Месть
Шрифт:
Луп покачал головой:
– Я очень боялся, но старался выглядеть спокойным и уверенным, как Фест. Однако мне все время казалось, что они видят меня насквозь. Ну, как бы то ни было… – Луп взбодрился. – Мы все здесь. Снова вместе.
Марк огляделся по сторонам.
– А где Фест?
– Велел сидеть здесь и ждать тебя. Сказал, что ему нужно что-то найти.
– Что-то найти? – Марк нахмурился. – Что именно?
– Вот это! – услышали они голос Феста и разом повернулись.
Фест вышел из-за деревьев. Одной рукой он держал двух зайцев, а в другой его руке
– Ужин! Так что давайте-ка отойдем подальше от дороги и найдем тихое местечко, чтобы зажарить эту прелесть. Я умираю от голода!
VIII
– С этой стороны настоящий меч острый, – сказал Марк, аккуратно передавая Лупу учебный меч. – За него тебе вряд ли захочется схватиться.
Луп состроил гримасу:
– Ой, ха-ха! Очень смешно! Я, вообще-то, не идиот, знаешь ли.
– Ладно, начнем с самого начала. – Марк усмехнулся, но тут же его лицо стало серьезным. – Сожми рукоять, а когда будешь уверен, что держишь ее как следует, несколько раз взмахни мечом, проверяя вес.
Он отошел в сторону, предоставляя другу больше пространства на маленькой полянке, где они разбили лагерь, углубившись в лес на полмили. Когда они слегка расчистили землю от сосновых игл и соорудили очаг из наваленных друг на друга камней, Фест достал свою трутницу и разжег огонь, чтобы зажарить зайцев, освежеванных и выпотрошенных его умелыми руками. Марк с жадностью поглощал мясо. Теперь уже и вспомнить было трудно, каким унылым все казалось всего несколько часов назад. Теперь же, с набитым пищей животом, болтая с товарищами, Марк был полон оптимизма.
После того как они поели и отдохнули, Фест предложил приступить к обучению Лупа. Они начали с упражнений для увеличения силы, заставив писаря приседать, держа в руках большой камень. Потом ему пришлось поднимать камень над головой, снова и снова, пока наконец Луп не уронил его и не согнулся пополам, упершись ладонями в колени и задыхаясь.
– Хорошее начало, – сказал Фест. – Но теперь тебе необходимо проделывать это каждый день. На рассвете и перед закатом, пока твои мышцы не придут в хорошее состояние. А после повторять упражнения почаще, чтобы не терять форму. Ну а когда отдышишься, Марк покажет тебе, что делать с мечом.
И теперь Фест наблюдал за тем, как его друг показывает некоторые приемы. Марк лишь головой качал, видя неловкость Лупа. Но потом он смягчился. Несправедливо было с такой легкостью выносить суждение. В конце концов, Марк провел последние два года, занимаясь только искусством сражения, благодаря чему техника боя стала для него второй натурой. А прежде он знал о мече не больше, чем Луп. На тихой ферме, где он вырос, в мечах не было никакой необходимости.
Вспомнив свое детство, Марк испытал глубокое, болезненное чувство потери. Он вырос в любящей семье, он свободно бродил по окрестностям фермы, играл с детьми из ближайших деревень. А в конце дня он возвращался домой, и следом за ним бежал жарко дышащий Цербер, а по их небольшому двору разносились с кухни запахи древесного дыма и вкусной еды. Тит обычно сидел на небольшой каменной скамье и встречал
– Марк! – окликнул его Фест, сидевший на краю поляны и натиравший льняным маслом парфянский лук, который он достал из мешка с оружием. – Что это он у тебя размахивает мечом без толку? Ты вроде как должен его учить, а не спать на ходу.
– Извини…
Марк шагнул вперед, и Луп опустил свой деревянный меч. Его лицо покрылось потом, он тяжело дышал.
– Этот меч тяжелее, чем мне казалось.
Марк кивнул:
– Тренировочное оружие специально так делают. Ты наращиваешь мышцы и приобретаешь уверенность, и тебе будет легче управляться с настоящим оружием. Ну а пока начнем отрабатывать технику. Иди-ка сюда.
Он подвел Лупа к стволу сосны, которую присмотрел заранее. Ветви на ней начинались футах в восьми от земли, а сам ствол был толщиной с торс взрослого человека.
– В школе гладиаторов для нас ставили специальные столбы. Но и это сойдет. Я хочу, чтобы ты представил, будто это человек. Представь его лицо на уровне своего. И думай о том, что этот человек очень хочет тебя убить. Но ты должен первым убить его. Это значит, что ты должен нанести сильный удар, сильный и быстрый. Понятно?
Луп кивнул и ударил мечом по стволу.
– Стоп! – воскликнул Марк. – Подожди, я тебе сейчас покажу. Делай вот так…
Он отступил от дерева на длину меча и принял боевую стойку на полусогнутых ногах, распределив вес тела на обе ноги.
– Сохраняй равномерную опору на пятки и носки, чтобы можно было быстро двинуться в любом направлении, какое тебе понадобится.
Марк показал несколько прыжков в стороны, вперед и назад, каждый раз возвращаясь на то же самое место перед сосной. Потом он жестом предложил Лупу попробовать.
Писарь старался изо всех сил, но ему далеко было до проворства и скорости друга. Однако Марк ободряюще кивнул, а затем взял учебный меч и пригнулся перед сосной, готовясь нанести удар.
– Основных удара три. Выпад вперед, режущее движение слева и такое же – справа.
Он прыгнул к сосне и ударил в центр ствола, отвел меч, снова атаковал сосну с обеих сторон; когда деревянное оружие сталкивалось с корой дерева, раздавался громкий треск. Марк повторил движения и вернул меч Лупу.
– Давай попробуй.
Луп занял его место и попытался проделать все то, что показал ему Марк. Удары в общем попадали в цель, но они были слабыми, и кора не трещала, а чуть слышно шуршала.
– Нет! – рявкнул Марк. – Так не пойдет. Это не какая-то игра, Луп! Ты учишься сражаться за свою жизнь! Меч не игрушка! Ты должен обращаться с ним так, словно он – продолжение твоей руки. Когда ты наносишь удар, ты наносишь его всем телом, вкладываешь в него весь свой вес. Иначе ты даже не поцарапаешь своего противника. А он убьет тебя. Опусти меч.