Месть гор

Интераль Риана

чем вызван смех Анари. "Чтоб вам пусто было, матушка!
– в бессильной злобе

подумал Тайка.
– Выставили перед девушкой...".

Миид поддерживал Анари за узкую талию, когда она была готова навзничь повалиться

на землю и колотить по ней кулаками. "Вот хохотушка-то!
– подумал он.
– Тайке бы

с ней весело было...".

Он прекрасно видел, что с некоторых пор его высокородный друг переменил свое

отношение к этой мелкой рыжей мегере,

особенно когда на горизонте замаячил илле-кассар

Анари - Меркол. "Уж не влюбился ли Тайнар?" - думал иногда Миид.

А предмет размышлений тряханул за плечи веселящуюся тэнери и хлопнул пару раз по

щекам.

Ржач как рукой сняло. Анари вздрогнула, будто очнувшись. Оглядела присутствующих

и, вперив взгляд в Тайку, сузила восхитительные глаза.

– Еще раз меня по морде хлопнешь...
– прошипела она.

Обстановка накалялась. Миид почувствовал - жареным запахло, и поспешил вмешаться:

– Ани, помнишь, ты говорила как-то, что у тебя заклинание щита не получается?

Может, потренируемся тогда?

– А? ах да, точно. Вот башка дырявая, - Анари небрежно отбросила с плеча косу и

неприязненно покосилась на Тайнара.

Тот поджал губы, но ничего не сказал.

Глава 11.

Я помню чудное мгновенье:

Передо мной явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты...

А. С. Пушкин

Нарат неторопливо прохаживался по центральной улице Арнаринна, Главной улице, и

осматривал достопримечательности. "Ведь ничего не изменилось!
– думал он.
–

Только люди другие...". Из-за крыш домов блестели позолотой шпили царского

дворца и центрального храма. В воздухе едва заметно трепетал нежный аромат

лаванды и альпийских цветов, пробуждая давно и прочно похороненные мечты и

надежды, похороненные еще в прошлой жизни...

Каково же было Нарату, когда ему сказали, что прошло сто пять лет со дня его

смерти! Это значит, что Рикатаны уже нет в живых. Боги, ну почему, почему так

везет всяким сволочам вроде Таркена? "А ты сам кто?" - ехидно пискнул внутренний

голос, заставив прервать размышления.

Воскресенье. Базарный день. Столичные жители суетятся, спешат на рыночную

площадь, чтобы повыгоднее урвать какую-либо новинку "от кутюр", или поскандалить

с торговцем или же просто обменяться последними сплетнями. "Мне бы ваши насущные

проблемы!" - с усмешкой думал Нарат, скользя взглядом по прохожим. "Еще одна

озабоченная самка!". Нарат смерил высокомерным взором белокурую девицу, которая

так и пожирала

его плотоядными глазами.

Да и неудивительно, такого заметишь и захочешь, едва взглянув: высокий, статный,

гибкий словно леопард, с большими миндалевидными, чуть раскосыми глазами цвета

агата, с безупречным овалом лица, прямым носом и тонкими губами правильной формы

он мог очаровать и влюбить кого угодно, недаром что эльф-дроу. Только вот

влюблять в себя всех барышень мира он не собирался.

Внезапно сильный порыв ветра ударил в спину. Длинные, блестящие, черные как

смоль волосы хлестнули по лицу, заставив зажмуриться. И в этот коротенький

момент Нарат увидел ее. Глаза округлились, челюсть медленно, но верно начала

отпадать. "Нет, - твердо сказал он себе.
– Нет. Этого быть не может".

Она стояла около входа на рынок и махала кому-то рукой, прощаясь. Улыбнулась.

Сердце взяло бешеный ритм. Умом Нарат понимал, что ее уже нет, что это

невозможно... но чувства пересилили разум. Он бегом бросился к девушке, на ходу

выкрикнув:

– Рика!

Девушка удивленно и испуганно посмотрела на него. Нарат остановился как

вкопанный.

– Извините. Обознался, - пробормотал он, опуская глаза.

– Ничего, бывает, - отмахнулась девушка, придя в себя.

Ну естественно, это не Рика, хотя так на нее похожа... Те же огромные ярко-зеленые

глаза, пухлые губки, вздернутый носик с веснушками. Только волосы у Рики гораздо

темнее, а сама Рика была чуть ниже и чуть плотнее телосложением.

И еще. У нее улыбка ненавистного Таркена и его же голос, только в женском

варианте: высокий, с бархатистыми нотками.

– Прошу простить меня, хели, но не могли бы вы сказать мне свое имя?
– решился

Нарат.

Девчонка недоверчиво посмотрела на него. Нарат знал, что колинейцы не любят

открывать имена чужакам, поэтому особо не надеялся на успех. Но девушка,

отбросив на спину две тяжелые рыжие косы, посмотрела ему в глаза и сказала:

– Я - Анари Неласи.

– Неласи?
– переспросил ошарашено Нарат. Что ж, теперь все точно становилось на

свои места...

И говорок у Анари типично таркеновский, с твердой раскатистой буквой "Р".

– А что?
– поинтересовалась Анари, знакомым жестом изящно склонив голову набок.

– Просто, - вздохнул Нарат.

– Тогда уж и вы скажите свое имя!
– потребовала она.

Нарат прикинул: говорить не говорить. "А, ладно. Скажу свое колинейское, а то в

эльфьем запутается...".