Шрифт:
Пролог
Многоликий бог, чьё имя запрещено произносить во всех храмах Альтдорфхейма, мастер уловок, обманов и злоключений. Мало кто решается обратиться к нему с молитвой, ещё меньше тех, кто служит ему сознательно. Однако же есть у Мастера Масок страсть к коллекционированию душ смертных, таких же, как и он сам. Если такому счастливчику повезло, на него нисходит божественная благодать, дарованная каждому жрецу. И тогда путь к прежней жизни заказан – Многоликий заполняет её всю целиком и без остатка. Иногда у него появляются любимцы и любимицы, и ветреный бог благоволит им… на свой лад. Так случилось и с Мистлев, Маленькой Пташкой, жемчужиной преступного мира. О её умении
Но этой ночью первого числа Месяца Яблок Мистлев не повезло – она попалась в руки имперской стражи и теперь ожидала решения своей участи в маленькой каморке. Сбежать из неё было невозможно – в камере не было дверей. Власти не поскупились на услуги мага Земли, сотворившего идеально гладкие стены. Лишь крохотное окно с решёткой на самом верху позволяло дневному свету и мало-мальски свежему воздуху проникать внутрь вместе с шумом большого города. Скрип колёс повозок и карет, топот копыт, шаги и голоса людей теперь Мистлев слышала постоянно. Безоружная, лишённая всех своих спрятанных в одежде ножей и отмычек, она сидела на полу и то молилась своему богу, то кляла его почём свет стоит.
Скорее всего её казнят, в лучшем случае отрубят обе руки, после чего было только две дороги – в дом призрения или в бордель. Мистлев была наслышана об отвратительных сексуальных развлечениях развратных аристократов.
– Ты оставил меня! – кричала она в потолок. – Я служила тебе верой и правдой! Я благословляла убийц и воров, наделяла их твоей силой!
Мистлев слышала в ответ только эхо своего голоса. Она не хотела умирать на потеху публике, долго и мучительно. Грешков за ней набралось на несколько казней подряд, будь у неё несколько жизней в запасе. Но их, само собой, не было.
– Прости мне моё малодушие, – шептала Мистлев, сложив бледные пальцы в молитвенном жесте. – Бог мой, ты видишь все наши пути, я вверила свою жизнь тебе. Так молю же тебя, помоги мне!
Мистлев прикрыла глаза, замолчала и прислушалась. Где-то на задворках сознания она почувствовала, как Сила пришла в движение. Улыбнувшись, поняла, что её смерть откладывается на более отдалённый срок. Многоликий решил, что преданная жрица ещё может развлечь и удивить своего бога, а уж наблюдать за приключениями и злоключениями людей он любил…
Глава 1. Башня Высоких Звёзд
Реван Вегри, молодой и амбициозный маг, не верил в Многоликого, что, однако, нисколько не мешало ему стать участником грандиозного импровизационного спектакля. Он явился в Башню Высоких Звёзд на всеобщий Конклав, где маги со всего Альтдорфхейма собирались, чтобы обсудить важнейшие дела в мире магии и политики и, что интересовало Ревана больше всего, научные исследования.
Некромант волновался – раньше он никогда не бывал в этой древней величественной Башне, слывшей оплотом Архимага и святая святых величайшей магической академии со времён эльфийского господства. Когда-то это звание носила Башня Кости, когда в ней безраздельно властвовал легендарный Ардос, один из последних истинных некромантов. Но то время прошло, и ныне Башня Кости принадлежала Ревану Вегри и из жемчужины магического мира и архитектурной мысли превратилась в блеклый осколок былого величия, став кафедрой теоретической некромантии. В этом был некоторый толк. Ученики появлялись в её стенах очень редко, что позволяло молодому некроманту заниматься собственными изысканиями, отгородившись от мира за высокими стенами.
Но теперь амбиции Ревана заставили его покинуть тёплое насиженное место и отправиться на Конклав, чтобы добиться официального разрешения на исследования, без которого
Реван поморщился, прогоняя прочь воспоминания о том, как дежурный маг вынужден был проверить все его вещи. И ни должность, ни происхождение не спасли некроманта от унизительной процедуры. Законы магического сообщества были обязательны для всех вне зависимости от ранга и уровня силы, как бы некоторым это не нравилось.
– Что, Реван, всё со своими книгами носишься, да?
Некромант почувствовал дружеский тычок в бок и повернулся. Рядом стояла Шания, давняя подруга по академии и бывшая сокурсница. Магичка не хватала звёзд с неба, но нашла своё место среди целителей, и теперь нет-нет, а появлялась в Башне Высоких Звёзд, чтобы получить нужные разрешения на новые алхимические исследования. Шания занималась редкими болезнями, вызванными чёрной магией.
– Всё ношусь, да, – Реван вежливо улыбнулся, прижимая книгу и свитки с исследовательской работой покрепче к себе.
– Говорят, ты её выкопал где-то, да? Не знала, что ты сам…
– Больше слушай, что говорят, – Реван покосился на Шанию, которая с присущим ей любопытством пыталась разглядеть потёртую золотую надпись на корешке. – Я её не выкапывал, я её… не важно, это совершенно не важно.
Какими путями достался ему дневник Эрлины из Арра, записанный на предположительно вампирском диалекте эльфийского языка, Реван предпочитал не уточнять. Как бы плутоватый старьёвщик, в чью лавку некроманта занесло по чистой случайности в одной из экспедиций, ни уверял, что весь товар добыт честным путём, сомнения всё же то и дело закрадывались Ревану в душу. Книга пришла откуда-то с севера Верянских земель, самой дикой имперской провинции.
– А кто такая эта Э… Эрлина из… из… – попытки Шании прочитать текст на корешке, скрытый рукой Ревана, были безрезультатны.
– Эрлина из Арра, – терпеливо пояснил Реван. – Это её дневник… Летопись одного клана, можно сказать. Я восстановил всё, что мог, к сожалению, некоторые страницы утрачены навсегда, а сама Эрлина вряд ли жива, чтобы расспросить её об этом. Но и того, что там есть, достаточно, чтобы доказать реальное существование вампиров в древности.
Реван вздохнул, косясь на створки дверей в большой зал. Совсем скоро была его очередь выступать, и он начинал нервничать всё сильнее.
– Ты не слишком-то уверен, да? – от Шании ему никогда не удавалось скрыть эмоции.
– Немного волнуюсь.
Реван был неразговорчив. И волновался, конечно, гораздо сильнее, чем показывал. «Я, Эрлина из Арра, Старшая клана Красной Луны, записала эти слова…» – так гласили первые строки дневника. К сожалению, многое восстановить не удалось, книга изрядно была подпорчена крысами, плесенью и временем. Но и нескольких обрывков пророчеств, открытых Эрлине некоей Моррейн, а также фрагментов из описания войны вампиров с первыми жрецами светлых богов было более чем достаточно, чтобы утверждать, что по крайней мере часть народных легенд не выдумка. Реван надеялся, что книга послужит доказательством для собравшихся учёных магов, и они одобрят исследования. Но уверенности действительно было мало, а когда двери зала открылись, и его пригласили внутрь, она исчезла окончательно.