Мемуары
Шрифт:
– Ну, ладно, поехали…
– Сейчас, я переоденусь…
Выйти я не успел, отворачиваться было поздно, да и не мог я отвернуться — меня как заклинило, и я продолжал смотреть на то, как моя любимая сбросила свой халат, позволив ему свободно упасть на пол. Я сглотнул. Обнажённая, Изабелла де Круа, совершенно спокойно подошла к шкафу, вытащила из него комплект нижнего белья и спокойно стала одеваться, начиная с кружевных «стрингов» белого цвета. Я, как заворожённый, продолжал смотреть на эту «Мисс Совершенство». Да, конечно, кто-то счёл бы меня извращенцем за мои действия, но это было не так, ведь я любил Изабеллу де Круа. Просто я до сих пор был в таком возрасте, когда на обнажённое женское тело реагируешь именно так. Несмотря на то, что
После «стрингов» пришёл черёд лифчика. Изабелла де Круа набросила бретельки на плечи, подошла ко мне и сказала:
– Застегни, пожалуйста.
Беда только вот в том, что просьба её осталась без ответа, ибо глаза мои закатились, и я капитально потерял сознание.
Очнулся я оттого, что Изабелла де Круа пшикала мне в лицо водой из пульверизатора.
– Ты что, командир? — встревоженно спросила меня девушка.
– Да так…
– Ты же раньше видел меня без одежды. В чём дело?
– Но, я так давно не прикасался к тебе…
– Да ты ведь вроде, и сейчас не прикоснулся…
– Да, но ты попросила…
– О, Боже, Алекс, сколько тебе лет?
– Как — сколько? 20, как и тебе…
– Но, я в отличие от тебя не настолько стеснительна…
– Ладно, я и сам не знаю, что это вдруг на меня нашло. Если ты готова, то можно ехать…
И мы вместе вышли из домика Изабеллы де Круа. Я, как обычно, уселся за руль. Машина рванулась вперёд с такой скоростью, что нас практически размазало по креслам. «Хаммер» лихо катил по улицам нашего города к ближайшей пиццерии, где мы намеревались слегка подкрепиться. Съев по «Деревенской» пицце с курицей, перцем и прочими вкусняшками, мы решили зайти в кино, на фильм про секретного агента под названием «XXX». Ели честно, то фильм был не самый умный и не самый интересный. Если честно, то единственное, что мне понравилось в этом фильме, это то, что голова Изабеллы де Круа весь фильм лежала на моём плече. После фильма мы немного погуляли по набережной реки Суры, а потом, ближе к вечеру, я предложил Изабелле де Круа побывать на гонках так называемых «стритрейсеров» — уличных автогонщиков. Гонки проходили за городом, на полосе аэродрома, так как там было хорошее ровное покрытие и много места для манёвров. Если честно, эти гонки, разумеется, не совсем заслуживали громкого названия «Underground», как их назвали сами участники, так как «Underground», насколько я помню, это гонки без правил в ночное время суток, а эти парни могли гоняться, когда им заблагорассудится. Так что, единственное, что роднило этих гонщиков с настоящими стритрейсерами, это наличие виниловых рисунков на машинах и разного рода примочки к двигателям, вроде знаменитой закиси азота.
Но, всё равно, гонки были замечательные. Круче всех выступал какой-то парень по кличке «Чёрт», который ездил на какой-то «Копейке», выпущенной, судя по виду, ещё до моего рождения, но, «бегала» тачка очень даже резво. В перерыве между заездами я подошёл к его машине, когда зрителям можно было смотреть, что у кого под капотом. Я, конечно, в машинах разбираюсь не очень хорошо, но даже мне было ясно, что своего у этой машины практически ничего не осталось, только кузов, разве что.
После гонок мы, оставив машину, на одной из стоянок, ещё немного погуляли по Набережной, мы гуляли, сидели на скамейке и вообще — общались, пока совсем не стемнело. После этого я отвёз Изабеллу к ней домой.
– Ну, и как тебе этот вечер? — спросил я.
– Спасибо, мне очень понравилось, — ответила девушка. Ты сейчас домой?
– Да. Почти 23 часа, а мне ещё и домой возвращаться…
– Заночуй у меня, если хочешь…
– Ну, я был бы не против, — ответил я. — Но мне не хотелось бы тебя стеснять.
– Ой, да чем ты меня можешь стеснить? Между нами ведь столько всего было — и ведь снова будет. Ну, если ты себе не найдёшь кого-нибудь…
– Это зачем же мне искать-то?
– Самая-самая?
– Да. Самая-самая
– Капитан, обещай мне тогда одну вещь. Всего одну. До окончания этой чёртовой войны, ты не прикасаешься ни к одной женщине. Тогда я буду твоей. Даже, если мне не удастся перебороть себя.
– Ты сможешь. Я это точно знаю — ты сможешь, и от твоего страха боли ничего не останется. У тебя всё будет хорошо. Обязательно будет. И мы снова сможем быть вместе. Я обещаю тебе это.
– А ты думаешь, война скоро кончится? — спросила Изабелла де Круа.
– Естественно. А иначе, нам будет очень и очень тяжело…
– Юморист…
– А, если серьёзно, то я сделаю всё, что в моих силах, чтобы закончить эту войну как можно быстрее.
– Только, не рискуй жизнью, ладно? И я, кстати, тоже сделаю, всё, что от меня зависит, чтобы быстрее закончить эту проклятую войну…
– Так я еду домой или остаюсь? Ты чего хотела бы?
– Оставайся, что тебе дома-то делать?
Собственно, Изабелла де Круа был права — дома мне сейчас делать было ровным счётом нечего… Там всё было нормально, ведь я, решив пожить отдельно от отца, отправил его в гости на Марс, к той леди-капитану «Гладиатора». Сейчас у этой вполне милой дамы как раз был небольшой отпуск, так что я решил, что они неплохо смогут провести его вместе. Просто, в связи с тем, что моя мама не так давно умерла — несмотря на наш космический век, некоторые болезни победить пока не в силах даже Галактический Центр, а про Империю я и вообще молчу — к моему отцу, якобы, для утешения стали клеиться разного рода старые знакомые, и не все из них хорошо относились ко мне. В принципе, я их понимал — а как ещё можно относиться к совершенно чужому человеку, который ещё и непохож на остальных? В средние века, например, если человек показывал, что у него есть какие-нибудь необычные способности, его могли совершенно спокойно сжечь, как колдуна или ведьму. Но, когда эти люди начинали меня «строить» или пытаться указывать мне моё место, я начинал выходить из себя и довольно грубо указывал им на дверь. А леди Уиллимс (как звали капитана «Гладиатора») не только оказалась неплохим человеком, она ещё относилась к нашей «касте». Я знал, что человек, который так же предан космосу и войне с Империей, как и я, предать не способен.
– А мне тут душ принять можно? — спросил я.
– Ну, это, в зависимости от твоего поведения, — ответила девушка.
– Это как? — не понял я.
– Ну, как попросишь…
– А-а! Тогда, Ваше Величество, могу ли я воспользоваться Вашей душевой кабиной?
– Разумеется, Алексей. Не надо так высокопарно, а?
– Ну, хорошо. А как надо?
– Ну, не знаю, например, что-нибудь типа: «У тебя можно душ принять?»
– Хорошо. Можно у тебя душ принять?
– Разумеется, — ответила Изабелла де Круа.
– Тогда отвернись. Раздеваюсь.
– Что я — без одежды тебя не видела?
– Ну, отвернись, пожалуйста…
– Ладно.
Через минуту я, совершенно голый, внаглую плескался в душевой кабине Изабеллы де Круа. Да, душ — это здорово. Наверное, из всех ощущений, которые я успел испытать к 19 годам, душ после тяжёлого дня — это самое приятное. Конечно, мне говорили о занятиях, ощущения от которых намного приятнее, чем от простого душа, но о сексе я пока не думал, а некоторые — просто-напросто противозаконны. Так что, на мой взгляд — душ — Forever!
– Капитан, тебе спинку не потереть? — раздался знакомый голос.
С закрытыми глазами я развернулся, попал головой по подставке для шампуня, открыл глаза, в которые немедленно попала пена, и, лишь тщательно промыв глаза, я увидел Изабеллу де Круа, которая смотрела на меня, покатываясь от смеха.
– Очень смешно! — сказал я, потирая будущую шишку. — И что ты здесь делаешь? Мы же договорились…
– Да так, просто интересно, чем ты здесь занимаешься…
– Наверное, душ принимаю, — предположил я.