Медиум
Шрифт:
– Нехорошо получилось. Я зря его отчитала. Он держал маленький блокнотик. Такой, знаешь, весёленькой расцветочки. Когда уходил, бросил его, а тот вспыхнул.
– Лукра, давай я тебя ещё раз спрошу: к тебе приехал человек на машине с шофёром и задал вопрос? Так?
– Да. Но…
– Я правильно понимаю, что ты спустила на него собаку?..
– Только сначала, потом я согласилась с ним поговорить.
– Но к тому времени записка сгорела. Значит, в ней было что-то такое, чего Ловчила категорически не хотел показывать никому, кроме тебя.
–
– Например, номер банковского счёта с кругленькой суммой на долгую добрую память.
– Думаешь? Нужно сейчас же вернуть мужчину обратно! Но… Я не спросила, как его зовут. Надо что-то делать!
– Сиди уж. Твоя младшая сестрёнка разберётся. Я записала номер машины.
– Наверняка он фальшивый! Когда преступники идут на дело, они всегда используют краденые машины с фальшивыми номерами!
– Это тебе, конечно, Вилли рассказывал?
– Ты отлично знаешь, что муж никогда ничего мне не рассказывал! Но во всех фильмах именно так и поступают уголовники!
– Уголовники угоняют неприметные машины. А броский «Фантом» представительского класса им редко когда нужен. Сейчас я кое-кому позвоню, и через полчасика мы будем знать имя владельца автомобиля.
Действительно, знакомый, иногда подкармливающий некоторых полицейских, не отказал жене приятеля, отбывающего срок в тридцать лет. Он скоро перезвонил и сообщил регистрационные данные владельца авто.
Следующий звонок, уже другому знакомому, ещё через час ожидания принёс короткую справку из полицейского каталога – нет, не был, не состоял, не числится. Тут даже Лукреция признала, что поступила глупо, хотя заявила, что у неё было основание: чего вы хотите от вдовы в день похорон её мужа?
После обсуждения женщины набрали полученный номер и услышали профессионально приветливый голос секретарши:
– Контора Джека Нельсона, медиума. Что вам угодно?
– Милочка, можно с ним поговорить?
– Его сейчас нет на месте.
– Тогда оставить сообщение?
– Да, конечно. Только, скорее всего, мистер Нельсон на него не ответит.
– А записаться на приём?
– Это возможно. Но сразу хочу предупредить, что мистер Нельсон никогда не выезжает на увеселительные мероприятия, детские праздники или спиритические сеансы. Работает исключительно в своём офисе, и у него обременительные расценки. Они начинаются от ста броудов в час.
– И вашему шефу кто-то столько платит?
– Мистер Нельсон не ищет новых клиентов – нас нет даже в «Жёлтых страницах». Спросите у того, кто поделился с вами номером.
– Он сам к нам приезжал. Пытался передать сообщение…
– А! Вы не ответили или ответили неправильно на контрольный вопрос, и записка сгорела? Обычная история. Скажу сразу: ничего сделать нельзя. Мистер Нельсон не делает копий посланий от духов. Так что вы зря потеряете время.
– Мы заплатим!
– Обычно в случаях передачи сообщений от умерших мистеру Нельсону как-то платят сами покойные.
Но условием договора
– И что же нам делать?
– Забыть о визите. Ведь далеко не все получают сообщения от умерших.
– Как бы не так! Мы заставим…
– В таком случае вам дешевле сразу обратиться к адвокату мистера Нельсона. У нас девятнадцать выигранных процессов и ни одного проигранного. Запишите телефонный номер.
Ещё несколько минут бесплодных препирательств с непрошибаемой секретаршей, и разговор был закончен.
– Мне кажется, что надо обратиться к твоему мужу, – решила Лукреция. – Он как-нибудь сможет приструнить этого медиума.
– Мой муж в тюрьме, и его возможности ограничены. Но я подумаю, с кем можно поговорить на эту тему.
Через дорогу, немного наискосок от бывшего места проживания Вилли Ловчилы, располагался «хитрый домик», организованный полицией пять лет назад специально для слежки за мистером Брассом. Два полицейских агента изображали супружескую пару, меняли кассеты в магнитофонах, подключённых к прослушивающим устройствам, фотографировали посетителей и занимались прочей подобной рутиной.
Хорошая работёнка – помимо надбавки к жалованью бесплатное жильё. Чем плохо? Однако понятно, что агенты в этом месте доживают последние дни, а там прощай, персональная надбавка за работу под прикрытием и халява с квартирой. Впрочем, обещан перевод на другой объект.
Сейчас Таниша Геар, полицейская, изображающая жену, симпатичная (да что там говорить – красивая!) женщина лет за тридцать готовила к передаче в фотолабораторию плёнки со снимками посетителей. Её партнёр, изображающий главу семейства, паковал вещи и прикидывал, как скоро их снимут с этого дела.
– Таша, как думаешь, мы до конца месяца здесь дотянем?
– Нет, конечно. Кому нужно следить за протухшим адресом? Думаю, на этой неделе надбавку заплатят, затем снимут.
– Скупые наши, очень скупые. Хоть бы ещё месячишко дали пожить! Где я летом за пару дней жильё себе отыщу? Гостиница дорого. А ты куда?
– Пока не знаю. Сначала – в отель, потом найду чего-нибудь.
– Может, удастся обосновать? Типа отслеживание новых фигурантов? Сегодня же один подозрительный тип приезжал. Вдруг ещё кто нагрянет?
– Не рассчитывай. И этот посетитель чист, ты сам слышал, как тётки выясняли это по телефону. Нет! Нашего лейтенанта не уговорить.
– Сам понимаю. Меня в техотдел обещали перевести, а ты куда собираешься?
– Опять сунут куда-нибудь под прикрытием. Даже текущая легенда останется. Только мы с тобой вроде как разбежимся из-за несходства характеров.
– Итак, приезжал медиум и пытался передать послание. Правильно?
– Да.
– Люца его отшила, и этот господин уехал, предварительно уничтожив записку?