Месть

Фантом Стило

— Кейн. Не ожидал тебя здесь увидеть, — рявкнул Матиас О'Ши.

Похоже, ее отец был совсем не рад их видеть — при их последнем расставании, Джеймсон высказал ему «пару ласковых». Но деньги решают всё, а у Джеймсона их было больше, чем у ее отца. Мистер О'Ши знал, когда надо переступить через себя.

— Да. Тейтум позвонили, и мы сразу же сюда приехали, — Джеймсон встал и пожал мужчине руку.

На Тейт отец даже не взглянул. Она посмотрела на мать, которая, казалось, пошатывалась. Элегантно.

— Ах,

да… Тейтум. Вы двое все еще..., — проворчал ее отец.

Тейт так и подмывало крикнуть «трахаетесь!», но Джеймсон ее опередил.

— Да. Мы только что вернулись из длительного отпуска в Испании, — вставил Джеймсон.

«Не встречаемся. Не вместе. Мы только что вернулись. Как удачно».

— Прошло уже много времени. Я никогда не думал, что ты смиришься с..., — начал отец.

— Да, прошло много времени. И оно потрачено не зря.

Этот намек не ускользнул ни от кого из присутствующих. Тейтум уронила голову на руки.

Она никак не могла понять, как ее жизнь приняла такой оборот. С одной стороны Джеймсон Кейн. С другой — ее отец. И ни один из них с ней не говорил. Тейт казалась себе маленькой. Незначительной. Каким-то недоразумением. Вот чем она себя чувствовала — одним большим недоразумением. Это было ужасно.

— Тейт, — сказал вдруг Джеймсон. Девушка оглянулась и увидела, что он пристально на нее смотрит. — Я хочу, чтобы ты знала, я имел в виду…

— Здесь есть Тейтум? — крикнула важного вида медсестра.

Тейт вскочила на ноги.

— Это я! Слава богу, — простонала она, следуя за женщиной.

— С ребенком все в порядке. Десять пальцев на руках и ногах, прекрасный мальчик. Ваша сестра сказала, что Вы можете к ней зайти, но только Вы, — сообщила ей медсестра.

— Хорошо.

Элли казалась уставшей. Такой смертельно уставшей, что Тейт подобного даже представить себе не могла. Но помимо этого, сестра выглядела расслабленной и счастливой. Она улыбнулась Тейтум и жестом пригласила ее присесть на край кровати.

— Я рада, что ты здесь, — зевнув, сказала Элли.

Тейт улыбнулась.

— Конечно же, я здесь. Все здесь. Сандерс раздает воду, будто мы на коктейльной вечеринке, — пошутила она.

— Хорошо, я рада. А Эндж? С ним все в порядке? Он выглядел неважно, — сказала ей Элли.

— Да, он был немного расстроен. Скажи, у тебя прямо на нем отошли воды? — подколола ее Тейт.

— Боже, вы оба отвратительны. Нет, — проворчала Элли. Но потом улыбнулась. — Но еще бы минуту или две, и это бы произошло.

— Повезло вам.

— Хочешь взглянуть на малыша? — тихо спросила Элли.

Тейт кивнула, и Элли указала на стоящую у стены кроватку.

— С ним все в порядке? Разве он родился не раньше времени? — подойдя к ней, спросила Тейт.

— Совсем чуть-чуть, врачи сказали, что я продвинулась гораздо дальше, чем они думали, — ответила Элли.

Малыш

был очаровательным. Просто очаровательным. Тейт подняла его и прижала к груди. Она никогда не была повернутой на младенцах и не очень любила детей. Но когда он взглянул на нее своими темно-голубыми глазами, девушка почувствовала, как ее сердце немного оттаяло. На детское одеяльце упала сначала одна слеза, за ней другая.

— Ты выбрала ему имя? — шмыгнув носом, спросила Тейт.

— Я хотела назвать его Шеймусом, в честь папиного брата. Он мне всегда нравился. Шеймус О'Ши Кармайкл, — сказала Элли и снова зевнула.

— Господи, он никогда не сможет это выговорить, — фыркнула Тейт, поглаживая своим пальцем палец Шеймуса.

— Не смей так выражаться в присутствии моего сына, — поправила ее Элли.

— Боже, он само совершенство. Отличная работа Эл, ты молодец, — выдохнула Тейт.

— По крайней мере, хоть что-то у меня нормально получилось, — рассмеялась Элли.

У ребенка были большие глаза. Очень красивые. У Тейт и Элли глаза были карими, так что он, видимо, унаследовал их от отца. Серо-голубые, почти как у Сандерса, но огромные. Мальчик тоже был очень спокойным и открыто глядел Тейт в лицо. Ей казалось, что он смотрит сквозь нее, прямо ей в душу.

«Мне это нужно».

Эта мысль пришла из ниоткуда, и по щекам снова покатились слезы. Тейт никогда раньше не думала о детях, это всегда казалось ей чем-то из серии “когда-нибудь”. Но ей уже исполнилось двадцать шесть. И “когда-нибудь” было не так уж и далеко. И вот она здесь, застряла на вечном повторе с Джеймсоном. Он никогда не захочет детей. Джеймсон даже не называл ее своей девушкой, с чего ему вдруг захочется обзавестись с ней детишками? Он сам сказал, что никогда на ней не женится. Это никогда не перерастет в нечто большее.

«А что, если я захочу большего?»

Эта мысль уже приходила ей в голову, и теперь Тейт поняла, что она будет постоянно возвращаться. И не отпустит ее до тех пор, пока не уничтожит. Так же, как когда-то Петрашка, а может и хуже. Да, Джеймсону она нравилась. Да, она, в некоторой степени, была ему небезразлична. Но не так, как ей бы хотелось. Не так, как ей было необходимо. Тейт положила ребенка в кроватку. Вытерла глаза.

— Да, Элли, с этим малышом у тебя всё получилось, как надо.

Когда она вернулась в коридор, все накинулись на нее с вопросами. Отца волновало, как дела у ребенка. Энджа — как себя чувствует Элли. Мать хотела знать, где тут уборная, а Джеймсон требовал, чтобы все успокоились. Сандерс стоял в стороне от толпы, спокойный и невозмутимый.

Девушка разрыдалась и упала в его объятия. Вокруг нее начался кромешный ад. Ребенок болен? Элли плохо? Что, черт возьми, не так с Тейтум? Что происходит? Скажи что-нибудь, скажи что-нибудь!

— Она в порядке, — выдавила из себя Тейт. — Ребенок прекрасен.