Месть
Шрифт:
– Сдавайся, – потребовал Фест.
Лицо грека потемнело, он быстро окинул взглядом толпу и понял, что большинство зрителей просто веселятся, совершенно беззлобно. С трудом поднявшись на ноги, он выдавил улыбку и даже протянул руку Фесту:
– Ты честно победил, римлянин. Мы тут в Халкиде нечасто видим бойцов вроде тебя. И нет ничего постыдного в том, чтобы проиграть профессиональному воину. Ты, наверное, гладиатор?
– Был когда-то, – признался Фест, перебрасывая палку в левую руку и осторожно хлопая ладонью по ладони грека. – А теперь
– А мальчик? Он уж точно слишком молод для гладиатора.
– Однако и он был гладиатором, пока не завоевал себе свободу.
– В самом деле? – Андреас огляделся по сторонам и нахмурился. – Ох, во имя Гадеса, куда это он собрался?
Марк упорно пробирался сквозь толпу, не слишком обращавшую на него внимание, потому что теперь все таращились на Феста. Он двигался в том направлении, где только что видел синюю тунику. Толпа уже начала редеть, когда Марк добрался до рядов прилавков и палаток, и тут он наконец увидел торговца, который быстро шагал к улочке, уводившей с рынка. Марк нырнул на параллельную улицу и пустился бегом. На первом же перекрестке он повернул в сторону той улицы, по которой шел торговец, и помчался по переулку к следующему углу, где и остановился, прижавшись к грубой штукатурке стены. Достав из-за пояса кинжал, Марк старался дышать как можно тише и наконец услышал мягкое шлепанье сандалий приближающегося человека. Через мгновение торговец прошагал мимо, и Марк прыгнул к нему и вдавил острие кинжала в поясницу мужчины.
Торговец взвизгнул от испуга, резко повернулся и прижался спиной к стене противоположного здания.
– Ты вроде бы держал пари, если я не ошибаюсь, – улыбнулся Марк. – Так что давай-ка вернемся на площадь и покончим с этим делом. Десять серебряных монет. Лучше отдай их добром, а то мой друг Фест очень расстроится.
Торговец быстро оправился от испуга и с презрением уставился на Марка:
– Эй, да ты просто мальчишка! А ну-ка дай мне пройти!
Марк преградил ему дорогу.
– Я мальчишка, который только что победил в схватке двух ваших уличных бойцов. А еще я мальчишка, у которого в руке кинжал и он находится меньше чем в футе от твоего желудка. Так что придется тебе заплатить должок. Шагай обратно на рынок. Вперед!
– Девять… Десять.
Торговец закончил отсчитывать серебряные монеты в ладонь Феста.
– Благодарю тебя! – улыбнулся Фест. – Но в следующий раз, возможно, тебе не придет в голову пытаться удрать.
– Никакого следующего раза не будет, не сомневайся, – мрачно ответил торговец. – Надеюсь, я вас обоих никогда больше не увижу, ни тебя, ни твоего поганого недомерка.
– Да уж, лучше тебе с нами не встречаться. – Фест положил руку на плечо Марка. – Потому что мне кажется, что в следующий раз моему другу Марку уже не так сильно захочется придерживать свой кинжал.
– Он не посмеет! – презрительно бросил торговец.
Марк склонил голову набок:
– В
Торговец попятился, но тут же взял себя в руки:
– Ба! Да вы просто пара жуликов, вот вы кто такие! И я намерен сообщить о вас в городскую магистратуру.
– Так сообщи! – Фест весело посмотрел на мужчину. – Уверен, их очень заинтересует человек, который пытался избежать платы, хотя заключил пари на глазах у всех, кто был на рыночной площади Халкиды.
Торговец зашипел от злости и разочарования и поспешно зашагал прочь через торговую площадь. Толпа, собравшаяся посмотреть сражение, уже рассеялась. Марк, Фест и Луп начали собирать уцелевшие палки. Андреас, присевший на ступени фонтана, чтобы заняться пострадавшей ногой, хихикнул вслед торговцу:
– Ай, да забудьте вы про него! Таких, как этот Клисто, здесь полным-полно. И все они заслуживают подобного.
Грек медленно встал, попытался перенести вес на больную ногу и поморщился.
– Ты уж извини, – сказал Фест. – Но я был вынужден как можно скорее сбить тебя с ног, пока ты не раздробил мне ребра.
– Когда-нибудь я все равно тебя побью, римлянин.
– Как скажешь.
– Так и скажу… А может, вы хотите пить, путешественники?
Фест оглянулся на мальчиков, и они дружно кивнули.
– Отлично! – Андреас подошел к Марку и положил руку ему на плечо. – Что касается тебя, мальчик, то ты такой же отчаянный, как твой друг Фест. Видят боги, если бы у меня в банде было с десяток таких, как ты, я бы властвовал над всеми улицами в этом городе. Идем со мной. Я знаю хорошее местечко, где можно выпить. И платить буду я.
III
– Как нога? – спросил Фест, со стуком ставя свою кружку на стол.
– Побаливает, – ответил Андреас и ухмыльнулся. – А как твой бок?
– Побаливает.
Они оба расхохотались, и Андреас потянулся к кувшину, чтобы снова наполнить их кружки; затем, после краткого раздумья, добавил немного разбавленного водой вина и в кружки Лупа и Марка. Трактир, выбранный греком, стоял на улочке, круто уходившей вниз, к небольшому плато. Построенный на краю утеса, он смотрел на город и на сверкающее море. После жара торговой площади было приятно посидеть за столом в тени большого кипариса, под тихий шелест его ветвей, ощущая легкие дуновения прохладного бриза.
– Эй, приятель! – Андреас посмотрел на Марка в упор. – Ты дерешься как демон. Я, конечно, только краем глаза кое-что примечал, пока занимался твоим другом, но то, что я видел, производит впечатление. Должно быть, ваша школа гладиаторов – одна из лучших. Я тут видел несколько сражений, но по сравнению с вашим представлением это была просто ерунда. Откуда вы, если точно?
Марк поднял свою кружку в знак благодарности и сделал глоток кислого вина.
– Я учился в одной школе неподалеку от Капуи. А потом, когда меня купил новый хозяин и увез в Рим, меня тренировал Фест.