Менестрель
Шрифт:
– - Ты можешь хоть раз закрыть свой рот и сделать, как я говорю?! Для меня все кончено, но я могу сделать так, чтобы это не задело тебя. Отправляйся в город, вступи в гильдию, начни жизнь с нового листа. И если уж ты не рискнешь продолжить мои изыскания, хотя бы сохрани то, что уже есть. Адриан, ты понял меня?
– - профессор схватил ученика за плечи и внимательно вгляделся в темно--фиолетовые глаза, надеясь увидеть там хоть крупицы понимания.
– - Поднимайся наверх, в дальнюю комнату. Когда подам сигнал, чтоб даже отпечатков ауры твоей здесь не было!
Адриан закинул мешок за спину. Набитый книгами тот больно ударил своего носителя. Сверху послышались
– - Мы не успеем! Чары на входе не рассчитаны на физическое воздействие!
Эльнор закружился на месте, судорожно выглядывая что-то. Через мгновение он схватил тощего ученика за шкирку и запихал в дальний, неприметный шкаф, набитый чистыми халатами. Закидав его вещами, профессор торопливо зашептал.
– - Сиди тихо и не высовывайся. Я постараюсь перетянуть все внимание на себя. Если что-то пойдет не так -- прорывайся сквозь стражу и беги! Возьми виверну. Они быстрее фоуксов.
Эльнор захлопнул шкаф, и только звук удаляющихся шагов говорил, что профессор поднялся встречать "гостей".
Давно уже мальчишка не испытывал такой страх. А чувство вины и осознание того, что все можно было предотвратить, просто не выпуская девчонку, только подстегивали этот страх.
– - По какому такому праву вы вваливаетесь в мой дом?!
– - разорялся наверху профессор, отчаянно стараясь выставить себя жертвой произвола.
– - Еще и двери попортили...
– - Эльнор Таэри, вы обвиняетесь в незаконном проведении на территорию королевства Камайн особи человеческой расы. Помимо этого, вам предоставляются обвинения в проведении незаконных экспериментов над представителями разумных рас. В связи с этим мы вынуждены арестовать вас и ваше имущество, служащее доказательством вашей вины, -- равнодушно чеканил мужской голос.
По спине Адриана пробежался холодок, отчего он невольно сильнее вжался в стенку шкафа. С глухим гулом та отъехала назад, а мальчишка ввалился в темный, сырой коридор.
– - Да... да как вы смеете?!
– - задыхаясь от возмущения возопил старый эльф.
– - Вы хоть понимаете, к кому вы вломились?! Я уважаемый член Гильдии! Мастер призыва! Да если бы не я, не было бы сделано и половины открытий!
– - Сомневаюсь, что это послужит смягчающим обстоятельством...
– - Мерзкий мальчишка!
Воздух дрогнул от разрядившейся в одного, или нескольких, из стражников молнии. По коридорам прошелся гул отражающейся от колдовских щитов магии. Секунда тишины. И воздух словно взорвался от количества звуков: звон стали, шипение призванных тварей, крики новичков, столь необдуманно отправленных на это задание, и непередаваемый звук сотворяемых заклятий.
Судорожно цепляясь за лямки вещмешка, Адриан отползал назад, как можно дальше от шумной баталии, все никак не желающей затихнуть. Под тонкими пальцами мальчишки то и дело пробегали и проползали непонятные, невидимые в этой тьме даже глазам ночного эльфа жуки и черви, только чудом не раздавленные ошалевшим студентом. Звуки битвы становились тише по мере отдаления эльфа, и тот было уже успокоился, когда шум резко прекратился и сменился вкрадчивым тоном командира:
– - Этого в ошейник и руки связать!
– - Есть!
– - Вы, двое, обыщите башню. Все предметы, вызывающие подозрения отправить на досмотр в Гильдию чародеев!
– - Так точно!
– - Риана! Возьми двоих и собирайте все книги и записи. Сегодня же они должны быть отправлены королевским писцам для проверки на наличие запрещенной
– - Будет сделано!
– - И обращение ко всем: у Эльнора есть ученик. Обыщите территорию, осмотрите башню на предмет тайных проходов, делайте, что хотите, но мальчишку доставьте ко мне. Желательно, живым, но, если начнет сопротивляться... вы знаете, что делать. А ты можешь порадоваться -- сам король тебя судить будет. Знаешь, что это значит? Ни единого шанса, слышишь? Ни единого! А за сопротивление при аресте... как бы твое наказание в нечто похуже казни не обратилось, Эльнор.
Адриана словно водой окатили -- он подскочил на ноги и стал наощупь пробираться к выходу, который, судя по потокам свежего воздуха, был совсем рядом. В подвале уже во всю хозяйствовала стража, осматривая все бумаги и вещи, лежавшие там. И хотя они еще не начали шастать по шкафам, само их присутствие за спиной подстегивало эльфа сильнее любого кнута.
Когда он уже наполовину вылез из туннеля, ведущего к загонам, внизу раздался топот ног, закованных в доспехи, и разрозненные голоса. Нервно сглотнув, парень, подобно арбалетному болту, вынырнул из этой норы и помчался к молодой виверне, ранее предназначавшейся теще Эльнора. За спиной раздался выкрик стражницы, обыскивавшей двор, и в сторону Адриана тут же отправились несколько полупрозрачных стрел.
Но разве может стрела остановить того, кто действительно хочет жить? Едва ли. Не тратя времени на то, чтобы надеть на тварь хотя бы седло, эльф одним движением вскочил ей на спину и ударил сапогами под живот, заставляя виверну как можно скорее подняться в воздух.
Я подскочил ближе к полудню, в холодном поту нервно оглядывая комнату. Окончательно убедившись, что это всего лишь дурной сон, нехотя поднялся с кровати и подошел к окну. Эта башня... мне кажется, она способна навеять лишь дурные воспоминания. Я вновь оглядел комнату. Не считая бардака, что здесь устроила стража в ту знаменательную ночь, в башне ничего не изменилось. Защитные чары действовали безупречно на протяжении стольких веков и лишь в последние несколько десятилетий начали давать сбои, позволяя появиться пыли, плющу и другой растительности обвить основание, а паукам местами понастроить своих ловушек. Поверить не могу, что когда-то я называл это место своим домом, а Безумного Эльнора с гордостью и опаской именовал профессором и учителем. Впрочем, именно он дал мне большую часть того, что я сейчас знаю и умею.
"Этот вредный старикан умел оставить неизгладимый след в воспоминаниях", -- подумал я, разглядывая огромный портрет у изголовья кровати -- себя он очень любил. Через неделю, после того, как его приволокли во дворец, его "магически" казнили, оставили без сил, то есть. Однако уже лет двести гуляют слухи, что профессор вполне успешно сбежал во "Внешний мир", подменив себя кем-то другим. Кто знает, кто знает...
Я распахнул окно, вдыхая горячий полуденный воздух. А ведь в тот раз я едва выжил. Забавно получается. Матерь Лунного Света будто никак не может решить, стоит ли вообще мне существовать в этом мире. Н-да... Когда в детстве впервые проявились мои "неконтролируемые" способности, которые, к тому же, еще и котировались как темные, разрушительные и, в целом, нежелательные, жители моего захолустья едва на запчасти меня не разорвали. Не то, чтобы это было удивительно, с учетом того, что я тогда почти дотла сжег деревенский амбар. Если бы Эльнор тогда не собирал в местном болоте ядовитые травы, не рассказывать бы мне сейчас все эти истории.