Мельвир

Kornyal Walden

– Десерт принесли! – радостно огласил Ийессамбруа, жадно щелкнув пастью в сторону поваренка, несущего чудовищу огромный поднос.

Бедный парень побелел и поспешно поставил блюдо на край стола. Первые пару раз слуги пытались класть еду Ийеса на пол, но он доходчиво разъяснил, что с пола ест только людей. Невоспитанных.

« -Мальчишка! – с неповторимо ласковой нотой произнес Рендзал, отыскав меня в саду.

Ветер растрепал его коротко стриженные темные с сединой волосы. На

лице пожилого чародея играла добродушная ухмылка.

– Ты так и будешь торчать здесь с книгами или пойдешь на обед? – осведомился он.

Захлопнув старинный фолиант, я торопливо поднялся на ноги. С тех пор, как я напросился в ученики к Рендзалу, моя жизнь невероятно преобразилась. В ней появился Дом. Кто-то, кому есть дело до того, поел ли. И есть ли мне вообще, чем обедать.

– Сейчас! – заверил я, украдкой подглядывая на заложенную пальцем страницу.

Чтение древних и дорогущих книг на ходу наставник не слишком-то одобрял. Его воля, книги бы не покидали пыльной и душной библиотеки. Покачав головой, Рендзал зашагал вперед по искрящейся солнечным светом тропинке. Тогда я еще не знал, что он вскоре меня предаст. Не уверен, что он сам это знал».

– О чем задумался, Гвир? – спросил Мельвир, как обычно не вовремя и без спроса вошедший в мою комнату.

Я сидел, опустив голову, на утащенном из трапезной стуле, и более всего хотелось мне сейчас сдохнуть. Непрошенные воспоминания пробудились после обеденного разговора с Ийессамбруа и Диной. Залитые солнечным светом картинки оживали в памяти одна за другой. Как Рендзал учит меня эсверскому. Как мы пьем старинное вино из тяжелых бокалов, а наставник, смеясь, говорит, что оно произведено в тот же год, когда он родился. Как он подарил мне блестящий и легкий меч из заговоренной стали… Как улыбался, глядя в глаза, а сам собирался убить меня.

– Ни о чем хорошем! – сумрачно ответил я, посмотрев в глаза светлого чародея.

По сути он ведь так старательно добивается того же самого. Доверия. Только Рендзалу было проще. Ему достался хоть порядком и озлобленный, но все же юнец, еще почти мальчишка. Тот, кто втайне всем сердцем желал любить и верить. Мельвиру же предстоит обломать зубы о Властелина Темных земель. Чего бы он ни добивался от меня, рано или поздно я в этом разберусь. И сниму Печати. В тот день чародею не покажется мало.

Я посмотрел Мельвиру в глаза, и видимо, светлый увидел что-то очень страшное в моем взгляде. Впервые за все время, что я его знаю, он отшатнулся. А затем резко шагнул вперед.

– Что с тобой? – тихо спросил Мельвир. – Тебе плохо? Я тебя чем-то обидел?

– С чего ты взял? – скривился я.

– У тебя глаза мокрые, - вздохнул чародей, явно не зная, что со мной делать. – Это из-за Хэллорда? Но ведь с твоим учеником все в порядке. Не буду я его убивать.

– Вот уж спасибо! – я поспешно провел

рукавом по лицу.

Предстать перед светлым в столь раскисшем виде! Этого мне не хватало!

Мельвир напряженно посмотрел на меня.

– Скажи, что тебя так расстроило? Если это возможно, я помогу.

– Мертвых воскрешать умеешь? – я пристально взглянул в глаза светлого.

– Нет, конечно.

Никто не может. Так, чтобы по-настоящему. А не жалкой тенью былого.

– Жаль! А то очень хочется убить кое-кого еще раз! – свирепо оскалившись, я прошел мимо него к выходу из комнаты. – Ийессамбруа! Просыпайся, ленивое создание! Пошли, полетаем!

Пару минут спустя я уже делал то, что всегда делал, когда в горле стоял тугой ком, и хотелось орать. Мы с Сумеречной Тварью поднимались все выше в небо, а затем, сложив крылья, он резко пикировал и мчался к земле. Иногда мы снижались так быстро, что казалось, еще пара секунд промедления, и мы разобьемся. Всегда подозревал, что Ийесу тоже есть, о чем забыть в такие минуты.

Где-то вдали под нами, я увидел крошечную точку в светлом плаще. Будто Мельвир с тревогой всматривался в наш полет…

Остаток недели прошел более-менее спокойно. Если не считать того, что Мельвир заставил меня лечить крестьян в окрестных деревнях, а сам куда-то смылся. Воспользовавшись ситуацией, вместо лошади я прихватил с собой Ийессамбруа. Во-первых, передвигаться на Сумеречной Твари получалось гораздо быстрее. Там, где лошади придется объезжать по петляющим туда-сюда проселочным дорогам, Ийес пролетит напрямую. А, во-вторых, его хищный оскал изрядно пугал посетителей, что меня забавляло. Ну, и плату мы с Ийессамбруа стали взымать соответствующую.

– Что случилось? – спросил я очередного молодца, пока Сумеречная Тварь расправлялась с запеченным цыпленком.

По идее Ийес обещал оставить мне крылышко, но судя по довольному причавкиванию, обедать мне предстояло в следующей деревне.

– Топор, - лаконично сообщил парень.

Выругавшись про себя, я занялся его рукой. Не иначе, как деревья в этих краях научились давать сдачи. Впрочем, загадка разрешилась со вторым посетителем. Чуть пошире в плечах предыдущего и слегка коренастее.

– Топор? – понимающе спросил я.

– Нет, почему же! – обиделся парень. – Молот!

С этим пришлось провозиться чуть дольше. Видимо предыдущий посетитель с молотом обращался проворнее, чем этот с топором. Следующим оказался старик лет под девяносто. Явившийся пожаловаться на свою трудную жизнь.

– Жена запилила! – доверительно сообщил старик. – Может, есть какое-нибудь зелье, господин чародей?

– Какое? – изумился я. – От дурного характера?!

– Да нет! – поморщился старикашка. – Ну… для таких ситуаций… Когда молодая женщина выходит за… не очень молодого мужчину.