Шрифт:
Annotation
Что может связывать вместе знаменитую оперную певицу, для которой весь мир музыка, и глухого короля?
Кети
Кети
Мелодия души
МЕЛОДИЯ ДУШИ
Что может быть общего между оперной певицей, для которой весь мир - музыка и глухим
Глава первая
Чистое контральто маэстрины Анджелы звучало в тот вечер бесподобно, отражаясь от покрытых изящной позолотой стен Оранской королевской оперы.
Зала Оранской оперы, построенной в первые годы правления Октавия Оранского, считалась красивейшим зданием континента. Вход туда был бесплатным, так как за представления платил сам король, однако для посещения требовался билет. Обычно эти билеты доставались студентами и семьям мелких служащих, как поощрение за хорошую учебу и работу.
Король появлялся в Опере один раз в год, на открытии сезона, сопровождая свою супругу, страстную любительницу музыки. В этот день все места достались принцам и принцессам королевской крови, членам дипломатического корпуса и прочим царедворцам. Все паучье племя интриганов из дворца было сегодня на виду.
Анджела взглянул на королевскую ложу, где сидела ее покровительница, благодаря которой она и оказался здесь, в Бриаре, и получала огромное даже по ее меркам жалование. Королева Амалия была явно очарована ее голосом. Она держала супруга за руку и вытирала слезы платочком.
Молодая маэстрина пел с чувством, зажигая ответный огонь в душах слушателей... Всех слушателей кроме одного - король оставался абсолютно равнодушен ко всем переливам красивого голоса.
Королю явно было скучно - об этом говорил пустой взгляд, направленный сквозь певца на декорации. Поразительно! Октавия Оранского превозносят как короля - философа, покровителя искусств, а он глух к музыке как последний плебей!
Анджела обожала музыку, и его раздражали люди, относящиеся снисходительно к лучшему из искусств.
Ее раздражала ничего не выражающая королевская улыбка и пустое лицо, контрастирующее с завороженным выражением на лице его жены.
Королева время от времени бросала взгляд на сидевшего неподалеку кавалера, и тот, почти не скрываясь, отвечал ей тем же. Король тоже взглянул на кавалера и быстро, но искренне улыбнулся. Кавалер в ответ что-то прошептал одними губами.
Король был занят чем угодно, но не музыкой.
Это окончательно лишило Анджелы доброго расположения духа. Так холодно ее не принимал еще ни один правитель. По опыту она знала, как много значит мнение властителя державы.
На антракт она удалилась в скверном настроении, стянула за сценой парик и бросила его на софу в гримерке.
– Никогда не видела более черствого человека, чем ваш обожаемый
– в сердцах бросил он первой скрипке, оказавшемуся рядом.
– Глух как тетерев.
– Ну ты и злюка, Анджела, - насмешливо ответила его партнер по сцене, роковой красавец Умберто. Греческий хитон шел ей необыкновенно - сегодня давали "Эвридику" Каччини.
– Хотя, тут ты хватила лишку. Это слишком зло даже для тебя.
Анджела только хмыкнула. Ни венец, ни тиара не могли спасти от ее острого языка.
Она почувствовала, как в спину ей упирается тяжелый взгляд: на маэстрину смотрел давешний кавалер, с которым переглядывался король. Умберто, заметив его, отпрянул от Анджелs и испуганно произнес;
– Кажется, ты неосторожно нажилf себе врага, Анджи, - драматическим шепотом произнес он.
– Это маркиз Ламетри, любовник королевы Амалии, и он страшно предан его величеству. Горло любому порвет.
– За что?
– несколько ошарашенно ответил Анджела.
– Я всего лишь говорю правду.
Умберто странно взглянул на нее, как будто Анджело совершил некий бестактный поступок.
– Король великий человек, - зло произнесла она.
– И уж не тебе, злюка Анджела, его обсуждать!
А затем фыркнула и, высоко подняв голову, ушла. Анджела только пожала плечами. Она не любила людей, ходивших в оперу лишь для поддержания престижа, как это, видимо, делал король.
С чего бы это Умберто впадать чинопочитание и так страстно защищать короля?
***
– Ну, что тебя так рассердило, мой милый?
– ласково спросила королева Амалия, нежно проводя рукой по щеке маркиза Ламетри.
Они только что вернулись из оперы, и король с королевой, после того как уложили спать маленького принца Августа, разошлись по своим покоям, чтобы привести себя в порядок перед поздним ужином.
Ламетри был чем-то раздражен, а Амалия не любила, когда ее близкие люди были расстроены. Не так уж много в ее жизни было тех, кого она любила: сын, муж и любовник.
– Этот... этот... певичка, - зло выплюнул Ламетри, - она назвала Октавия глухим тетеревом! Можешь себе представить, Амалия. Будь она мужчиной, я вызвал бы ее на дуэль! Подумать только! Глухая тетеря!
– Ты что-то потерял, Ламетри?
– спросил король, входя в комнату. Он снял с себя парик и расшитый золотом камзол, и в простой одежде с зачесанными назад волосами казался почти мальчишкой.
– Ты кажется сказал "какая потеря"?
Ламетри смутился. Он был предан королю как пес еще с тех пор, как маленького принца, оглохшего после лихорадки, считали дурачком. Но он и Амалия первыми разгадали, какой блестящий ум скрыт под этим высоким лбом.