Месть

Фантом Стило

А то, что правильно, не всегда приятно.

— Сандерс, — вздохнула она, поднимаясь с кресла. — Ты самый лучший человек, которого я знаю. Если тебе когда-нибудь покажется что-то другое, я очень расстроюсь.

— Я не понимаю. Когда ты думала, что все это скрывал от тебя Джеймсон, то хотела причинить ему боль. Хотела от него уйти, уйти от нас. Но когда это сделал я, оказалось, что все в порядке? — спросил он и, наконец, поставив свой стакан на кофейный столик, настороженно взглянул на нее.

Тейт покачала головой.

— Все не

в порядке. Мне больно. Но я знаю, что ты хотел, как лучше. Я не могу на это злиться. Просто сделай мне одолжение? — попросила она, присев рядом с ним.

— Все что угодно.

— В следующий раз, когда случится что-то несусветное, или начнут говорить какое-нибудь дерьмо, или на меня нападет дитя любви Джеймсона с берегов Амазонки, — затараторила она, закинув ноги ему на колени. — Скажи, бл*дь, что-нибудь. Оставив нас в полной неизвестности, ты никого не защитишь. Идет?

— Я буду стараться изо всех сил.

— Это все, о чем я могу спросить.

— Уверен что ты не…

— Я люблю тебя, Сандерс, — выдохнула Тейт и, наклонившись, поцеловала его в щеку. — Ничто из того, что ты делаешь не сможет меня разозлить.

— В Испании ты на меня злилась, — напомнил он ей, откинувшись на спинку дивана.

Девушка фыркнула.

— Ты практически похитил меня и отдал дьяволу. Когда ты творишь подобное, естественно, я злюсь. Но видишь, это было чертовски ужасно, и я все еще тебя люблю. Так что у нас все хорошо, — заверила его она.

Сандерс кивнул, однако было видно, что его все еще что-то беспокоит.

— Ты намерена уйти от Джеймсона? — выпалил он.

Тейт прищурилась и взглянула на него.

— А почему ты спрашиваешь? — произнесла она, закинув ноги ему на колени.

— Потому что я думаю, что ты собираешься это сделать, а мне совершенно этого не хочется, — ответил он, и Тейт ясно уловила, что у него заплетается язык.

Девушка вздохнула.

— Ты расскажешь ему о нашем разговоре? — спросила она.

— Если ты просишь меня этого не делать, то нет.

— Не делай этого.

— Не буду.

— Сэнди, я... То, что он сделал, с Петрашкой. Такое трудно забыть. Я говорю, что у меня все в порядке, и думаю, что у меня действительно все в порядке, а потом будто...будто бы снова оказываюсь в том бассейне, — прошептала она. — Будто мне снова восемнадцать, и он смотрит на меня, как на мусор. Не знаю, хочу ли я жить в страхе, какую боль причинит мне Джеймсон в следующий раз, и сомневаюсь, что он когда-нибудь изменится или признает, что что-то не так. Ни сегодня, ни завтра я от него не уйду, но... не могу ничего обещать.

— Тогда, пожалуй, это все, о чем я могу просить. Но Тейтум, он не считает тебя мусором. У него странные манеры и никакого понятия о том, как с тобой разговаривать, но ты ему очень небезразлична. Если ты от него уйдешь, он будет по-своему разбит. Я это знаю, — ответил Сандерс, положив руку ей на колено.

— «По-своему» это переводится как «настолько

разбит, что перетрахает всех женщин ближайших штатов», — пошутила она.

Сандерс скорчил гримасу.

— Я бы выразился по-другому, но да, очень похоже, — сказал парень, но Тейт поняла, что он шутит.

— А как насчет тебя? Если я решу, что недостаточно сильна для мистера Джеймсона Кейна, ты от меня откажешься? Дашь мне уйти? Или убежишь со мной? — спросила она.

Сандерс на некоторое время задумался.

— Я никогда от тебя не откажусь, потому что ты мне не принадлежишь, и если ты должна уйти, то я должен тебя отпустить. Иногда кажется, что лучше всего сбежать, но, по моему опыту, от этого становится только хуже. Думаю, мы могли бы стать друзьями по переписке, — предложил он, и девушка расхохоталась.

— Хорошо, я не против.

Тейт притянула его к себе и крепко обняла за плечи. На этот раз он не напрягся, не смутился, а просто обнял ее в ответ. Вздохнул ей в волосы.

— Раньше я ненавидел, когда ты ко мне прикасалась, — тихо сказал он.

Девушка рассмеялась.

— Знаю, думаю, именно поэтому я так люблю это делать, — ответила она, почесывая ему спину.

— Теперь я почти уверен, что мне это нравится. Иногда. Спасибо, Тейтум.

— Всегда пожалуйста, Сандерс.

Девушка крепко сжала его в объятьях, и он, в конце концов, ее оттолкнул, когда она попыталась оставить у него на шее засос. После этого Сандерс проводил ее до двери, хотя она побаивалась оставлять его одного. Парень от нее отмахнулся, заверив, что с ним все будет в порядке, что он просто ляжет спать. Они попрощались, и Тейт пошла к главному дому по тропинке, которую указал ей Сандерс. Пока шла домой, она сунула руки в карманы пальто, защищаясь от холода.

Домой.

Весь ее мир, в очередной раз, слегка перевернулся. У нее было столько претензий к Джеймсону, и бац! Их нет. Она так злилась на Джеймсона, и все из-за того, что Сандерс был до неприличия верным, а она — чокнутой стервой.

Впрочем, она не врала: от того случая с Петрашкой ей, вероятно, всегда будет не по себе. Джеймсон сделал это, чтобы причинить ей боль, не задумываясь о ее чувствах. Он до сих пор никогда официально не заявлял о своих чувствах, видимо, потому, что не испытывал к ней ничего определенного. Конечно, он ее хотел, хотел ею владеть и быть единственным, кто ею владеет. Но это не имело ничего общего с чувствами или заботой.

Или любовью.

Когда Тейт поднялась на крыльцо, она решила, что ей нужно еще немного времени. Она узнала много нового — об Эндже, о Сандерсе, о самой себе. Девушка чувствовала, что еще один удар, и она навсегда отправится в обитель чокнутых стерв. Тогда уже никто не захочет быть ее другом.

Толкнув входную дверь, она глубоко вздохнула. Завтра. Или послезавтра. А потом она проведет добрую, продолжительную беседу с мистером Кейном, и он непременно…

— Где тебя черти носили?! — раздался позади нее резкий голос Джеймсона.