Метель
Шрифт:
Внутренности тут же стянуло от осознания, что мне практически под одной крышей предстоит жить с человеком, из-за которого моя судьба в буквальном смысле могла опрокинуться за один вечер! И даже, несмотря на горячий гнев, я инстинктивно опасалась этой девушки. Хотя ей ни в коем случае не увидеть этих эмоций. Даже в моих глазах…
В последний раз, осмотревшись в комнате, я прижала к груди клатч — единственное, что могла отсюда унести с чистой совестью, и направилась к двери. Пока шла по коридору, почти не чувствовала ног настолько была напряжена. Его присутствие теперь так остро ощущалось в каждом сантиметре воздуха.
Я так и не решилась идти в кабинет. Замерла у лестницы, устремила робкий взгляд в сторону тяжелой, дубовой двери и шагнула на ступеньки. Искушение воспользоваться моментом, и еще раз увидеть его было неимоверно сильным.
Предательская надежда нашептывала, что ситуация как-то может измениться! Что нужные слова найдутся и его жесткий взгляд, который клеймом запечатлелся в моей памяти, хоть немного смягчится… Но стена, которая проросла между нами за одно мгновение, прочно сдерживала меня сомнениями и страхами.
Оказавшись на первом этаже, я почти сразу увидела вырулившего откуда-то из-за лестницы крепкого незнакомца в строгом костюме. Кажется, это он в прошлый раз пытался сообщить о приходе отца Самрата…
— Добрый день, — с холодной вежливостью поздоровался он и, прошел мимо, уверенно направляясь на второй этаж.
Мое запоздалое и глухое «Здрасти» растворилось в пространстве. Проводив мужчину растерянным взглядом, я решила не терять времени и идти на поиски
Баята. Если кто еще и мог мне помочь, то только он! Однако искать не пришлось — управляющий сам вышел мне на встречу. Видимо ему поручили проводить гостью…
Я тут же задала вопрос об одежде, в которой приехала, и мужчина без лишних слов привел меня в какую-то подсобку. На ходу он как бы между прочим упомянул. что хозяин дома велел избавиться от нее, но Баят не нашел ничего лучше, чем спрятать чужие вещи после химчистки. И я несколько раз горячо поблагодарила его за это.
Удерживая вещи Эли, упакованные в длинные чехлы, я вернулась в зал, где меня уже ждал охранник. Он, не спрашивая, взял все, что было у меня в руках и учтиво сообщил о том, что машина готова. Мужчина терпеливо дождался, пока под непреклонным контролем Баята я одену теплые сапоги и стильную дубленку, прежде чем выйти на улицу. Одежду, которая была уготована для меня и ждала своего часа в шкафу встроенном в стену прихожей.
Машина стояла практически возле порожек. Охранник с бесстрастным лицом сопроводил меня до нее и не поленился открыть дверь на заднее сидение. В последний момент я не смогла удержаться и оглянулась на дом. Сердце гулко билось в груди, пока взгляд цеплялся за окна в надежде увидеть его силуэт. Убедиться, что он не отправил меня вот так… даже не проводив! Но из-за падающего снега трудно было что-то разглядеть. Или я просто так себя успокаивала.
Тепло салона мгновенно окутало меня, снег на волосах превратился в воду, но я еше долго не могла согреться. Вновь и вновь я уговаривала себя, что все сделала правильно, что лишних слов не говорила, но… Почему-то в груди ныло такое навязчивое ощущение, что я ошиблась. Что я все испортила.
Всю дорогу до дома я пробыла в вакууме своих тяжелых мыслей и очнулась, только когда машина остановилась. От вида знакомой пятиэтажки за окном, внутри тут же что-то неприятное
Пребывая в прострации, я пропустила момент, когда водитель, он же охранник, уже успел выйти из машины, чтобы открыть мне дверь. Не привыкшая к таким жестам, я поспешила выползти из салона, и робко взглянув на мужчину, тихо поблагодарила его. Он ничего не ответил и, уверенно закрыв дверь, сразу направился к багажнику.
А я опять чуть не забыла про одежду Эли — так торопилась уйти из-за неуютного чувства смятения.
Однако мужчина полез в багажник не только за этим. На моем лице отразилось недоумение, когда я увидела большие пакеты со знакомыми логотипами, что были аккуратно сложены вплотную друг к другу и, оказывается, весь путь покоились там.
Охранник уже начал собирать неожиданный багаж своей большой рукой, когда я решительно остановила его:
— Нет, стойте!.. — он тут же метнул в мою сторону хмурый, вопросительный взгляд, но дело не прекратил. — Оставьте, мне это не нужно.
Я была тверда как никогда, настолько это казалось мне в данной ситуации неуместным и лишним. Но мужчина никак не отреагировал на мои слова. Он умудрился взять все, что было в багажнике и даже эти длинные чехлы с Элиной одеждой. Затем терпеливо дождался, пока я соизволю направиться к подъезду, наградив его обреченным вздохом.
Поднимаясь на третий этаж, я искренне молилась, чтобы никто из соседей не вышел. Так это все напоминало известную, зимнюю сказку, после которой, однако, оставался очень не сказочный и щемящий осадок. Неуверенно оглядываясь на мужчину, я с плохо скрываемым смущением открыла обшарпанную дверь своей квартиры. Он оставил в коридоре все, что было в его руках и, не задерживаясь, покинул мою обитель.
— До свидания, — раздался вслед мой севший голос.
— Всего доброго.
Когда дверь за моей спиной со скрипом закрылась, я, наконец, получила то, чего так желала все это время. Остаться наедине с собой… Вернуться в свое одиночество, в долгожданный комфорт, который вопреки всему не принес мне никакого облегчения. Напротив, это возвращение в знакомую реальность оказалось настоящим испытанием… Я даже не раздевалась. Так и осела на пол прислонившись спиной к стене и еще долго гипнотизировал пакеты, что так круто контрастировали на фоне скромной обстановки коридора. И все уговаривала себя, что это ничего не значит. Просто вещи уже были куплены и Самрату они были ни к чему.
С его именем, в груди тут же тупой болью собралось горькое чувство досады, сожаления и еще чего-то… чего я не могла разобрать. И этого чувства было больше всего. Чувства холодной пустоты, от которой было невозможно избавиться.
В какой-то момент я будто со стороны расслышала, что кто-то поднимается по лестнице, и наверняка бы не придала этому значения, если бы шаги не остановились на моем этаже. Вскоре раздался лязг колючей, и одна из соседних дверей открылась. И я знала, чья это была дверь. Поэтому, наконец, заставила себя подняться, собрала все необходимое и без каких-либо эмоций вышла из квартиры.