Мексика

Бойл Т. Корагессан

Тут заговорил рыжий, его глаза нервно подергивались:

– Да что это за клоун, а?

Джина – Джина-Пума – отвесила ему взгляд почище левого джебба. [16]

– Заткнись,

Дрю, – сказал она и обратилась к Лестеру; – Лес, это Дрю, – она постаралась придать своим словам светскую интонацию, но это удалось ей не очень хорошо.

– Дрю интересуется, где тут поблизости можно поужинать хорошим стейком?

Дрю тихо осел на стуле. Ему явно было нечего сказать. Лестер перевел взгляд с Дрю на Джину и обратно. Он зашел слишком далеко и знал это, но даже сквозь пьяный туман в глазах он начинал различать в их лицах нечто, что заставило его замолчать и оказаться словно по ту сторону запертой на ключ двери.

16

Джебб – прямой удар в боксе.

Он не имел на Джину

никаких прав – так же как и на этот столик и на этот отель. Он не продержался и одного раунда.

Откуда-то издалека донесся голос Джины:

– Лес, слушай, может быть, тебе стоит пойти и немного полежать?

Лестер встал, он не ответил ни да, ни нет, не сказал даже дежурное «Увидимся позже» – он просто развернулся и, качаясь, подошел к выходу, спустился по ступенькам и очутился в ночи.

Было темно. Темно, хоть глаз выколи. Под деревьями сгустились совсем черные тени. Он не думал ни о Джине, ни о Дрю, ни – в кои-то веки – об Эйприл и мальчишке в Suburban'e. He существовало ни справедливости, ни мести, ни причин, ни следствий – осталось лишь это: ночь, пляж и криминальные элементы. Когда Лестер доковылял до лагуны и его ноздри затопила вонь гниющих водорослей, он направился прямо в самую мрачную темень на звук доносящегося оттуда хриплого шепота.

– Эй! – заорал он во всю мощь своих легких. – Эй, вы!