Месть

Макинтош Фиона

– А куда он мог унести Клута?

Квист пожал плечами. Он ничем не мог помочь Тору. И понятия не имел, где искать сокола.

– А как выглядел этот сокольничий?

– Понятия не имею. Не я продавал птицу.

Молодой лекарь помрачнел. Как скверно... Эйрин просила помочь парню, но что он, Янус Квист, может сделать?

– А твой человек, который продавал сокола? Почему бы не спросить его для начала?

– А-а... – Квист коснулся черной ленты, закрывающей пустую глазницу, и почесал бороду. Тор застонал.

– Плохие новости, Квист? Скажи.

– Его

убили. Он играл в кости на деньги, его обвинили в плутовстве и убили, – Квист виновато передернул плечами. – Бэсил мог грабить, убивать, но никогда не плутовал. Жаль, хороший был человек.

Тор кивнул, словно смирившись с неизбежным.

– Значит, ты больше ничего мне не должен, Янус Квист. Спасибо, что попытался мне помочь.

Это означало, что разговор окончен. Капитану стало не по себе.

– Нет, погоди, Гинт. Мой долг – возместить тебе ущерб. На кону больше, чем моя жизнь... – он криво улыбнулся, снова передернул плечами и добавил: «Эйрин».

Тор коснулся правой рукой плеча Квиста – не левого, а правого. В Карадуне это означало: «Что бы ни случилось, мы друзья».

– Ты хороший человек, Квист, потому она тобой и дорожит. Нет, ты мне ничего не должен. Но если мне когда-нибудь понадобится твоя помощь... я смогу к тебе обратиться? Возможно, это случится нескоро... а может быть, и завтра.

Капитан хлопнул его по плечу, и оба встали, глядя друг на друга и держа руки крест-накрест.

– Можешь всегда на меня рассчитывать, – прямо сказал Квист. – Удачи в поисках. С чего начнешь?

Тор уныло улыбнулся.

– С дворца. Всемогущая королева назначила мне встречу.

Тор очень беспокоился за Клута. Он несколько раз пытался установить связь разумов, но тщетно. Нечто подобное он пережил несколько лет назад, когда хотел дотянуться до Элиссы – прежде, чем встретил ее в Карембоше. Сначала этому препятствовал Меркуд, потом Элиссе надели архалит. Но что может закрыть от него разум Клута? Одно объяснение было, очень простое: сокол все-таки умер.

Клут мертв? Немыслимо. Слишком ужасно, чтобы об этом думать.

В этот миг что-то коснулось его разума. Клут? Нет, его прикосновение ни с чем не спутаешь. В следующий миг Тор понял, кто это. Адонго. Морук сидел в углу и, казалось, был погружен в размышления.

«Кажется, тебя что-то тревожит».

Тор повернулся к нему.

«Ты тоже выглядишь не слишком веселым, Адонго».

«Мне пора уходить».

«Да, думаю, так оно и есть. Я рад, что королева Сильвен освободила меня».

«Это было справедливое решение», – кивнул Адонго.

«И куда ты теперь?»

«На поиски. Я должен найти того, с кем связан».

«Мы еще встретимся?»

«Не сомневаюсь. Место, где мы встретимся, ты зовешь Сердцем Лесов».

«Тогда до встречи. Удачи».

Адонго помахал ему на прощание, Тор поднял руку в ответ. Внезапно ему стало очень одиноко. Почему этот великан морук не может остаться с ним? Может, попросить его об этом? Но Адонго уже подходил к двери. Со своими соплеменниками он, похоже, уже попрощался.

Вождь уходил с пустыми руками. Его одеяние было ярким, но простым – просто длинный кусок ткани, умело обернутый вокруг тела, но ни один король не носил свою мантию с таким достоинством.

В следующую минуту Адонго, вождь племени моруков, Пятый из Паладинов, исчез за дверью.

Интересно, удастся ли ему хоть одним глазком взглянуть на королеву Сильвен, думал Тор. Встреча была назначена на следующий день после освобождения. Как кстати... Ему уже удалось расспросить кое-кого из придворных. Королева и в самом деле обожала ловчих птиц и держала многочисленных слуг, которые за ними ухаживали. В каждом из ее дворцов были вольеры и клетки. Для начала недурно. Если за Клута так хорошо заплатили, разумно предположить, что покупателем был не кто иной, как королевский сокольничий.

Зал, в который провели Тора, напоминал пещеру – если только бывают пещеры, стены которых украшены тонкой резьбой. Холод здесь стоял, почти как в настоящей пещере: промозглый ледяной воздух напоминал о приближении зимы. Но пещера находилась не под землей, а в одной из башен дворца, откуда можно было полюбоваться городом. Тор удивлялся сам себе. Он столько лет жил отшельником, эта жизнь ему нравилась... но он понимал, что мог бы поселиться здесь и чувствовать себя счастливым. Если бы не эти зловещие предупреждения о том, что Орлак вот-вот вырвется на свободу... и если бы точно знать, что Гот не смог спастись и больше не причинит зла Элиссе... Будь все это так, стоило бы попросить бы у королевы позволения обосноваться в Кипресе.

Или хотя бы показать это место Элиссе, подумал Тор, с улыбкой глядя на город.

Что с ней сейчас? Тор знал, что королева Найрия не даст в обиду его жену. Может быть, Элиссе разрешили поселиться в столице, во дворце. Там Саксен и Саллементро, которые всегда ее защитят. Эта мысль успокоила Тора. Да, в Тале Элиссе ничто не угрожает. Может быть, она начала жить заново? Конечно, она не сможет забыть о его страшной гибели... но лучше, если она спрячет эти воспоминания в самый дальний угол памяти и переживет свое горе. Так и будет, можно не сомневаться. А потом... потом какой-нибудь счастливец назовет ее своей женой. Тор поморщился. Элисса – все еще его жена! Но считает себя вдовой, а значит, вольна снова выйти замуж. Сможет ли она полюбить кого-нибудь так, как любила его? За себя Тор мог поручиться: такой любви у него больше никогда не будет...

А кто несколько дней назад предавался страсти с Эйрин?

Ладно. Если Элисса встретит новую любовь, так тому и быть. Пусть ей повезет.

Чья-то ручка коснулась его плеча, прерывая поток мыслей. Тор был даже рад: эти размышления начинали походить на самоистязание.

Служанка королевы была просто очаровательна: маленькая, смуглая, с мягким тихим голосом и широкой улыбкой. Во имя Света! Откуда на его голову столько прелестниц? Стоило Хеле – так звали девушку – пригласить его, и думы об Элиссе покинули его, подобно вежливому гостю.