Место Снов
Шрифт:
– Эй! – неожиданно закричали за спиной. – Эй, брек, вернись! У нас есть еда, договоримся!
Зимин остановился.
– Иди сюда, челобрек! – кричали гномы. – Мы, может, передумали.
Зимин развернулся и двинулся назад, к берегу.
Гномы снимали рыбу с железных крюков и складывали в корзину. Пращи они спрятали и выглядели теперь вполне мирно.
– Брек, кушать хочешь? – улыбнулась гномиха.
– Хочу, – сказал Зимин.
– У нас там деревня, – гномиха указала вниз по течению. – Безымянка. Мы
– Хочу.
Гномы переглянулись.
– Только сначала тебе надо дело сделать, – гномиха пододвинула корзину с рыбой к Зимину. – Такое простенькое дельце, пустячок сплошной.
Гномиха лихо свистнула, и сбежавший Игги неожиданно вернулся. Вид у коня был вполне независимый и наглый, будто он вовсе и не убегал. Зимин треснул его по уху, но несильно, сугубо в воспитательных целях.
Игги игогокнул, и они двинулись в лес.
– Мы тебе, значит, поесть, – говорила низкорослая гномиха по пути, – а ты, рыцарь, нам кое-что сделаешь. Да? Сделаешь?
Кушать хотелось очень, и Зимин отвечал:
– Да сделаю, сделаю.
– Это хорошо, что ты соглашаешься, – говорила гномиха. – Рыцари в наши места не заезжают совсем, им в лесу не нравится. Это они там думают, что в лесу одни эльфы живут, а эльфы тоже не дураки, они в этой сырости жить не будут. Они в горах. И в хороших лесах. И приличные гномы тоже в лесу не живут, они в горах живут. А, может, эльфов и вообще нету, я ни одного не видела. Да и гном не всякий в лесу поселится, только вот мы, дуралеи. Эх, попался бы мне кто-нибудь из этих выдумщиков…
Гномиха топнула ногой и для порядка отвесила своему спутнику затрещину:
– Тащи корзину лучше, кобылий сын!
Зимин украдкой вздохнул.
– В эти земли и вообще никто не заглядывает, живем тут как в трубе, – продолжала гномиха. – Нормальные гномы все в поле живут, яблоки выращивают, свиней себе разводят. А мы? Яблоки тут не растут, свиней волки съели. Одна рыба. Я на эту рыбу уже глядеть не могу, я яблок хочу…
Они углублялись в лес.
Лес и в самом деле был мрачноват. Деревья преимущественно черного цвета, с ветвей свисали длинные серые лишайники, а солнце светило где-то совсем высоко. Лес напомнил Зимину фильм про пропавших в лесу студентов, которых так и не нашли, и неизвестно было, почему они пропали.
От греха подальше Зимин положил поперек седла арбалет и отстегнул меч. Обращаться с мечом он до сих пор умел не очень хорошо, но меч можно было использовать в целях устрашения.
Вскоре Зимин заметил, что они идут не просто в чащу, а идут по тропинке, правда, едва видной. А еще скоро Зимин заметил, что вдоль тропинки во множестве валяется рыбья чешуя и иногда рыбьи головы.
– И живем мы плохо, мастер, – говорила гномиха. – Трудно живем. А тут еще эта напасть, поперек ее в буек!
Тут Зимину стало вообще грустно. Он вспомнил дом Лары,
– У нас даже баня есть, – сказал неожиданно гном.
– Есть, – подтвердила гномиха. – И воду можем нагреть. Только напасть вот…
– Ну, что там у вас за напасть? – нехотя спросил Зимин. – Клопы слишком крупные завелись?
– Не, не клопы. Так, мелочь всякая, – гномиха ухмыльнулась во всю зеленую физиономию. – Тебе на один зуб будет, даже не заметишь…
– Излагай короче, – мужественно зевнул Зимин и добавил откуда-то знакомое: – Недосуг мне.
– Как скажешь, брек, как скажешь. Слушай. Завелся тут у нас оборотень…
Зимин, чтобы обозначить свое презрение ко всевозможным оборотням, громко сплюнул.
– И как стемнеет даже, на двор не выйти, – говорила гномиха. – Чего мы только не делали: и ямы копали, и силки устанавливали – ничего. Уже троих утащил.
– Я-то думал… – Зимин хрустнул пальцами. – А у вас всего лишь вервольф… Я с ним сегодня же справлюсь, у меня опыт. В прошлом месяце двух уложил, одного прямо влет.
– Мы пришли, – сказала вдруг гномиха. – Вот и деревня.
Зимин огляделся и действительно обнаружил признаки деревни – из прелой листвы торчали многочисленные холмы, больше всего походившие на огромные муравейники. Одни муравейники были побольше, другие поменьше, Зимин решил, что это землянки. Из некоторых холмов струился дым.
– Землянки, что ли? – спросил он.
– Катакомбы, – ответила гномиха. – Живем как крысы, между прочим.
– И где тут у вас баня? – разочарованно спросил Зимин.
– Под землей баня. – Гномиха направилась к ближайшему муравейнику. – Тут все под землей. Да ты не боись, брек, хорошая баня, ты нам оборотня нарушь.
– Это уж как водится, – Зимин соскочил с коня. – Только перекусить бы чего?
Гномы молча скрылись в муравейнике и скоро вернулись с едой. Правда, еда была крайне грубого свойства – балык, черный зерновой хлеб и квашеная капуста, но Зимин был рад и такой. Игги недовольно зашевелил ноздрями, но гном нацепил ему торбу с каким-то злаком, и Игги довольно захрустел. Из муравейников вылезли другие гномы, штук двадцать, но здесь, в лесу, гномы выглядели не зелеными, а какими-то пожухлыми. Они собрались и стали смотреть, как Зимин ест.
– Какой-то он мелкий, – слышал Зимин. – Прошлый был посерьезнее, покряжистее.
– Что ты хочешь – лет тринадцать по виду. Прошлому было четырнадцать, а ничего не получилось…
Зимин набрал в горсть капусты и принялся жевать. Капуста была ничего, только клюквы не хватало.
– Держу пари, брек не простоит и минуты.
– Нельзя судить бреков по внешности, это неверно.
– Да, по внутренностям судить гораздо проще…
Зимин откусил балыка. Балык был вполне съедобный, только, пожалуй, перекопченный.