Месть гор
Шрифт:
– химмирийская прынцесса?
– растягивая слова, поинтересовался Меркол.
– Потому, что мы - тэнровское благородие, - хихикнул Асик.
– А если серьезнее?
– А если серьезнее, то у нее волосы рыжие.
– Я вижу, что у нее волосы рыжие. И что с того? она химмирийка только наполовину,
по матери, а похожа на отца. Рантан, ты знаешь, чистокровный колинеец. Может, в
глубине веков что-то аттилийское в нем намешалось...
"Боги, эту аксиому
терпеливо ответил:
– Да, похожа она на отца...
– А то, что она рыжая, еще не доказывает, что она из королевской семьи. У вас
ведь в Химмирии рыжий на рыжем и рыжим подгоняет. Разве не так?
– перебил Меркол.
– Истинно так, - согласился Асинай.
– Но волосы...
– Да че ты к ее волосам привязался?
– Ты дашь мне объяснить или нет?
– взорвался Асик.
– Ладно, ладно, успокойся, - поднял руки вверх Меркол.
– продолжай.
– Вот, короче, такого цвета волос, как у Анари и королевской семьи, больше нет
нигде, даже в Химмирии. Знаешь, - добавил он, когда заметил скептический взгляд
Меркола, - даже у нас в стране не так много рыжих, как все думают, и уж поверь
мне, такой медный оттенок можно выделить из общей толпы.
Меркол припомнил коронацию в Химмирии и королевскую семью. Припомнил цвет волос.
Память у него очень хорошая, и через секунду он мысленно согласился с Асинаем.
Да, оттенок такой же, но Меркола это все же не убедило. Мало ли где еще такой
попадется?
– Наша служба и опасна, и трудна...
– раздался голос Анари, напевающий песенку
на абсолютно незнакомый мотив.
Парни мгновенно напряглись, как струны, и вперили взгляд в новоприбывшую. Анари
это заметила и подозрительно прищурилась.
– Че вылупились?
– напряженно осведомилась она, переводя взгляд с Меркола на
Асиная.
– На мне что-то нарисовано?
Замечание не смутило Меркола, внимательно оглядывавшего ее и пытавшегося
отыскать в илле-аннэр хотя бы малейший признак принадлежности к правящему дому
Химмирии. Присмотрелся повнимательнее к движениям. Изящные до невозможности,
плавные, женственные... и очень аристократичные! Простая девушка не владеет
такой грацией. "Идиот, - думал Меркол.
– Как я, тормозильфная башка, не
догадался сразу?".
И как теперь реагировать - непонятно...
Анари сидела рядом с Наратом у бортика фонтана. Меркол с Асинаем куда-то смылись,
причем Меркол как-то резко постраннел - прямо готов был стелиться у нее под
ногами, в противном же случае сдувать пылинки.
эту загадку решила потом. А сейчас ей срочно надо расспросить Нарата, откуда он
взялся.
– Так получилось, что меня убили, - рассказывал эльф таким будничным тоном,
словно говорил о погоде.
– Две очень и очень нехорошие и стервозные дамочки под
названиями Риллис и Талайра.
– А кто такая Талайра?
– спросила Анари.
– Моя бывшая пассия, - спокойно ответил Нарат, но в черных глазах его заплясали
гневные огоньки. Похоже, ненавидел он эту самую пресловутую, как ее, Талайру не
на шутку. А по имени, видать, она аттилийка.
– Чем же ты им насолил?
– осведомилась Ани.
– Да так, не замочкарил кое-кого для Риллис, а она со злобы и подговорила Тару,
чтобы та замочкарила меня, - нехорошо усмехнувшись, ответил дроу.
Разумеется, он не стал говорить о том, что убить он должен был Рику,
прапрабабушку Анари, но не сделал этого, потому что любил ее. Мало ли, как Анари
к этому отнесется. Таркен ведь был очень непредсказуем, а по характеру, как
определил Нарат, Анари была очень похожа на него. Так что лучше не рисковать.
– Ясно.
Нарат еще раз смерил взглядом сидящую рядом с ним тэнери. Чем дольше он на нее
смотрел и разговаривал с ней, тем меньше она казалась ему похожей на Рикатану. И
манерой поведения, и манерой разговора, и движениями, которые были очень
женственны. В Анари угадывалось химмирийское происхождение по материнской линии,
а также колинейское (что само собой) и аттилийское. Причем химмирийское явно не
простонародное...
Анари стащила с рук полуперчатки из выделанной драконьей кожи и потерла ладони,
уже изрядно загрубевшие от ежедневного общения с мечом. А рука-то
аристократическая, узкая и с длинными тонкими пальцами. Кое-что проясняется...
Про себя усмехнувшись, Нарат почему-то вспомнил компанию Рики, причем весьма
колоритную: мокрушник (сам Нарат), мошенник+мокрушник (Таркен) и вампир (Майрок).
– Анари!
– раздался возглас.
Сквозь толпу торопливо пробивался парнишка лет шестнадцати-семнадцати, наступая
на ноги прохожим. Прохожие матерились, но пацану явно было начхать.
– Тайка? Че надо?
– вскочила на ноги Анари.
– Анари, там на Скелетной улице...
– начал парень, но заметил Нарата и вперил в
него нехороший взгляд.
Эльф отметил, что глаза у парня очень и очень красивые и редкие: большие,