Мемуриалки - 2
Шрифт:
Уточнив принадлежность загиба к Урюпину переулку, я побежал к двухэтажному зданию. Там и вправду была надпись "Кировец"; я позвонил, на меня залаяла собака. Объявилась бабонька.
Бабонька доверительно рассказала мне, что у них нет Аварийного, а есть ремонт дорог. И это дом 8 по Майкову переулку, тогда как Урюпин переулок вон он, совсем маленький.
Продувшись в Doom, я поехал домой.
В кармане лежал единственный добытый Артефакт: телефон.
Дома горели свечи.
Меня ждало маленькое Рождественское чудо: какой-то продвинутый
"Ваш дом нам надоел, - ответили там.
– Ждите. В течение суток".
Мастер Иллюзий
На сей раз свет погас не совсем. Он мигал.
Он вымигивал азбуку Морзе.
Говорят, что если посадить за пишущую машинку обезьяну, то за десять тысяч лет она напечатает всю классику мировой литературы.
Ну, за всю классику не ручаюсь, будем скромнее, но "Россию Молодую" и, скажем, "Мы - Славяне! " наша лампочка намигать успела.
Поэтому нынешним утром я возглавил Лестничный Бунт, или Восстание Спартака. Объединившись с людьми, которые наконец-то начали перестройку с себя, я пошел в РЭУ, оно же ЖЭК, оно же ЖАКТ, оно же центр масонского заговора.
Там, пританцовывая и дрожа, я, чувствуя за спиной поддержку десяти шуб и шапок, начал сулить начальнице РЭУ всевозможные ужасы. Та только всхрапывала и негодующе крутила головой. Вскоре меня сменил мой сосед, очень хороший человек, строитель и лицо, приближенное к Губернатору.
Он отобрал у меня инициативу и стал поминать Губернатора к месту и не к месту.
Основным объектом его атаки сделался наш электрик, Мастер Иллюзий, про которого я сперва решил, что он пьян, но позже понял, что он просто такой.
Об этого электрика, который сделал всю лестницу заложницей двух перегревшихся электросоплей, разбивались любые волны, независимо от масштаба.
Он объявил, что сделает нам временно.
Лицо, близкое к Губернатору, раздобыло хороший кабель, но Мастер Иллюзий сказал, что все равно сделает по-своему, временно.
Лицо пообещало привести людей с наручниками и приковать Мастера Иллюзий к батарее, чтобы он там, у батареи, подумал, но это не произвело никакого впечатления на Мастера Иллюзий.
Напрасно лицо, близкое к Губернатору, бесновалось перед ним.
"Отъебись ты", - сказал Мастер Иллюзий.
И сделал по-своему.
Про животных
Некоторые люди держат животных без всякой на то нужды, не находя в них особой утехи. Животные, однако, являются как бы естественными продолжениями своих хозяев. Хозяева, таким образом, не замыкаются в своей случайной человеческой оболочке, но закономерно растягиваются, простираясь в животное, растительное и минеральное царства.
Я знаю одну такую особу.
Эта особа очень гордится своим дворянским происхождением. И белое знамя она держит весьма высоко, будучи нетерпима к малейшим проявлениям скотства.
Однажды, например, она, выходя из парадной своего дома, увидела, что на снегу лежит огромный окровавленный тампон, равный
У этой особы в доме жили животные, которыми она не слишком интересовалась.
Кот Фимка водился в кипе газет, доходившей до потолка. В газетах был ему и дом, и отхожее место. Поскольку он гадил в глубинах этого вороха, очевидных результатов его жизнедеятельности не было, и только запах стоял, но он не мешал никому.
В аквариуме жили мужские лягушки. Это были земноводные гомосексуалисты исполинских размеров. Они вечно сидели друг на дружке, звали их Кинчев и Гребенщиков.
И, наконец, был престарелый и придурковатый пес Ману: нечто вроде спаниеля с очень короткими лапами. Он плохо видел, и вообще был не подарочек. Однажды он сожрал носовой платок у одной эфирной барышни. Хозяйка дождалась, пока платочек выйдет с обратного конца Ману. Она выудила платочек, выгладила его и молча, но ликуя внутренне, вернула владелице.
Ребята с нашего двора
В 80-е годы Запад охватило движение в поддержку так называемой деинституционализации. В переводе на русский язык это означает расформирование психиатрических отделений и выдворение душевнобольных обратно в "общину", как среди них (не знаю, среди кого - психов или подвижников) принято выражаться.
В результате по улицам стала разгуливать прорва умалишенных, вызывая естественное неудовольствие тех, кто пока не вполне лишился ума.
Мы тут, как обычно, впереди планеты всей. У нас не нужно ничего расформировывать, благо эта публика и не сидит по больницам, а спокойно расхаживает, где ей вздумается.
В одном нашем дворе таких фруктов штуки три.
Один каждое утро кормит кошек. Он ничего такого не говорит, просто носит им кашу, рыбку, еще что-то. Ему лет сорок пять. Не знаю, с чего я на него взъелся, но мне бы не хотелось оказаться с ним в едином замкнутом пространстве. Белесый, серьезный, в толстых очках и плаще на рыбьем меху, он сущее чикатило. Всякий раз, когда я веду утром свое сокровище в школу, я ускоряю шаг, потому что боюсь скоротечного потрошения на корм для братьев меньших.
Второй притормозил меня однажды, когда я куда-то шел. Я был с тяжелого похмелья, меня мог напугать даже воробей. Я шарахнулся от него, но он заступил мне дорогу. Показывая на каменные колонны ближайшего дома, он обратился ко мне со словами: "Нет, постойте! Ведь правда же, это вкусно? "
А третий был, насколько я понимаю, вовсе не человек.
Он, лысый черепом, выносил помойное ведро, хотя с тем же успехом мог из него питаться. Он просто улыбнулся мне, и это не было улыбкой человека, думайте что хотите. Я читал, что среди нас бродят существа, которые только с виду являются людьми, тогда как на деле они неизвестно что. "Который час? " - спросил он громко, и голос был совершенно мертвый, машинный.