Медиум
Шрифт:
В принесённом деле подробно описывались обстоятельства преступления.
— Мари Энн, ты видишь буквы на странице? — поинтересовался медиум. — Нет? Ладно, я тебе прочитаю решение суда. Дело закрыто. Майк Честерфилд признан виновным и приговорён к максимальному для несовершеннолетних сроку, десяти годам тюрьмы. Апелляция не подавалась по причине смерти осуждённого — на вторую ночь после приговора он покончил жизнь самоубийством.
— Что девочка говорит? — поинтересовался МакЛин.
— Радуется и собирается уходить за кромку. Ей здесь плохо. Ушла бы раньше, но
— Многие?
— Ну да. Тут у вас на первый взгляд обитает духов двадцать. Может чуть больше, я не считал.
— И все хотят поговорить?
— Не все, но кое-кто желает. Некоторые ко мне боятся подходить, а пару самых наглых я демонстративно игнорирую.
— Но почему?
— Зачем мне они?
— Э… Ну… — капитан не смог найти достойную причину, потому перевёл разговор: — Давайте пойдём в комнату с самыми интересными экземплярами нашей коллекции. Быть может себе что-нибудь присмотрите.
Против ожидания, ничего из вещей для особых персон Нельсона не заинтересовало. Даже офорт! Попросив разрешения прикоснуться к нему, оккультист прикрыл глаза, потрогал край бумаги, затем изрёк диагноз:
— Действительно старые голландцы. Точнее, Ян ван де Велде напечатал это в первой четверти 17-ого века. Последний хозяин не знал точно, чем владеет, но считал дорогой вещью. Кстати, только за это и ценил офорт. Больше ничего сказать не могу, даже имени владельца.
— Ну, имя-то мы и сами можем установить, протокол изъятия сохранился. А за оценку спасибо. Пожалуй, я от греха из этой комнаты приберу папочку к себе. Как сказали? Ян ван де Велде?
Капитан завернул папку в обёрточную бумагу, запечатал и приказал отнести бандероль к нему в кабинет. Лейтенант кладовщиков проводил пакет грустным взглядом, затем поинтересовался у медиума:
— Вы точно ничего себе не присмотрели? А то как-то даже неудобно получается — вы нам помогаете, а нам и отблагодарить вас нечем.
— А не разрешите ли мне пройтись по складу? Может, на стеллажах себе что-то увижу.
— Пойдёмте, только там вещи просто так не лежат, они все по коробкам или в ящиках.
— Ничего страшного, что-то интересное мне можно и по ауре разглядеть.
Действительно разглядел. После небольшой прогулки и рассматривания совершенно одинаковых контейнеров Нельсон вдруг попросил открыть одну конкретную коробку, к тому же лежащую не на виду, а на нижней полке во втором ряду. После вскрытия среди кучки самых обычных вещей нашлась заколка. А может булавка. Так себе вещица… Грубая тёмная проволока, свёрнутая в незамкнутое кольцо с петелькой на одном конце и, после оборота переходящей в заточенную иглу на другом.
— Фибула, — пояснил медиум. — Такие часто находятся в раскопках. Бронза. Поздний бронзовый или ранний железный век. Откуда не скажу, слишком долго лежала в земле. Представляет некоторую ценность для меня, а так из-за большого количества подобных находок стоит очень недорого. На блошином рынке, коллекционер может выторговать такой за пару броудов, не больше.
Присутствующие понимали, что легко проверить это утверждение
Немного странно, что уходя, медиум вручил свою визитку сержанту.
Глава 6. Предчувствие
Медиум
Сижу у себя в кабинете и думаю о жизни. Очень не вовремя всплыли краденые алмазы, можно было бы их забрать себе, но зачем? Денег у меня хватает, а продавать такую партию придётся долго, даже если с большим дисконтом. Просто хранить? У меня и без того груда ценностей по тайникам лежит. Есть камни и подороже, причём без криминальной истории, а потому их никто не ищет. Вариант продать кому-то не рассматриваю. Никто не даст адекватную плату, но наверняка захочет что-нибудь дополнительное получить.
Эмиль точно стойку сделает! Не зря его, ещё в молодости, прозвали Крокодилом. Так вцеплялся, что челюсти не мог разжать, чтобы отпустить добычу. Хотя, может, уже научился отступать? Но совсем в том не уверен. Сейчас вцепился в меня, копает и перекапывает всю мою биографию. Очень неприятно.
Найти ничего не найдёт, но такое шевеление несколько мешает. Пожалуй, стоит попросить страховщика прекратить расследования. “Зоркий глаз” раскопал его распорядок, есть возможность встретиться и поговорить в тишине.
У полицейских я сейчас в фаворе. Не думаю, что надолго, но пока они безопасны. Даже в благодарность фибулу с привязанным к ней духом подарили. Он не столь силён, однако привязка прекрасно сохранилась до сей поры, а значит, что привязанный будет послушен. Если, конечно, мы с ним найдём общий язык. Знает ли он латынь? Надеюсь, что хоть немного понимает или владеет одним из греческих наречий.
Не ожидал найти такую концентрацию некроэнергии в пределах одного этажа. Хотя понятно — много привязок к предметам, которые на складе хранятся. Например, та девочка, Мари, держалась в нашем мире за счёт браслета. Думаю, теперь ушла.
Очень любопытный там сержант — сразу видно, хорошо устроился. Мог бы и лучше, мог бы подчинить всех местных духов, но не обучен, а потому не знает, как и что делать. Пожалуй, грешно не воспользоваться таким случаем. Он меня видел, визитку я ему дал, скорее всего, надо вскорости ждать его в гости. Интересно, что он мне предложит за молчание? И догадается ли попросить об обучении?
Ну и чтобы совсем закончить с полицейскими, осталось вспомнить о красавице Танише. Интересно, мне её с самого начала хотели подложить? Или действительно это случайная встреча и вспышка чувств, а только потом меня решили взять в разработку? Надеюсь, что всё-таки случай, ведь Таша казалась такой милой и непосредственной. Или она прекрасная артистка, умеющая имитировать чувства. Впрочем, возможно её специально учили на полицейских курсах.