Месть
Шрифт:
– Mobilecorpus, - произнесла мадам Лейстранж, взмахивая палочкой.
Тело Велиара поднялось в воздух и поплыло за женщиной, направляющейся в комары юноши. На первый взгляд Беллатрикс выглядела спокойно, но если приглядеться, то можно было заметить судорожно сжатые губы и страх в глубине темно - синих, почти черных глаз. Распахнув дверь в гостиную Велиара, примыкающую к его спальне, она уложила Принца на диван и склонилась над ним.
– Не надо, Белла. Я сама, - остановила её Дарина.
– Что вы скрываете под своими масками?
– глухо спросила женщина, уязвленная тем, что ей не позволяют заняться её любимцем.
–
– голос девушки сорвался.
Она подошла к лежащему на диване, бессознательному юноше. Прошептав заклинание, залечившее её рану, Дарина нагнулась, распахивая мантию на друге. Бок юноши пересекал глубокий порез, через который вытекала кровь.
– Талли!
– девушка позвала эльфа и приказала.
– Принеси кроветворное и кровоостанавливающее зелье, заживляющую мазь, немедленно!
Как только эльф принес всё необходимое, девушка принялась лечить друга. Когда она закончила, то обернулась к Беллатрикс. Внимательно посмотрев на взволнованную женщину, Дарина спросила:
– Тебе действительно дорог Велиар?
– Да, - кивнула мадам Лейстранж.
– И ты не попытаешься его убить, узнав, кто он?
– Нет.
– Поверь, Белла. Ради него я готова на всё. Надо будет, я и мир уничтожу, лишь бы он был счастлив. Если ты причинишь ему вред, я достану тебя даже с того света и ад тебе покажется раем. Он - всё, что у меня есть, всё, что у меня осталось. Что ж, я тебя предупредила. Смотри, - с этими словами девушка сняла с юноши маску.
Беллатрикс непонимающе смотрела на него. Помедлив, Дарина откинула челку со лба парня, открывая знаменитый шрам в виде молнии и услышала пораженный вздох со стороны старшей ведьмы.
– Еще что-то непонятное?
– жестко спросила она.
– Может, смущает цвет глаз? Так это иллюзия. Гарри сам так захотел. Кто мы – знает только Волдеморт.
– Почему вы перешли на нашу сторону?
Несколько минут, прежде чем ответить, Дарина молчала.
– Нас предали. Предали те, кому мы доверяли больше, чем себе...
– голосом, полным боли начала девушка.
Она говорила и говорила, выплескивая всю свою боль и отчаяние, ненависть и злость. Слезы помимо её воли текли из глаз непрерывными ручейками. А девушка всё продолжала рассказывать. О родителях, о детстве, о удачах и поражениях, о том, как первый раз встретила Гарри, как они подружились, об их приключения, в течение четырех лет, о подслушанном разговоре, об отчаянии, охватившей их, её и Гарри...
А Белла, замерев на месте, слушала её исповедь. А что это именно она, Лейстранж не сомневалась, слишком много боли было в голосе девушки. А по окончании её, Дарина обнаружила себя в объятьях Беллы, которая укачивала девушку, словно маленького ребенка. Сама же Беллатрикс понимала, что неважно кем являются преемники её господина, она всё равно будет любить их, как своих детей.
Конец ретроспективы.
Утро было солнечным, в открытое окно доносилось пение птиц, легкий ветерок колыхал верхушки деревьев растущих в саду и приносил сладкий аромат цветов. Дарина и Велиар наслаждались утренним кофе, а Волдеморт внимательно наблюдал за довольными ребятами. Ему была известна причина их хорошего настроения. Сегодня его юные воспитанники начинают то, ради чего и присоединились к нему. О, это сладкое слово - месть. Оно заставляло кровь в венах бежать быстрее, учащаться пульс, ощущать
К его сожалению, ребята за прошедшее время так и не рассказали ему ничего. А сам он, хотя и мог узнать всё с помощью легиллименции, решил не настаивать, а просто подождать, пока Велиар и Дарина не решат рассказать ему всё сами. Ведь это будет означать, что они начали ему доверять. Не смотря на прожитые бок обок два года, дети не открывали своих чувств, они не только надели маски на лица, но и закрыли словно непробиваемыми, железными дверями с массивными замками свои сердца. И сейчас, наблюдая за ними, он понимал, что осталось еще немного и всё изменится. Откуда была эта уверенность? Интуиция, которой в последнее время он безгранично доверял.
– Ну ладно, мы пошли, - произнес Велиар, поднимаясь из-за стола.
Дарина, также поднявшись, попросила:
– Распорядись, пожалуйста, пусть домовики приготовят камеру для нашего дорогого гостя.
– Хорошо, - кивнул старший маг и проследив за тем, как парочка выходит за двери, тихо добавил, - удачи.
* * * * *
Аппарировав вместе с Августусом Руквудом к министерству, ребята перекинулись в свои анимагические формы. Успехов в анимагии они добились всего лишь полгода назад. Ох, и дулась же девушка, когда увидела своего зверька. Светло - коричневая, карликовая шиншилла. Велиару повезло больше. Его анимагическая форма была вполне ожидаемой. Змея, вполне обычная кобра. Дождавшись пока змей, обовьется вокруг его ноги, мужчина поднял на руки недовольно фыркающего, пушистого зверька и осторожно опустил в карман мантии.
Осторожно ступая, чтобы нигде ничего не задеть ногой, на которой устроился его Темный Принц в своей анимагической форме, Августус направился в здание министерства. Миновав атриум, он вошел в лифт и нажал на нужный ему этаж. Едва двери закрылись, Руквуд достал шиншиллу из кармана и посадил её на пол. Змей сам сползла с его ноги и направилась к углу, чтобы во время обратной трансформации чувствовать себя более-менее свободно в таком маленьком, закрытом пространстве. Быстро вернув себе свой настоящий облик, благо в лифте никого кроме них троих не было, Велиар и Дарина кивнули Пожирателю, и вышли на том этаже, где располагался отдел Артура Уизли.
До самого кабинета мистера Уизли ребятам никто не встретился. Впрочем, его и самого на рабочем месте еще не было. Наложив на себя дезиллюминационные чары, они стали дожидаться свою жертву.
Через четверть часа дверь открылась, и на пороге появился рыжеволосый с залысинами мужчина в старой, довольно сильно потрепанной мантии грязно-коричневого цвета. Едва он подошел к столу, как Велиар и Дарина скинули с себя чары. Девушка сразу же бросила запирающие и заглушающие чары.
– Кто вы!?
– воскликнул Артур.