Мегалодон
Шрифт:
Джонас опустил «ПБ-I» до восьмисот футов, значительно ниже спящего мега, потом прошел вперед, за хвостовой плавник.
— Macao, у меня все готово, надувайте.
— Поехали, Джонас.
Сеть вздрогнула и стала всплывать, охватывая мегалодона со всех сторон. Все сорок две тысячи фунтов приподнялись, снимая напряжение с гарпунного троса.
— Хорошо, хватит! — закричал Джонас. — Просто великолепно, Macao. Ее не нужно выводить на малую глубину. Я возвращаюсь на борт.
— Подождите, Джонас.
— Никаких проблем. На связи. — Джонас отпустил сеть, втянул механическую руку и сделал круг под пленницей. Он чувствовал легкое головокружение и острое удовольствие от того, что все его планы так хорошо удались. Ему хотелось возвратиться на корабль и поговорить с Терри. И тут он увидел, что сделалось с корпусом судна.
СУМЕРКИ
— Футов восемь-девять ширины, — описывал Джонас пробоину.
В корабль попало огромное количество воды, и он получил пятнадцать градусов крена на правый борт.
— Macao, это только начало, — сказал Леон Барр. — Мы задраили носовой отсек, но все болты переборки перекорежены.
— Мы тонем? — спросил Macao.
Барр задумался:
— Нет, водонепроницаемые отсеки пока изолированы, но нам нельзя напрягать судно. А чудище создает большое сопротивление воды, и нагрузка на какой-нибудь проклятый болт может оказаться слишком велика. Поэтому нам придется ползти.
— Леон, сколько нужно времени, чтобы дойти до лагуны? — спросил Де Марко.
— Хм, дайте подумать. Сейчас начало восьмого. Скорее всего к завтрашнему утру, перед самым рассветом.
Де Марко посмотрел на Барра, потом на Джонаса:
— Боже, Джонас, неужели мадам будет так долго оставаться в обмороке?
— Честно говоря, не знаю. У нас нет никаких данных. Я воткнул ей, как мне показалось, достаточную дозу. Должно хватить на двенадцать-шестнадцать часов.
— А если еще раз? — спросил Macao. — Подождать десять часов и выстрелить снова?
— Сдохнет, — уверенно ответил Джонас. — Животное таких размеров нельзя держать так долго под наркозом без необратимых изменений в нервной системе. Нужно, чтобы она пришла в себя и дышала естественным образом, иначе она никогда не проснется.
Macao почесал голову, недоумевая.
— Не такой уж большой выбор. Капитан, сколько людей вам нужно, чтобы управлять судном? Может быть, кое-кого переправить на берег?
— И не думайте об этом, Macao. Винт поврежден, волны бьются о переборку носового отсека — тут мне нужен каждый человек. И еще несколько не помешали бы. Если уж покидать судно, то только всем вместе.
— Macao, у меня есть мысль, — вмешался Джонас. — Кардиомонитор предупредит нас, когда она начнет приходить в себя. Но все-таки мне лучше спуститься на «ПБ-I» и самому наблюдать за гостьей. Начнет просыпаться —
— Что будет, когда она проснется? — спросил Macao.
— Тут начнется крутое похмелье. Я не удивлюсь, если она пойдет за нами в лагуну.
— Вернее, сама погонит нас туда, — поправил Де Марко.
— Ну а что будет с вами? — спросила Терри.
— В «ПБ-I» я скорее всего буду в большей безопасности, чем вы все, — улыбнулся Джонас.
Macao задумался:
— О'кей, Джонас, берите рано утром «ПБ» и следите за нашей рыбкой. Де Марко, первая вахта у кардиомонитора ваша. При первых же изменениях сразу сообщайте Джонасу. — Macao остановился, прислушиваясь к отдаленному грому. — На нас идет шторм?
В КИЦ вошел Мак, только что посадивший на палубу свой вертолет:
— Нет, Macao, это вертушки с репортерами. Их пять, и летят еще. Думаю, к утру здесь соберется целая куча народу.
Фрэнк Хеллер прервал свою работу и уже в четвертый раз за последний час смотрел теленовости:
...на глубинне двести футов под нами лежи в коматозном состоянии доисторический мегалодон — чудовище, совершившее за последние тридцать с небольшим, дней по меньшей мере две дюжины кошмарных убийств. С нашей позиции отчетливо видна снежно-белая шкура, светящаяся в бликах полной луны.
Тяжело поврежденная «Кику», при ее нынешнем ходе, ожидается в Лагуне Танаки незадолго до рассвета. Программа новостей Девятого канала будет вести наблюдение всю ночь и сообщать последние известия об этом потрясающем событии. Тори Хесс, Девятый канал, прямой репортаж...
— Выключи же наконец, Фрэнк, — сказал Даниельсон.
Они находились в тренировочной каюте «Магната» и занимались сборкой самодельной глубинной бомбы. Даниельсон весь ушел в работу, устанавливая взрыватель на стальном бочонке размером два на четыре фута.
— Ты весь вечер смотришь одно и то же.
— Но ведь ты просил меня выяснить, на какой глубине находится мег, — оправдывался Хеллер. — Уж не хочешь ли, чтобы я нырнул туда сам с портновским сантиметром?
— Ну тогда скажи мне, — Даниельсон опять прервал работу, — как глубоко сидит эта сука?
— По углу камеры я бы сказал, что около стапятидесяти-двухсот футов. Какой диапазон глубин у твоей бомбы?
— Достаточный. А при такой глубине с детонатором не будем никаких проблем. Что касается заряда, то я добавил еще и аматола, — это, конечно, не последнее слово техники, но зато дает сильнейший взрыв. Уж будь уверен, Фрэнк, у меня хватит чем зажарить эту рыбешку. Самое трудное — подойти достаточно близко, чтобы точно сбросить бомбу. Здесь придется положиться на Харриса. Кстати, где он?