Мэдук
Шрифт:
Позм быстро сказал: "Незачем извиняться, золотой сосуд нас вполне устроит".
"Согласен, — поддержал его Пазм. — Это полезный подарок, в отличие от более абстрактных предложений принцессы Мэдук и мудреца Траванте".
"Существует одно препятствие, — сказал сэр Пом-Пом. — Если я его подарю, у меня больше не будет сосуда, из которого я мог бы наливать напитки. Предложите взамен что-нибудь подходящее — например, старинный кубок с двумя ручками, предпочтительно голубого цвета. Я мог бы принять
Пизм позвал: "Наупт? Куда ты опять пропал? Заснул у печи? Не спи и не мешкай, а то не поздоровится!"
"Как всегда, делаю все, что могу, ваша честь!"
"Так слушай же! Сэр Пом-Пом нуждается в посудине, позволяющей разливать напитки. Найди ему что-нибудь подходящее".
"Будет сделано, ваша честь! Сэр Пом-Пом, какую посудину вы предпочитаете?"
"Ну, какую-нибудь неказистую старую чашу с двумя ручками, бледно-голубую".
"Поищу в кладовке — может быть, смогу найти что-нибудь в этом роде".
Наупт удалился трусцой и вскоре вернулся с целой коллекцией чаш, кружек и кубков. Ни один из сосудов не устроил сэра Пом-Пома. Одни были слишком широки, другие слишком узки, некоторые слишком тяжелы, а в остальных его не устраивала расцветка. Наупт бегал в кладовку и обратно, пока весь длинный стол не был уставлен всевозможными емкостями.
Огр Струп начинал терять терпение. Позм выступил от лица всех голов: "Неужели, сэр Пом-Пом, во всей этой коллекции нет ничего, что удовлетворяло бы твоим требованиям?"
"На самом деле нет. Эта чаша слишком большая. У этого приземистого кубка слишком толстые стенки. А этот бокал разрисован совершенно неподходящими орнаментами".
"А! — хлопнул себя по лбу Наупт. — Помните тот странный старый кубок — мы когда-то его отобрали у ирландского монаха? Может быть, это именно то, что предпочитает сэр Пом-Пом?"
"Может быть, — осторожно сказал сэр Пом-Пом. — Принесите его, посмотрим".
"Не помню, куда я его засунул, — бормотал себе под нос Наупт. — Кажется, я его видел в тумбочке рядом со входом в подземелье".
Наупт убежал и вернулся с пыльной старой чашей, бледно-голубой, с двумя немного отличающимися по величине ручками.
Мэдук заметила небольшую щербинку на ободе — и во всех других отношениях чаша точно соответствовала рисунку, хранившемуся в библиотеке Хайдиона. Она сказала: "Это тебе подойдет, сэр Пом-Пом. Возьми эту чашу и перестань торговаться — конечно, это подержанный и даже немного поврежденный сосуд, но что поделаешь!"
Сэр Пом-Пом взял чашу дрожащими руками: "Да, наверное, это мне подойдет".
"Хорошо! — сказал Пазм. — Вся это проволочка с дарами и обменом подошла к концу. Теперь пора заняться другими вопросами".
Позм обратился к Наупту: "Ты уже составил счет за убытки?"
"Еще нет, ваша
"Не забудь включить в него сбор за время, которое мы потеряли, беседуя с принцессой Мэдук и мудрецом Траванте. Сэр Пом-Пом принес полезный дар, но Мэдук и Траванте пытались морочить нам головы всевозможной болтовней и чепухой! Они должны понести наказание за мошенничество!"
Позм сказал: "Положи луковицы в котел и приготовь на кухне ножи и разделочные доски".
Мэдук нервно облизала губы и произнесла срывающимся голосом: "Вы, случайно, не собираетесь сделать то, что, как я подозреваю, вы собираетесь сделать?"
"Ха, батаста! — заявил Пизм. — Твои подозрения недалеки от истины!"
"Но мы ваши гости!"
"Тем вкуснее вы будете, особенно с приправой моего собственного приготовления, из остряка с хреном".
"Прежде чем мы приступим к разделке, однако, неплохо бы промочить горло, — заметил Пазм. — От всех этих разговоров в глотке пересохло. Причем у нас есть прелюбопытнейший золотой сосуд!"
"Прекрасная мысль!" — поддержал Позм.
Сэр Пом-Пом поднялся на ноги: "Позвольте продемонстрировать наилучший метод обращения с волшебным сосудом. Я ему научился благодаря длительному опыту. Наупт, найди кружки побольше! Пизм, Пазм и Позм не желают пробовать любимые напитки по капле — воздержанию здесь не место!"
"Правильно! — воскликнул Пазм. — Наупт, принеси большие оловянные кружки, мы выпьем на славу!"
"Так точно, ваша честь!"
Пом-Пом обхватил ладонями золотой сосуд: "Так что вы желаете пить?"
"Хочу выпить полную кружку медовухи!" — сказал Пизм.
"Я бы выпил того же красного вина, что и раньше, но гораздо больше!" — пожелал Пазм.
"А мне не терпится наглотаться прохладного шипящего эля — и смотри, чтобы пена отстоялась!"
Сэр Пом-Пом наполнил три кружки из трех носиков сосуда, а Наупт подал их Трехглавому Струпу.
"Опрокиньте кружки, пейте на здоровье! — подбодрил огра Пом-Пом. — В сосуде много осталось".
Струп схватил обеими руками три кружки и залпом опрокинул их содержимое в глотки Пизма, Пазма и Позма.
Прошло три секунды. Огромное круглое лицо Пизма стало ярко-красным, его глаза вылезли из головы на три вершка, а зубы со стуком выпали на пол. Физиономия Пазма задрожала крупной дрожью и, казалось, перевернулась. Лицо Позма почернело, как уголь, а из глаз у него метнулись красные языки пламени. Огр Струп поднялся на ноги и стоял, покачиваясь. Из его огромного брюха донеслось ворчание, завершившееся приглушенным взрывом — Струп Трехглавый упал на спину и развалился на несколько кусков. Траванте быстро шагнул вперед, взял в руку массивный меч огра и отсек три головы от остатков торса: "Наупт, ты где?"