слетела с катушек потеряв контроль над магией тоже помню, подумала я. Но вслух сказала:
– Конечно буду и суп, и пирог, и ещё принеси мне мой саквояж, пожалуйста.
Зелье я все же выпила, но своё припасенное в саквояже. Мелинда моя соседка по комнате и подруга учится на лекарском, поэтому их у нас в комнате годовой запас. Есть у меня такая привычка иметь при себе минимальный набор зелий и микстур, вот и пригодились.
– Что делать будешь? – спросила тётя, немного осмелев, после того как я съела суп и два куска пирога. Она пристроилась на моей постели, нервно теребя полотенце.
– Жить дальше, учится, что же ещё. – пожимаю плечами.
И мысленно добавила: тренировать контроль над магией до седьмого пота. Прошлой ночью, я чуть не положила часть столицы, и все бы ничего, но в эту часть входила я сама и Магда, которую я очень любила.
– А с мм- Маркусом? – слегка заикаясь спросила она.
– Убью его конечно! – но, видя, как побледнела тетушка быстро добавила: – в своем сердце, убью привязанность к нему.
Магда выдохнула, а я призадумалась.
И вправду, что с ним делать? С одной стороны никто, абсолютно никто не имеет право так сильно ранить меня и оставаться безнаказанным.
Все мои незадачливые обидчики, ещё на первом году обучения поняли это и не пытались меня задеть в дальнейшем. На любую подлянку и гадость, я отвечала обязательно, из вредности умножив урон на два, а то и на три. Поэтому меня побаивались и не трогали.
Но, с другой стороны, это же Маркус, разве могу я причинить ему боль намеренно? Это как взять и отрезать себе палец или руку.
– Тетушка, – подтягиваю к себе колени и кладу на них голову. – ты знаешь семью Брэдшоу?
Нехорошие подозрения забрались в мои мысли и принялись там копаться, как дети в мешке конфет.