Медиум
Шрифт:
– Лейтенант полиции Джон МакЛин с частным визитом. Расценки знаю. Деньги сразу платить?
В словах полицейского сквозили какая-то горечь, опустошение и ещё что-то такое, из-за чего Шона не стала уточнять подробности, а сразу взяла трубку и сообщила о визитёре в кабинет. Услышав ответ шефа, секретарша заявила:
– Денег не нужно. Проходите в эту дверь.
Обычные приветствия и представления заняли минуту времени, затем Нельсон объяснил:
– Я вас ждал значительно раньше, но вы всё не шли. А уж что предложите заплатить за визит, вообще не укладывается ни в какие рамки! Полицейские так себя не ведут.
– Знаю. И знаю о вашем последнем разговоре. Ксавье был профессионалом и никуда бы не сунулся, заранее не сообщив дежурному, куда пошёл. И после встречи обязательно вновь отзванивался. Про ваш разговор тоже доложился. Кстати, дело о трёх покойниках закрыто – списали на естественную смерть.
– Не ожидал. Думал, и тут будут вопросы.
– У вас есть слабенькое алиби. Неясен мотив, хотя и вы, и жертвы связаны с покойным Вилли Брассом. Но главное, нет следов воздействия.
– Я думал, что мой адвокат вам это скажет. Повторюсь: не ожидал.
– Скорее всего, завтра-послезавтра меня выпрут в отставку, потому на ваши дела мне наплевать. Хочу хоть что-то успеть сделать для Ксава. Он звонил с почты после разговора с неким патером Бенедиктом. Рассказал мне о вашем предупреждении и о том, где встречается с церковником.
– Хотите вызвать дух детектива?
– Чего ради беспокоить умершего? И так всё понятно: не дошёл до места встречи, убит случайным обдолбышем. Дело ясное. Только вот наркоманы так себя не ведут – те истерично кричат, наносят множество случайных ударов, редко сбегают с места преступления. Единственный удар точно в сердце – это уровень тренированного профессионала. И то, что он сноровисто скрылся, тоже показатель. Преступник – не уголовник, нет человека с его приметами в нашей картотеке. Никто из осведомителей отдела нравов не слышал о таком наркомане. В аптеках… Впрочем, это наша кухня. Поверьте, убийцу полицейского мы всегда ищем серьёзно, всем миром и не считаясь с затратами. Но на преступника нет никаких наводок. Зато эксперты нашли в ране следы серебра. Есть и ещё кое-какие странности.
– Давно заживший шрам от укуса на ладони?
– Скорее состав крови, но и шрам тоже, ведь за день до смерти его не было – я лично инструктировал Моппетта перед заданием.
– Понятно. А ко мне-то зачем пришли?
– Сам не знаю. Наверное, в надежде на чудо.
– Извините, я медиум, а не чудотворец. Как и что, вы всё понимаете сами. Имени убийцы не определю. Улик против кого-то не имею. Разве что… Почему вас снимают?
– Погиб мой подчинённый. Считается, что по пути на встречу с осведомителем. Значит, мой прокол. Он убил задерживаемого. Хоть в газетах про нас и пишут много гадостей, но стрелять на поражение в бегущего, тем более без предупредительного выстрела, полицейским категорически запрещено. Мы не в киношном боевике, а в реальной жизни. Тем более что около дома стояла полицейская машина с патрульными. Никуда бы подозреваемый не сбежал.
– Тоже вы виноваты?
– Убийца умер, а я – начальник стрелка. И по мелочи имеются ко мне вопросы. Например, почему Моппетт не воспользовался полицейскими патронами? У Ксавье на гильзах выгравированы слова молитвы, пули серебряные с полостью, заполненной ртутью. Представляете, какие раны от них остались в трупе?
–
– Что за адрес? Чего в нём такого интересного?
– Мой клиент Вилли Брасс, вы его помните как Ловчилу, отдал это место в уплату за услугу. Я там не бывал, мне ничего не нужно и даже не интересно.
– А меня ваши слова как-то, наоборот, заинтересовали.
– И ещё: три покойника из переулка тоже связаны с мистером Брассом. Они были его командой.
– Бандой скорее. Об этом в курсе.
– По адресу – бывшая штаб-квартира Ловчилы. Сможете найти архив покойного с разработками новых дел.
– Так! – воскликнул лейтенант. – Похоже, я удачно зашёл!
– Ещё имеется информация по старым делам, немного компромата на друзей – соперников Вилли. Кое-какая нераспроданная добыча, слишком горячая для реализации. Возможно, осталось сколько-то денег.
– Деньги, понятно, отдать вам?
– Не будьте мелочным! Мне своих хватает.
– Чего тогда потребуете с меня за адрес?
– Что вы можете мне дать? У вас нет ничего полезного. Но, естественно, про источник информации крайне желательно умолчать.
– Об этом можете не беспокоиться. Если этот адрес хоть на половину сказанного будет полезен, то я ваш должник. Большой должник!
– Это поможет сгладить ваши неприятности?
– Не то что поможет! Я такой фитиль отделу по борьбе с оргпреступностью вставлю, что капитан меня расцелует. Там кое-кто на его место метит, а вдруг окажется, что убойный отдел принёс на блюдечке улики, которые те много лет найти не могли. Главное, всё складывается: умерли члены банды Ловчилы, мы начали следствие и сразу докопались. Жертва, конечно, есть, так у нас каждый год двое-трое полицейских или гибнут, или по ранению на пенсию уходят. Не! Капитан меня в обиду не даст! Скорее в бар с ним пойдём, за удачу выпьем. Ему перед комиссаром тоже себя показать хочется. И показать, что в оргпреступности дилетанты сидят.
– Вот и хорошо.
– Я терпеть не могу ходить в должниках. Мы с капитаном что-нибудь для вас придумаем.
– Босс! Дело о парнях закрыто!
– Какое дело? О каких парнях? О чём ты вообще докладываешь? Неужели трудно сначала всё разложить в голове по полочкам, а только потом врываться в кабинет и орать: «Дело закрыто!»
– Зря вы так, босс! Я же к вам сразу, как узнал, что ребят Ловчилы списали. Дескать, естественная смерть от остановки сердца, даже дела не завели. Видать, кто-то из полицейских их зажмурил. А ещё втирают о правосудии!
Джордани Витторио недовольно нахмурился: он и сам понимал, что зря сорвал своё дурное настроение на подчинённом. Причина недовольства лежала рядом – две расшифровки телефонных переговоров, полученные из разных мест. Притом частное детективное агентство доложило о назначенной встрече, а в копии, присланной страховщиком, о такой не упоминалось. О чём-то это говорит, да? И понятно о чём!
– Я тебя понял. Следи за моей мыслью: если вспомнить, где нашли трупы, то можно предположить, куда парни шли. Так?