Мельхиор
Шрифт:
– Стоп.
– сказал я резко. Мельхиор остановился, брат сел на пол.
– Грифус, сколько времени?
– Семь утра. У вас встреча в 8.
– Твою мать!
– я забыл про время. На столе лежало приглашение. Так. Встреча в 9.
Я вернулся в коридор. Брат сидел на полу. Хиор стоял, облокотившись спиной к стене.
– Мельхиор, я забыл сказать вчера. У нас сегодня аудиенция с императором. В девять утра. Собирайся.- последняя фраза прозвучала больше как приказ, чем просьба.
Через пол часа на кухне были все в сборе. Все же Шалин или ещё кто научили Мельхиора
– Солнца над крылом, ребята.- сказала мама.
– Мир тебе- хором ответили мы.
– Все трое идете?
– Да. Мама, это не на целый день. Все будет хорошо. Так или иначе Хиор получил гражданство.
– Но ещё один навык развивать надо? Надо. Ты хоть одного мага знаешь? Я нет. Все идите. Решайте вопрос.
Мы позавтракали и пошли в сторону дворца.
ГЛАВА 2
***ШАЛИН КИНТРО МАРН***
Последний раз я общался с Хиором год назад. Тогда он был ребёнком. Наивным, добрым, но в каких то делах опытным.
Через три месяца после того как мальчик перешёл границу, я оборвал связь. Раны приносили муки, лечить меня никто не собирался, а я не хотел, чтобы мальчишка мучился со мной.
Через несколько недель после обрыва связи со мной связались и сказали,что я своё отсидел.
Первое время не верил и молча лечал в камере. Ни есть, ни пить не хотелось. Вия злилась и искала Мельхиора. Но его не было ни во дворце, ни в стране пятнадцать лет. Мальчик перешёл границу и учился в Империи. Я переживал как бы женщина не пошла на нас войной или не убила Мельхиора.
Перед тем как уйти молодой маг просидел довольно много времени в дворцовой библиотеке, готовясь к ,так называемому, вступительному экзамену в академии тёмных рун, оккультной коммуникации и ещё чего- то там. Женщина не удосужилась проверить наличие этой самой академии. А её на самом деле не существует. Академия рун, коммуникации и прикладной магии в Империи. Во-первых, обучение очень дорогое. Во-вторых, на учёбу принимают только граждан Империи. Не только менталистов, но и драконов. Если у тех достаточно сил. Но артистический факультет никто не отменял. Академический городок всегда полон народа. Я копил три года деньги на обучение. Мама с папой не могли позволить себе такую роскошь.
В шесть лет меня научили читать и писать. В семь считать. В восемь я занимался делами лавки. Давал сдачу. Иногда продавал мелочевку. Отец был сапожником.
С девяти до тридцати пяти в Империи граждане получают образование, оформляют свои первые дела, продают. Я пошёл учиться на булочника. Освоив это ремесло,попросил у отца денег открыть свою булочную. Она была вторая на весь наш город. Мой мастер готовил с утра, а я с вечера, поток хлеба не прекращался. Дело оказалось достаточно прибыльным, чтобы моя семья
Отец долго не отвечал. Мама сказала, что можно попробовать. Я был единственным ребёнком в семье.
На день рождения, когда мне исполнилось 22, отец принёс брошурку вступительных экзаменов в институт магической коммуникации. Обучение стоило недорого, и я начал готовится.
То,что я изучал с 22 до 24, Мельхиор освоил в пятнадцать. Азы эмпатии и передачи мыслей и составление ментальных связей.
Когда мы познакомились, он сразу все составил и закрепил. Теперь если кто-то прервет связь, то собеседник почувствует. Можно связи молча обрывать.
Ребёнок оказался достаточно чутким и способным. Он реагировал не только на поведение, но и на эмоции; поле, которое человек передаёт перед собой. Мальчик занимал пост охранника камер, в которых сидят подозреваемые. Самое интересное, не смотря на звание, он помогал. То куском хлеба, то письмом родным, иногда сидел с нами и рассказывал что-то. Стремление понять мотивы каждого из преступников делали его в моих глазах более благородным. Когда я понял, что он любовник нашего судьи, мир рухнул. Этот мелкий поганец сидит с нами и доносит этой женщине. Все его действия - ложь. Я долго молчал,когда он подходил к камере и что-то спрашивал.
Спустя какое-то время я посмотрел на него и понял, что он чист. Мельхиор был влюблен чистой первой любовью в женщину. И как правило, не видел её пороков.
Камеры меняли своих хозяев. И однажды к нам посадили мужчину, который сообщил потрясающую новость. Мельхиор узнавал детали наших деяний, а потом приходил к Вие, рассказывал всё, что знал. Долгое время она не реагировала на его слова. А потом я решился на преступление в нашей империи. Согласно закону о магическом принуждении строго запрещено заставлять принуждать что-то сделать. Ждёт за это смертная казнь.
В одно прекрасное утро Мельхиор подошёл к окошку спросить нужно ли мне что-нибудь.
– Слушай, мальчик, ты правда хочешь повлиять на приговор?
Мельхиор помолчал, а потом тихо ответил:
– Да. Мне Вам что-нибудь принести?
– Принеси чистую рубаху. Размер говорить?
– Повернитесь.
Я удивился, но повернулся. Мальчик сзади нашёл этикетку. Потом принёс несколько рубах и сказал где спрятать.
Мельхиор выполнял все свои обязанности: обыскивал нас после встреч, провожал и встречал. Но никто кроме нас двоих не знал, что ночью,когда все спят, мы учились азам вмешательства.
Три дня в комнатах Вии шли споры. Спорили по поводу синей или чёрной блузки. В какой идти смотреть заключённых. Мальчик наслаждался происходящим. Он мог любоваться своей женщиной и использовать магию. Для убеждения, что синяя блузка лучше чёрной, шли все возможные способы: комплименты, попытки запрограммировать на нужную блузку. Ничего не помогало. Пока Мельхиор не начал продить по мыслям женщины. Между мыслями о совете магов и идеей посмотреть обвиняемых мальчик начал вставлять идеи, которые были нужны ему. Причём додумалась она до этого сама.