Месть амазонки

Аскеров Эльхан

— Может, уляжемся как следует? — лукаво улыбнулась Лин, пробегая шаловливыми пальчиками по коже его живота.

— Потом, — тихо ответил Тигр. — Давай просто полежим. Полежим и молча послушаем дождь.

— Разве дождь может рассказать что-то интересное? — удивилась Лин.

— Не знаю. Но слушать его приятно. Особенно, когда можно лежать вот так, спокойно. Ни о чем не беспокоясь и не ожидая подлого удара.

— Тогда давай послушаем дождь, — покладисто согласилась Лин, которой уже давно не хотелось ничего делать.

Ей

просто было хорошо. Привычно пристроившись на груди воина, девушка прикрыла глаза и незаметно для себя задремала. Тепло огромного тела накрыло ее как одеялом, могучая рука легла ей на талию, и Лин почувствовала, что готова лежать так вечность. Это была последняя мысль, которую она успела осознать до того, как провалилась в спокойный сон без сновидений.

Они проснулись от грохота и криков, раздававшихся из общего зала. Моментально вынырнув из сна, Тигр приподнял голову и, прислушавшись, мрачно покачал головой. Разбуженная его движением, Лин лениво потянулась и, зевнув, спросила:

— Что там?

— Похоже, у нашего Санти возникли с кем-то серьезные разногласия, — проворчал Тигр, легко поднимаясь и натягивая сапоги.

— Куда это ты собрался? — тут же подскочила Лин.

— Схожу посмотрю, кто там такой наглый.

— Ты решил податься в кабацкие вышибалы? — подпустила шпильку Лин.

— Придется помочь ему, если мы хотим и дальше жить здесь спокойно, — пояснил Тигр, затягивая пояс.

— Я с тобой, — вскочила девушка, но тут же охнула от боли, скрутившей натруженные мышцы.

— Лежи, вояка, — усмехнулся Тигр. — Вернусь, начну приводить тебя в порядок.

— Только попробуй не вернуться, — огрызнулась Лин, медленно укладываясь на матрас.

Усмехнувшись в ответ, воин набросил безрукавку и вышел в коридор. С беспокойством глядя ему вслед, Лин навострила уши, прислушиваясь к происходящему в зале. Шум и грохот не утихали. Судя по всему, там кого-то крепко и обстоятельно били. И делали это с большим старанием.

Быстро пройдя по коридору, Тигр добрался до кухни и, заглянув туда, поискал глазами кого-нибудь из подавальщиц. Вся кухонная обслуга испуганно жалась по углам, то и дело растерянно поглядывая в сторону общего зала.

— Что случилось? — быстро спросил Тигр.

— Рыбаки забуянили, — тихо ответила стряпуха. — Как бы нам снова не пришлось хозяина сменить.

— Много их?

— Дюжина была. Дело сладили, а потом пить начали. Вот и допились до зеленых гоблинов.

— Кого? — не понял Тигр.

— Говорят, нежить такая в горах водится. Гоблины, — пояснила стряпуха, внимательно вслушиваясь в шум, доносящийся из зала.

— Ясно, — кивнул в ответ Тигр, бесшумно исчезая из дверного проема.

— Тьфу ты пропасть! — возмущенно сплюнула стряпуха. — Исчез как баньши. Ясно ему. Ох, девочки, не к добру это все, — проворчала она, обернувшись к сбившимся в стайку служанкам.

— Может,

обойдется? — испуганно пролепетала одна из них. — Этот вон какой здоровый. И кинжалищи у него — смотреть и то страшно.

— Кинжалищи, — передразнила стряпуха служанку. — Рыбаков там целая дюжина. Не сладят они вдвоем с хозяином. Ох, не сладят.

— Погоди ты охать, — цыкнула на нее вторая служанка. — И словами не кидайся. Не приведи боги, рыжая услышит. Эта прирежет и глазом не моргнет. Помнишь, что она с Силатой сделала? Та до сих пор присесть толком не может. Маленькая, а злющая.

— Маленькие все злющие, — мрачно ответила стряпуха, но язык на всякий случай прикусила.

Тем временем шум в зале начал стихать. Но через некоторое время оттуда послышался дикий, леденящий душу рев и звуки ударов чего-то тяжелого о стены харчевни. Ответом на этот рев был разноголосый вой и крики боли.

Не выдержав напряжения и напора любопытства, служанки медленно, шаг за шагом, принялись подбираться к дверям, ведущим в общий зал. Осторожно высунувшись из-за косяка, они замерли, раскрыв от удивления рты.

Рыбаков, как в клоаке называли контрабандистов, действительно была дюжина. Но, несмотря на численный перевес, большая часть этой дюжины испуганно жалась по углам, пытаясь спрятаться от огромного, разъяренного воина, ловко вбивавшего одного из них кулаками в стену.

Санти с окровавленным лицом сидел на полу посреди зала, ладонью зажимая рану на голове. Похоже, кто-то приложил его пустым кувшином.

Схватив избитого бандита за плечо и пояс, Тигр легко вскинул тело крупного, здорового мужчины над головой и, стремительно развернувшись, швырнул его через весь зал в растерянно топтавшихся друзей.

Всю шайку просто снесло с ног. В ту же секунду Тигр выхватил кинжалы. Один из бандитов попытался схватиться с воином врукопашную, но тут же рухнул с перерезанным горлом. Никто из бандитов даже не успел разглядеть молниеносный взмах руки гиганта. Сообразив, чем может закончиться для них эта стычка, разом протрезвевшие контрабандисты дружно принялись извиняться.

Замерев в боевой стойке, Тигр окинул всю шайку внимательным взглядом и, не оборачиваясь, спросил у Санти:

— Ты готов их простить, или скормить их всех шакалам?

— Пусть оплатят ущерб и проваливают хоть в Серые Земли, — простонал Санти, делая слабые попытки подняться.

— Вы слышали, что вам сказали? — рыкнул на них воин, и на ближайший стол посыпались полновесные золотые.

— А теперь исчезните отсюда. И забудьте дорогу в эту харчевню, иначе всех порешу, — пообещал Тигр, качнув для острастки кинжалами.

Вся шайка гурьбой бросилась к дверям, в результате чего у входа образовалась давка, но Тигр в очередной раз издал свой знаменитый рык, и бандиты растворились в ночи, словно просочившись сквозь стены.