Месть
Шрифт:
Следуя за ним и войдя в канал, Харден увидел цепочку зеленых и красных бакенов, далеко уходящую в темноту. Вероятно, она соединялась с нефтяными полями, расположенными в глубине Жемчужной банки. Он не стал поднимать парус и завел мотор, надеясь, что почти непрерывный рев механизмов заглушит тихий дизель «Лебедя».
Впереди показалась ярко освещенная вышка, у подножия которой рабочие разгружали грузовой катер. Харден направил яхту к северу от нее. Ветер, который снова поменялся и сейчас дул в корму, донес до него глухой рев буксира. Харден оглянулся. Корабль
Харден повернул яхту к югу, но, прежде чем он успел совершить поворот и пройти мимо грузового катера у нефтяной вышки, впереди замаячил третий буксир с баржей. Харден повернул на север и выключил двигатель. Он находился в центре полосы шириной двести ярдов между буксиром, надвигающимся спереди, и еще двумя, нагоняющими его сзади. Точно перед носом стоял у вышки грузовой катер.
Оглянувшись, Харден прорычал проклятие. За буксирами плыла большая парусная доу, абсолютно неуместная среди адской панорамы нефтяного поля, гость из другого пространства и времени, и она угрожала врезаться «Лебедю» в корму. Харден отчаянно искал выход.
Он включил мотор на полный газ и направил яхту в промежуток между буксирами и вышкой. Подплыв к ней ближе, он увидел людей, работающих во влажной жаре. Они поднимали ящики и барабаны с кабелем на причал, откуда другие рабочие тащили груз к подъемнику.
Буксир поравнялся с яхтой, проплывая в пятидесяти ярдах от нее. Харден рассчитал время так, чтобы пройти мимо вышки одновременно с лодкой. Он прибавил скорость. Грузчики прекратили работать и, как Харден и надеялся, повернулись в другую сторону, уставившись на редкостное зрелище — деревянное судно.
Харден сбавил обороты двигателя, чтобы производить меньше шума. Оказавшись в пятидесяти ярдах от вышки, он увидел красный отблеск позади грузового причала: рабочий украдкой зажег сигарету. Он лениво повернулся в сторону Хардена, не увидев яхты.
Тем временем лодка оказалась на пути приближающегося буксира. Его рулевой яростно завопил. Ответное ругательство из рубки деревянного судна вызвало взрыв смеха у рабочих на вышке. Грузчик заглянул за угол, откуда раздавался смех.
Затем смех прекратился. Грузчик снова сел, прислонившись спиной к одной из массивных опор причала. Сделав глубокую затяжку, он выпустил табачный дым в воздух и поглядел на воду.
Харден заглушил мотор, и стали слышны далекие звуки. «Лебедь» по инерции скользил вперед, приближаясь к рабочему. Сейчас до него было не больше сотни футов, и Харден разглядел, что это не араб, а европеец со светлыми волосами и мускулистым телом. Голова грузчика опустилась на грудь, как будто он засыпал.
За кормой Харден увидел второй буксир, нагоняющий яхту. Хорошо это или плохо? Может быть, баржи отвлекут на себя внимание рабочего? Или создадут темный фон, на котором белый корпус «Лебедя» станет более заметен?
Буксир, минуя вышку, явно замедлял ход. Рабочий повернул голову, так что Харден снова оказался в поле его зрения. Мимо правого борта яхты тянулся длинный трос между буксиром и баржей.
Харден
К яхте приближалась кильватерная волна баржи.
Харден установил рычаг газа на нормальную стартовую позицию и подождал, пока волна не подойдет ближе. В тот момент, когда она захлестнула выхлопное отверстие, он нажал на стартер. Двигатель закашлял, но волна заглушила звук выхлопа.
Харден увеличил газ, включил сцепление вала винта и стал отходить от вышки. Оглянувшись, он увидел, что огонек сигареты вспыхнул и полетел вслед за ним — рабочий швырнул окурок в воду. Затем грузчик встал и потянулся, по-прежнему глядя прямо на яхту. Внезапно он замер, высоко подняв руки.
Он увидел яхту!
Харден нажал на рычаг. «Лебедь» рванулся вперед. Фигура рабочего за кормой быстро уменьшалась. Из-за угла вышки появился второй человек, яростно жестикулируя. Последний раз оглянувшись, Харден увидел, что грузчик вернулся к работе. Через несколько минут вышка исчезла из виду.
Глубоко вздохнув, Харден повел яхту к следующему огненному факелу в четырех или пяти милях от него. На пути то и дело попадались многочисленные буровые установки. Их решетчатые силуэты напоминали Хардену недостроенные небоскребы.
Он поднял стаксель и выключил мотор.
«Лебедь» скользил по воде, на которой переливалась радужными узорами нефтяная пленка. Плавающая нефть сверкала, как жидкое зеркало. Отражения задерживались на пленке, цвета дробились, становились отчетливыми. Красный цвет разделялся на множество оттенков: алый, вишневый, рубиновый, винный, медный, кирпичный...
Разлитая нефть издавала странный запах, резкий, щиплющий ноздри, но не такой ядовитый, как вонь горящего газа. Она оставляла на белом корпусе яхты темную линию. Вдруг о яхту что-то ударилось. Харден подпрыгнул от испуга. Умирающая морская змея ударила по корпусу еще раз, повернулась брюхом вверх и потонула.
Харден прошел в полумиле к югу от языка пламени и нашел для ориентира новый факел. На севере виднелись танкеры. По-прежнему направляясь на северо-запад, он повернул яхту на несколько градусов южнее, чтобы не оказаться на пути у танкеров, и пересек широкое темное пространство, где не было буровых установок.
По левому борту в темноте блестело что-то белое. Харден посмотрел в бинокль и увидел пенные гребни волн, разбивающихся о риф. Он подошел слишком близко к Жемчужной банке. Харден повернул яхту на девяносто градусов и направился на север, со страхом ожидая внезапного удара о коралл.
Он двигался новым курсом, пока не пересек судоходную линию. Поток танкеров будет надежным барьером между ним и рифами. Найдя новый факел, он направился на запад.
Военные базы по обе стороны залива покинули два молодых человека. На вертолете Королевских военно-воздушных сил Саудовской Аравии летел арабский офицер. За штурвалом десантного корабля на воздушной подушке находился иранец.